Фандом: Шерлок BBC. Череда эпизодов из жизни детей Майкрофта и Антеи — близняшек Бена и Маргарет, их дяди Шерлока и их крёстного Джона. Сиквел к серии текстов «Быть собой».
51 мин, 37 сек 9765
— Это определила твоя племянница. Она очень наблюдательная, сам же хвалил.
— О, тогда, конечно, — проведя кончиками пальцев по шее ещё раз, Шерлок резко поворачивает голову к Джону. — Пришёл добавить что-то ещё?
— Шерлок, я сказал правду. Вы…
— Мы с Майкрофтом два аморальных ублюдка, которым нельзя доверить детей. В отличие от тебя. Займись нравственным воспитанием крестников, Джон. У меня есть дело, которое мне нужно обдумать.
— Шерлок! — восклицает Джон, потрясённый выбором слов.
— Я занят.
— Шерлок, послушай меня! — Джон быстро подходит к креслу с Шерлоком и разворачивает его к себе. — Не знаю, что ты себе вообразил, но я не говорил, что у вас нет представлений о морали. Или что ты плохой человек. Чёрт возьми, ты спасаешь людей! Их жизни. Ты мог сидеть в какой-нибудь лаборатории с пробирками, но ты мотаешься по Лондону и бросаешься под пули, и…
— И что? — ледяным голосом уточняет Шерлок, глядя ему в глаза.
— То, что ваши представления о бессмысленности эмоций и чувств обрекут Бена и Мэг на одиночество. А я такого своим крестникам не хочу.
— … И до их встречи со своим Джоном или своей Антеей пройдёт слишком много времени. Я понял твою мысль, Джон. Это всё?
— Не злись.
— Не злюсь. Теперь всё?
— Да, — Джон отпускает ручки кресла, выпрямляясь, и только теперь замечает зашедших в кабинет детей. — Давно они здесь?
— Две минуты. Проглотили по куску пирога, выпили по половине кружки чая — не стали ждать, пока остынет. Вымыть руки попыталась только Мэг, но на полотенце терпения не хватило. Забежали сюда, когда ты подошёл ко мне… Ничего интересного. Можешь учить их человеческим эмоциям, чувствам, морали, Джон. Наша семья уже выдала тебе карт-бланш, предложив роль крёстного.
— Дядя Джон, дядя Шерлок, — робко вмешивается Мэг. — Вы помирились?
— Да, Мэг, — кивает Шерлок. — Мы поняли друг друга.
— Ура! — взмахивает руками Бен и нечаянно сбивает с полки фарфоровую статуэтку. Привезённая из-за рубежа дама с грохотом разлетается вдребезги, мальчик в ужасе ахает, его сестра замечает за окном знакомую машину и вскрикивает:
— Господи! Папа с мамой приехали! Они же запретили нам входить сюда…
— Меня папа накажет, — начинает всхлипывать Бен, закрыв руками лицо. — Он говорил, что нельзя…
Джон шагает к нему, Шерлок бросает короткий взгляд в окно и быстро встаёт.
— Никто никого не накажет. Джон, уведи их в детскую. Побудь, пока успокоятся. Бен, Мэг, вас здесь не было. Ваших родителей я беру на себя… Вы ещё здесь? Быстрее!
Дальше происходит много суеты и много разговоров. Шерлок выговаривает едва появившемуся на пороге Майкрофту, что на его полках невозможно ничего найти…
— Шерлок, ты разбил статуэтку?!
— Она мешала мне вытащить книгу.
— Это китайская антикварная вещь!
— Безвкусица, на мой взгляд. Такое надо прятать с глаз.
Гертруда зовёт проголодавшихся хозяев за стол…
Совершенно успокоившиеся дети делятся успехами:
— Ты представляешь, пап, оказывается, две тысячи лет назад греческий писатель Полиэн записал девятьсот военных хитростей! Мне дядя Джон рассказал. Пап, а ты знаешь военные хитрости?
— Некоторые из них, — Майкрофт улыбается сыну, отодвигая для него стул. — Могу дать почитать книгу «Искусство войны».
— О! Про неё дядя Джон тоже говорил. Там тридцать пять стра-та-гем.
— Тридцать шесть. Ровно тридцать шесть китайских хитростей.
— А сколько хитростей Полиэна сохранилось до сегодня?
Впервые услышавшая о Полиэне Антея на секунду отвлекается от плетения косичек дочери и смотрит на Майкрофта, гадая, знает ли он ответ.
— Восемьсот тридцать три.
Изучение правительственных баз данных Шерлок прекращает, лишь когда на пороге кабинета появляется его брат и прикрывает дверь. Ноутбук закрывается, место хозяина кабинета освобождается. Впрочем, сам Майкрофт занимать его не спешит, а лишь с подозрением оглядывает полку, где стояла статуэтка, осколки которой Гертруда уже убрала.
— У меня складывается ощущение, Шерлок, — говорит он ему, уже дошедшему до двери. — Что ты покрываешь моих же детей передо мной.
— О. В самом деле?
— Да. С твоим ростом сложно случайно сбить что-то с этой полки, а вот для них… В самый раз. Зачем ты это делаешь?
— Ты строгий папа, — пожимает плечами Шерлок, не подтверждая и не отрицая дедуктивный вывод старшего.
— И?
— Я хороший следователь. Ты плохой. Закон жанра. Кстати, — добавляет он, не давая возразить. — Антея выглядит веселее сегодня, чем в последние недели три. Мои поздравления. Оставил попытки избавиться от неё?
— Я не пытался от неё избавиться, Шерлок. Мне лишь хотелось подобрать более подходящую должность и… — Майкрофт в задумчивости замолкает, усаживаясь на ближайший стул. — Она жаловалась тебе?
— Я не вмешиваюсь в ваши отношения.
