Недра Страха. Начало

В общем, не заставляя себя ждать, я быстро оделся. Внизу уже ждала машина, и возле нее курили два вооруженных человека. Однако они не поехали с нами, а остались возле лестницы. Мы тронулись, и я, оглянувшись, ощутил смутное беспокойство за Лику.

— Чего они остались? — спросил я Хромова, крутившего баранку.

— На всякий случай, — туманно ответил он.

У директора нас ждал несколько иной состав, чем на прошлом собрании. Это и не удивительно — ночь проредила участников той встречи.

— Водитель-то нашелся? — тихо поинтересовался я у Хромова, и он кивнул.

Свободных мест не было, и я остался стоять. К счастью, рядом оказалась витрина с напитками, и я, не долго думая, плеснул себе в стакан согревающего.

— Нервничаешь? — спросил Спозняк, наклоняясь вбок, чтобы видеть меня.

— Есть от чего понервничать. И операция провалилась…

— А зачем вам так уж нужно обозначить объект? — спросил я. — Что это решит?

— В объекте находится оборудование, позволяющее распознать источник мутации, — ответил Спозняк. — Но мы не знаем, где вход.

— А зная вход, вы что, сможете проникнуть туда? — я постарался подчеркнуть сарказм. — Уж наверное проникнуть человеку будет не просто. Если вообще возможно. Представьте, что инопланетяне, например, размером с жуков. Так и проходы будут, как для жуков.

— Мы знаем, как попасть и проходы нам подойдут, — сухо сказал директор.

— Откуда?

— А тебе еще не стали сниться сны, или там… посещать видения? — озабоченно поинтересовался директор, игнорируя вопрос.

— Есть такое. И даже синюю пирамиду видел — словно это какой-то гигантский корабль. Если считать, что пимпочка наверху — площадка объекта, то, возможно, мне приснился именно объект. Это он влияет? Я тоже скоро стану фанатично преданным делу обнаружения объекта?

— Считай, что и нам снятся подобные сны, только гораздо подробней. И мы знаем, где в этой пирамиде находится вход. Только не знаем, как сама пирамида сориентирована по сторонам света. А копать вслепую — это время, которого у нас нет. Мутанты становятся все агрессивнее. Мы боимся, что они нападут на жилую часть поселка.

— Так нападите первыми. Раз уж вы взяли на себя ответственность за их уничтожение.

— У нас не так много стрелкового оружия, — директор удрученно покачал головой. — И совсем мало патронов. А этих чертей ты видел. Понимаешь, каков будет расход боеприпасов.

— Но на ГОКе должно быть полно взрывчатки! — все больше недоумевал я.

— Верно. Но взрывчатка осталась там, — директор кивнул головой в сторону окна. — Дело в том, что первое время у нас почти не было оружия. И мы могли только отгородиться от мертвой части города и оборонять ворота. Ни о каких вылазках не могла идти речь. Но и сейчас поход за взрывчаткой, как показала вылазка за материалами, будет провальным.

— Теперь у вас есть вездеход. Есть бензин. Сделайте на вездеходе турель и смонтируйте огнемет. Полагаю, вашим умельцам это не составит труда. Нужен баллон для огнесмеси, баллон со сжатым воздухом, и брандспойт. А самая обычная огнесмесь — это семьдесят процентов солярового масла и тридцать процентов бензина.

— О, свежая голова! — сказал из-за моей спины Хромов. Остальные спорили о чем то своем, но некоторые уже начали прислушиваться к разговору о будущем огнеметном бронетранспортере.

— Обшить вездеход железом, усадить в кузов автоматчиков — и до складов можно будет добраться, сжигая все эти генетически испорченные организмы, — продолжал я. — Потом автоматчики забирают взрывчатку — тут, конечно, надо поаккуратнее с огнем, и покидают территорию, устроив хороший пожар. Так можно половину мутантов пожечь.

— В принципе, это возможно, — к директору подошел высокий черноволосый человек с очень бледным лицом. Красная куртка была наброшена на плечи, и когда он говорил, рукава ее болтались. — До завтра постараемся все сделать.

— Действуй, Мякинин, — директор одобрительно кивнул. — Приступай прямо сейчас. Все свободны, кроме горного инженера и… Беляева. Нам надо будет обсудить варианты проникновения к входу объекта.

— Боюсь, тут я вам не слишком помогу, — сказал я под топот покидающих кабинет людей. — Не лучше ли мне с Мякининым заняться вездеходом? Дело в том, что у меня инженерный склад ума, и…

— Ладно, иди, — Спозняк махнул рукой. — И спасибо за идею.

— Пожалуйста. Но вы не находите, что я вам помогу больше, если буду четко знать ситуацию. Может отбросим недомолвки?

— Недомолвки мы отбросить не можем, потому что не можем отбросить недоверие, — ответил Спозняк. — Если мы все расскажем, то ты сможешь притвориться, что ты один из нас, даже им не являясь. Поэтому сначала надо стать одним из нас, и тогда ничего рассказывать не придется.

— Так вы ждете, пока на меня снизойдет озарение? А если такое не случится?

Но директор уже демонстративно отвернулся.