Дорога прошла как в тумане. Скрюченный сон в самолете, томительное ожидание вертолета в Воркуте, возня с ящиками, дребезжащий полет над тундрой, которую по темному времени не разглядеть, и вот уже лопасти вертолета остановили вращение, показывая, что я на месте. Заглянув в иллюминатор, увидел лишь отблески огней самого вертолета. Безотчетный страх, временно задушенный хлопотами, подступил с новой силой.
108 мин, 38 сек 16127
— По ним, — ответила Лика, не поднимая глаз от тарелки.
— Так расскажи! Почему нельзя рассказать? Откуда они взялись? Они что, кусают, рвут на части? Как это вообще происходит? — я разволновался, махнул рукой, и котлета, сорвавшись с вилки, исчезла за батареей. — Кстати, представляешь, Хромов намекнул, что я, после завершения работ, должен пойти в охрану поселка.
— А ты воинственный?
— Ты зубы не заговаривай. Расскажешь что к чему?
— Нет.
Я обиженно отодвинул пустую тарелку и стал молча прихлебывать компот. Лика тоже молчала. Народ из столовой стал расходиться — я слышал, как двигались за спиной стулья, и как уходящие театральным шепотом высказывали обо мне разные догадки.
— Ладно… — нарушил я молчание. — Приходи ко мне в гости вечером. Поговорим о чем-нибудь хорошем, как ты любишь.
— Лучше ты ко мне приходи, — подумав, ответила она. — Я покажу тебе кое-что интересное. И не надо так улыбаться, потому что скоро тебе станет не до смеха.
Глава 3
До ужина я провалялся у себя, взвешивая ситуацию. О таинственном объекте старался не думать — слишком мало данных. Ацтекской пирамидой объект высился на периферии сознания, как фон для мыслей о Лике, и рождал тревожно-неприятное ощущение. Да, так и выглядели, наверное, мои мысли — Лика на фоне пирамиды. Надежда и страх.
И еще эти мутанты… Ну да Лика вечером все прояснит — я был в этом уверен. Просто некоторые вещи не стоит объяснять — их лучше показать. Лучше один раз увидеть…
Моя неопрятная однушка в спальном районе представлялась теперь уютнейшим местечком. И ведь неплохо жилось, думал я, лежа на диване и разглядывая выцветшие узоры обоев. Вот чего не хватало? И финансовые трудности были не настолько серьезны. По сравнению с этим… А с чем, собственно? Что мне грозит? Неизвестно. Ясно лишь, что руководство сделало поселок закрытой зоной. И покинуть ее будет не просто.
Но ведь невозможно удерживать столько людей и скрывать такую информацию долго. Рано или поздно нарыв вскроется, и такой хлынет гной… Значит, задача Спозняка краткосрочная. Быстро что-то сделать, пока не произошла утечка. И не что-то, а попасть внутрь объекта. А потом хоть трава не расти. Значит, директор полагает, что там, внутри, он найдет что-то такое, после чего ему сам черт не брат. Полагает или знает? Играть в такие игры можно лишь наверняка.
Разлепил глаза я уже в непроглядной тьме и с премерзким ощущением. От пересоленных столовских котлет мучила жажда, и я начал ругать себя, что не позаботился о воде. Надо будет спросить у Лики, есть ли тут магазин… Тут я вспомнил про Лику, и вскочил. Пора к ней, и меня ждет сюрприз! И я метнулся в душ. Затем, быстро одевшись, поспешил к приземистому корпусу столовой. Свет был уже частично притушен, почти все ужинающие разошлись, но она сидела в полумраке за все тем же дальним столиком.
— Какой-то у тебя вид взбудораженный, — добродушно заметила она. — А я уж думала — не придешь… испугался…
— Прости, я проспал… А неизвестность хуже самого страшного сюрприза.
— Так даже лучше. Все разошлись, меньше любопытных глаз. Ты есть-то будешь?
