— Слышь, папаша, одолжи пару рублей, на пиво не хватает. В подворотне было темно, свет едва проникал сюда с улицы, и две хваткие тени, возникшие перед стариком, показались сгустками грязного снега. Но лишь показались. Сильные руки прижали старика к стене.
— Давай, снимай стеклышки! Хочу посмотреть.
Кирилл замер, лицо исказилось:
— Зачем? — застонал он.
— Лучше убей… Его рука медленно, дрожа, словно борясь сама с собой, протянулась к очкам. В тот же миг Каркас зажмурился и вскинул руку с зажатым в пальцах зеркальцем. Ки-рилл закричал и рухнул на пол.
Гость попятился, пока не почувствовал ногами кровать. Сел, нащупывая пистолет, потом повернулся и открыл глаза.
За спиной было тихо.
— Ты жив? — спросил он.
— Зачем ты это сделал? — с жутким стоном прошептал Кирилл.
— Так в мультике было, Горгона, — не поворачиваясь, ответил Каркас.
— Помнишь? Сработало, а? Сработало… — Сука ты. Лучше бы застрелил.
— Это тебе лучше. А мне справедливо. И руки марать не надо.
— Если бы ты знал, что я видел… — Кирилл нервно затрясся, кажется, это был смех.
— Ладно, теперь вали. Мне недолго осталось.
— Привет хозяевам, — бочком пробираясь к двери, ответил Каркас.
— Они в ярости, Миша, — сдавленно прозвучало вослед, — и Они найдут тебя… Рано или поздно. Найдут!
Каркас захлопнул дверь и выбежал из квартиры.
На улице было сыро. Мокрый снег хлестал по лицу. Каркас вышел из подворотни и повернул налево, туда, где из-за мокрых крыш выглядывал золоченый купол храма.