Конец света так и не наступил. Свет не кончался. Кончались тепло и газ, электричество и водопровод, но кончались они столько раз, по отдельности и вместе, что принимать это суетное мельтешение за столь величественное действо, как Конец Света — было бы просто свинством, неуважительным быдлячьим свинством по отношению к Глубокоуважаемому. Кто такой Глубокоуважаемый?
240 мин, 24 сек 14311
— Ну, придётся типа домика построить. Без ветра и снега задача упрощается.
— А воду где брать? Они же не возле ручья построены, подумали наверняка, чтоб наводнения не случилось…
— С водой отдельная проблема — и в землянке тоже. Будем решать. Если будет пол-года мороз — всё пересохнет. Вода же не просто так берётся…
— А с удобствами как? Если такой мороз — на улицу стрёмно бегать — подумала о не самой почётной, но дорогой и нежной части тела Наташка.
— Не потребуется бегать. Всё придумано давно. Не мы первые такие задачи решаем…
— Но всё-таки почему не командный пункт?
— Пункт — это мелкие бетонные комнатушки, рассчитанные под общее отопление и вентиляцию. Там домик не построишь, а восстанавливать всё как было… ну, в общем, не потянем…
13.08. Петрович, инженерное творчество
Решив устроить поселения в «пещерах», Петрович основательно взялся за дело. Сперва по Наташкиным рассказам — она видела, как там что устроено, а он — знал, что она видела и для чего оно строилось. Огневая позиция состояла из площадок, разгороженных высокими буграми — защита от ударной волны, если одну площадку накрыло — другая боеспособна, удар вверх уходит. Часть бугров нарыты просто так, а в некоторых, более широких — укрыты сводчатые тоннели, в которых стояли когда-то сами пусковые — здоровенные МАЗы с ракетными установками на них. По тревоге МАЗы выезжали на площадки и работали по целям, а при внезапном налёте поразить их через двухметровые насыпи и бетонные своды не так просто.
Потом часть переформировали, пусковые с ракетами уехали, а тоннели никто разбирать не стал — так и забросили. Сперва там какая-то охрана была, но пацаны (и примкнувшие к ним пацанки, разумеется) уже тогда лазили «на военную базу», а потом и символической охраны не осталось и окрестные мужики разобрали на металл и для дачного строительства всё, что смогли — заборы, кирпичные казармы, огромные и тяжёлые металлические ворота… Остался только голый бетон и такое железо, которое вторчермет не брал, или которое не выковыривалось даже трактором. Чтобы удобнее соображать, профессор вспомнил былое и отрисовал 3D-модель — почти как фоторобот по Наташкиному рассказу. Думал он лучше с бумагой, а вот картинки любил рисовать на компьютере — там их можно много раз править и с разны сторон вертеть, сохранять промежуточные варианты и потом плясать уже от них. Старый нотик не проявлял чудес быстродействия, но если отключить дополнительную красоту — бетонный рисунок стен, травку на поверхности и прочие необязательные вещи — работать было можно. Через пару часов увлеченного таскания мышкой непослушных многоугольников вырисовалась довольно занятная система.
Сколько всего было пусковых и укрытий при них, Наташка не знала, да это пока и не важно. Всё равно надо ехать на месте смотреть. Потому пока подробно зарисовали один блок — два тоннеля с плоским полом, а между ними, внутри общего бугра — какие-то служебные комнаты, вход в которые был с разных сторон из разных тоннелей. В комнатах были крашеные стены и останки каких-то агрегатов. В одной воняло соляркой — отличие её от бензина Наташка знала, там было грязно и неинтересно, а в двух других, отделенных такими же капитальными стенами с неудобными высокими дверями — довольно неплохо. Там и устраивали посиделки для особо доверенных — нет, не из Братства, Братства тогда ещё не было, так просто поселковые тусовались. Страшные истории рассказывали про задохнувшихся моряков «Курска» — изнутри сооружение изрядно напоминало подводную лодку… А ещё они там строили печку — из собранных на руинах казармы кирпичей. Дым выходил в вентиляционную трубу, получалось как в настоящем доме… А в самих гаражах до осени почти лёд лежал — как за зиму наметало и смерзалось, так и таяло медленно-медленно…
Покрутив модель под разными углами, решили завтра же и съездить. Сергий, понятно, оставался дома — дырка в ноге более-менее заросла, но при напряжении мышц испарвно болела и немного кровянила. А ехать двенадцать километров, если по карте считать, а по земле — и все пятнадцать будет. По такому случаю Сергий перебрал и смазал запасной велосипед — который уже плотно становился Наташкиным. Собственно, дома у неё тоже был, и получше — она и работать к тёте Лене пошла для этого — да так и осталась… Но до дома когда ещё получится добраться…
— А воду где брать? Они же не возле ручья построены, подумали наверняка, чтоб наводнения не случилось…
— С водой отдельная проблема — и в землянке тоже. Будем решать. Если будет пол-года мороз — всё пересохнет. Вода же не просто так берётся…
— А с удобствами как? Если такой мороз — на улицу стрёмно бегать — подумала о не самой почётной, но дорогой и нежной части тела Наташка.