— Ты меня слишком заинтриговала. А когда я нервничаю, у меня аппетита нет.
— Возьми что-нибудь. Когда аппетит появится — еды не будет. А у меня большие планы на тебя сегодня.
Я кивнул и пошел к раздаче. Там поставил на поднос какой-то майонезный салат, сосиски, компот, склонился над запеканкой, и тут до меня донеслось:
— … опять тяжелая ночь будет…
Неподалеку допивали чай какие-то люди, видимо, из охраны, если судить по грязно-белому камуфляжу и прислоненным к стене автоматам. На меня они не обратили внимания, а вот мне их разговор показался интересным.
— Из цехов до рассвета доносилось…
Я разглядывал их краем глаза. Они держали дымящиеся кружки, прихлебывая осторожными скупыми глотками, а в углу стола высилась горка пустой посуды.
— Представляю, что здесь начнется, — добавил тот, что сидел у окна. — Вылазка нужна, пока не поздно… — он расстроенно покачал головой и вдруг заметил меня. Я тут же отвернулся и пошел к Лике, высоко держа заставленный тарелками поднос. Подслушанный разговор несколько сбил романтический настрой и пополнил уже зашкаливающий запас нехороших предчувствий.
— Сколько все это уже продолжается? — спросил я Лику, которая задумчиво ковыряла вилкой запеканку.
— Несколько месяцев, — ответила она, не поднимая глаз.
— Как же это?! — опешил я. — И власть ничего не заподозрила?
— Власть здесь одна.
— Все равно странно. Я не удивлюсь, если все это затея органов, — я покачал головой. — Сделаю дело — и убираться…
— Доверишь мне план побега? — очень тихо спросила Лика.
— Причем тут побег? Или ты хочешь сказать, что по-хорошему отсюда не выпустят?
— Я хочу сказать, что расслабляться не надо.
— А ты доверишь мне свой план? — так же тихо спросил я, едва заметно улыбнувшись. — А то я разработать не успел. Но у тебя-то было время.
Я начал в шутку, но уже заканчивая фразу, понял, что говорю абсолютно серьезно. Похоже, и Лика это поняла.
— Ешь… А поговорим лучше у меня.
— Ты одна живешь?
— Так расскажи! Почему нельзя рассказать? Откуда они взялись? Они что, кусают, рвут на части? Как это вообще происходит? — я разволновался, махнул рукой, и котлета, сорвавшись с вилки, исчезла за батареей. — Кстати, представляешь, Хромов намекнул, что я, после завершения работ, должен пойти в охрану поселка.
— А ты воинственный?
— Ты зубы не заговаривай. Расскажешь что к чему?
— Нет.
Я обиженно отодвинул пустую тарелку и стал молча прихлебывать компот. Лика тоже молчала. Народ из столовой стал расходиться — я слышал, как двигались за спиной стулья, и как уходящие театральным шепотом высказывали обо мне разные догадки.
— Ладно… — нарушил я молчание. — Приходи ко мне в гости вечером. Поговорим о чем-нибудь хорошем, как ты любишь.
— Лучше ты ко мне приходи, — подумав, ответила она. — Я покажу тебе кое-что интересное. И не надо так улыбаться, потому что скоро тебе станет не до смеха.
Глава 3
До ужина я провалялся у себя, взвешивая ситуацию. О таинственном объекте старался не думать — слишком мало данных. Ацтекской пирамидой объект высился на периферии сознания, как фон для мыслей о Лике, и рождал тревожно-неприятное ощущение. Да, так и выглядели, наверное, мои мысли — Лика на фоне пирамиды. Надежда и страх.