— Ты не ответил на мой вопрос.
— Ответ очевиден.
— Понятно… Что-либо ещё по этому поводу сказать желаешь?
— О, тогда, конечно, — проведя кончиками пальцев по шее ещё раз, Шерлок резко поворачивает голову к Джону. — Пришёл добавить что-то ещё?
— Шерлок, я сказал правду. Вы…
— Мы с Майкрофтом два аморальных ублюдка, которым нельзя доверить детей. В отличие от тебя. Займись нравственным воспитанием крестников, Джон. У меня есть дело, которое мне нужно обдумать.
— Шерлок! — восклицает Джон, потрясённый выбором слов.
— Я занят.
— Шерлок, послушай меня! — Джон быстро подходит к креслу с Шерлоком и разворачивает его к себе. — Не знаю, что ты себе вообразил, но я не говорил, что у вас нет представлений о морали. Или что ты плохой человек. Чёрт возьми, ты спасаешь людей! Их жизни. Ты мог сидеть в какой-нибудь лаборатории с пробирками, но ты мотаешься по Лондону и бросаешься под пули, и…
— И что? — ледяным голосом уточняет Шерлок, глядя ему в глаза.
— То, что ваши представления о бессмысленности эмоций и чувств обрекут Бена и Мэг на одиночество. А я такого своим крестникам не хочу.
— … И до их встречи со своим Джоном или своей Антеей пройдёт слишком много времени. Я понял твою мысль, Джон. Это всё?
— Не злись.
— Не злюсь. Теперь всё?
— Да, — Джон отпускает ручки кресла, выпрямляясь, и только теперь замечает зашедших в кабинет детей. — Давно они здесь?
— Две минуты. Проглотили по куску пирога, выпили по половине кружки чая — не стали ждать, пока остынет. Вымыть руки попыталась только Мэг, но на полотенце терпения не хватило. Забежали сюда, когда ты подошёл ко мне… Ничего интересного. Можешь учить их человеческим эмоциям, чувствам, морали, Джон. Наша семья уже выдала тебе карт-бланш, предложив роль крёстного.
— Дядя Джон, дядя Шерлок, — робко вмешивается Мэг. — Вы помирились?
— Да, Мэг, — кивает Шерлок. — Мы поняли друг друга.
— Ура! — взмахивает руками Бен и нечаянно сбивает с полки фарфоровую статуэтку. Привезённая из-за рубежа дама с грохотом разлетается вдребезги, мальчик в ужасе ахает, его сестра замечает за окном знакомую машину и вскрикивает:
— Господи! Папа с мамой приехали! Они же запретили нам входить сюда…
— Меня папа накажет, — начинает всхлипывать Бен, закрыв руками лицо. — Он говорил, что нельзя…
Джон шагает к нему, Шерлок бросает короткий взгляд в окно и быстро встаёт.
— Никто никого не накажет. Джон, уведи их в детскую. Побудь, пока успокоятся. Бен, Мэг, вас здесь не было. Ваших родителей я беру на себя… Вы ещё здесь? Быстрее!
Дальше происходит много суеты и много разговоров. Шерлок выговаривает едва появившемуся на пороге Майкрофту, что на его полках невозможно ничего найти…
— Шерлок, ты разбил статуэтку?!
— Она мешала мне вытащить книгу.
— Это китайская антикварная вещь!
— Безвкусица, на мой взгляд. Такое надо прятать с глаз.
Гертруда зовёт проголодавшихся хозяев за стол…
Совершенно успокоившиеся дети делятся успехами:
— Ты представляешь, пап, оказывается, две тысячи лет назад греческий писатель Полиэн записал девятьсот военных хитростей! Мне дядя Джон рассказал. Пап, а ты знаешь военные хитрости?
— Некоторые из них, — Майкрофт улыбается сыну, отодвигая для него стул. — Могу дать почитать книгу «Искусство войны».
— О! Про неё дядя Джон тоже говорил. Там тридцать пять стра-та-гем.
— Тридцать шесть. Ровно тридцать шесть китайских хитростей.
— А сколько хитростей Полиэна сохранилось до сегодня?
Впервые услышавшая о Полиэне Антея на секунду отвлекается от плетения косичек дочери и смотрит на Майкрофта, гадая, знает ли он ответ.
— Восемьсот тридцать три.
Изучение правительственных баз данных Шерлок прекращает, лишь когда на пороге кабинета появляется его брат и прикрывает дверь. Ноутбук закрывается, место хозяина кабинета освобождается. Впрочем, сам Майкрофт занимать его не спешит, а лишь с подозрением оглядывает полку, где стояла статуэтка, осколки которой Гертруда уже убрала.
— У меня складывается ощущение, Шерлок, — говорит он ему, уже дошедшему до двери. — Что ты покрываешь моих же детей передо мной.
— О. В самом деле?
— Да. С твоим ростом сложно случайно сбить что-то с этой полки, а вот для них… В самый раз. Зачем ты это делаешь?
— Ты строгий папа, — пожимает плечами Шерлок, не подтверждая и не отрицая дедуктивный вывод старшего.
— И?
— Я хороший следователь. Ты плохой. Закон жанра. Кстати, — добавляет он, не давая возразить. — Антея выглядит веселее сегодня, чем в последние недели три. Мои поздравления. Оставил попытки избавиться от неё?
— Я не пытался от неё избавиться, Шерлок. Мне лишь хотелось подобрать более подходящую должность и… — Майкрофт в задумчивости замолкает, усаживаясь на ближайший стул. — Она жаловалась тебе?
— Я не вмешиваюсь в ваши отношения.
— Ты не ответил на мой вопрос.
— Ответ очевиден.
— Понятно… Что-либо ещё по этому поводу сказать желаешь?
Страница 5 из 15