И еще эти мутанты… Ну да Лика вечером все прояснит — я был в этом уверен. Просто некоторые вещи не стоит объяснять — их лучше показать. Лучше один раз увидеть…
Моя неопрятная однушка в спальном районе представлялась теперь уютнейшим местечком. И ведь неплохо жилось, думал я, лежа на диване и разглядывая выцветшие узоры обоев. Вот чего не хватало? И финансовые трудности были не настолько серьезны. По сравнению с этим… А с чем, собственно? Что мне грозит? Неизвестно. Ясно лишь, что руководство сделало поселок закрытой зоной. И покинуть ее будет не просто.
Но ведь невозможно удерживать столько людей и скрывать такую информацию долго. Рано или поздно нарыв вскроется, и такой хлынет гной… Значит, задача Спозняка краткосрочная. Быстро что-то сделать, пока не произошла утечка. И не что-то, а попасть внутрь объекта. А потом хоть трава не расти. Значит, директор полагает, что там, внутри, он найдет что-то такое, после чего ему сам черт не брат. Полагает или знает? Играть в такие игры можно лишь наверняка.
Разлепил глаза я уже в непроглядной тьме и с премерзким ощущением. От пересоленных столовских котлет мучила жажда, и я начал ругать себя, что не позаботился о воде. Надо будет спросить у Лики, есть ли тут магазин… Тут я вспомнил про Лику, и вскочил. Пора к ней, и меня ждет сюрприз! И я метнулся в душ. Затем, быстро одевшись, поспешил к приземистому корпусу столовой. Свет был уже частично притушен, почти все ужинающие разошлись, но она сидела в полумраке за все тем же дальним столиком.
— Какой-то у тебя вид взбудораженный, — добродушно заметила она. — А я уж думала — не придешь… испугался…
— Прости, я проспал… А неизвестность хуже самого страшного сюрприза.
— Так даже лучше. Все разошлись, меньше любопытных глаз. Ты есть-то будешь?
— Ты меня слишком заинтриговала. А когда я нервничаю, у меня аппетита нет.
— Возьми что-нибудь. Когда аппетит появится — еды не будет. А у меня большие планы на тебя сегодня.
Я кивнул и пошел к раздаче. Там поставил на поднос какой-то майонезный салат, сосиски, компот, склонился над запеканкой, и тут до меня донеслось:
— … опять тяжелая ночь будет…
Неподалеку допивали чай какие-то люди, видимо, из охраны, если судить по грязно-белому камуфляжу и прислоненным к стене автоматам. На меня они не обратили внимания, а вот мне их разговор показался интересным.
— Из цехов до рассвета доносилось…
Я разглядывал их краем глаза. Они держали дымящиеся кружки, прихлебывая осторожными скупыми глотками, а в углу стола высилась горка пустой посуды.
— Представляю, что здесь начнется, — добавил тот, что сидел у окна. — Вылазка нужна, пока не поздно… — он расстроенно покачал головой и вдруг заметил меня. Я тут же отвернулся и пошел к Лике, высоко держа заставленный тарелками поднос. Подслушанный разговор несколько сбил романтический настрой и пополнил уже зашкаливающий запас нехороших предчувствий.
— Сколько все это уже продолжается? — спросил я Лику, которая задумчиво ковыряла вилкой запеканку.
— Несколько месяцев, — ответила она, не поднимая глаз.
— Как же это?! — опешил я. — И власть ничего не заподозрила?
— Власть здесь одна.
— Все равно странно. Я не удивлюсь, если все это затея органов, — я покачал головой. — Сделаю дело — и убираться…
— Доверишь мне план побега? — очень тихо спросила Лика.
— Причем тут побег? Или ты хочешь сказать, что по-хорошему отсюда не выпустят?
— Я хочу сказать, что расслабляться не надо.
— А ты доверишь мне свой план? — так же тихо спросил я, едва заметно улыбнувшись. — А то я разработать не успел. Но у тебя-то было время.
Я начал в шутку, но уже заканчивая фразу, понял, что говорю абсолютно серьезно. Похоже, и Лика это поняла.
— Ешь… А поговорим лучше у меня.
— Ты одна живешь?
Страница 8 из 30