— Не потребуется бегать. Всё придумано давно. Не мы первые такие задачи решаем…
— Но всё-таки почему не командный пункт?
— Пункт — это мелкие бетонные комнатушки, рассчитанные под общее отопление и вентиляцию. Там домик не построишь, а восстанавливать всё как было… ну, в общем, не потянем…
13.08. Петрович, инженерное творчество
Решив устроить поселения в «пещерах», Петрович основательно взялся за дело. Сперва по Наташкиным рассказам — она видела, как там что устроено, а он — знал, что она видела и для чего оно строилось. Огневая позиция состояла из площадок, разгороженных высокими буграми — защита от ударной волны, если одну площадку накрыло — другая боеспособна, удар вверх уходит. Часть бугров нарыты просто так, а в некоторых, более широких — укрыты сводчатые тоннели, в которых стояли когда-то сами пусковые — здоровенные МАЗы с ракетными установками на них. По тревоге МАЗы выезжали на площадки и работали по целям, а при внезапном налёте поразить их через двухметровые насыпи и бетонные своды не так просто.
Потом часть переформировали, пусковые с ракетами уехали, а тоннели никто разбирать не стал — так и забросили. Сперва там какая-то охрана была, но пацаны (и примкнувшие к ним пацанки, разумеется) уже тогда лазили «на военную базу», а потом и символической охраны не осталось и окрестные мужики разобрали на металл и для дачного строительства всё, что смогли — заборы, кирпичные казармы, огромные и тяжёлые металлические ворота… Остался только голый бетон и такое железо, которое вторчермет не брал, или которое не выковыривалось даже трактором. Чтобы удобнее соображать, профессор вспомнил былое и отрисовал 3D-модель — почти как фоторобот по Наташкиному рассказу. Думал он лучше с бумагой, а вот картинки любил рисовать на компьютере — там их можно много раз править и с разны сторон вертеть, сохранять промежуточные варианты и потом плясать уже от них. Старый нотик не проявлял чудес быстродействия, но если отключить дополнительную красоту — бетонный рисунок стен, травку на поверхности и прочие необязательные вещи — работать было можно. Через пару часов увлеченного таскания мышкой непослушных многоугольников вырисовалась довольно занятная система.
Сколько всего было пусковых и укрытий при них, Наташка не знала, да это пока и не важно. Всё равно надо ехать на месте смотреть. Потому пока подробно зарисовали один блок — два тоннеля с плоским полом, а между ними, внутри общего бугра — какие-то служебные комнаты, вход в которые был с разных сторон из разных тоннелей. В комнатах были крашеные стены и останки каких-то агрегатов. В одной воняло соляркой — отличие её от бензина Наташка знала, там было грязно и неинтересно, а в двух других, отделенных такими же капитальными стенами с неудобными высокими дверями — довольно неплохо. Там и устраивали посиделки для особо доверенных — нет, не из Братства, Братства тогда ещё не было, так просто поселковые тусовались. Страшные истории рассказывали про задохнувшихся моряков «Курска» — изнутри сооружение изрядно напоминало подводную лодку… А ещё они там строили печку — из собранных на руинах казармы кирпичей. Дым выходил в вентиляционную трубу, получалось как в настоящем доме… А в самих гаражах до осени почти лёд лежал — как за зиму наметало и смерзалось, так и таяло медленно-медленно…
Покрутив модель под разными углами, решили завтра же и съездить. Сергий, понятно, оставался дома — дырка в ноге более-менее заросла, но при напряжении мышц испарвно болела и немного кровянила. А ехать двенадцать километров, если по карте считать, а по земле — и все пятнадцать будет. По такому случаю Сергий перебрал и смазал запасной велосипед — который уже плотно становился Наташкиным. Собственно, дома у неё тоже был, и получше — она и работать к тёте Лене пошла для этого — да так и осталась… Но до дома когда ещё получится добраться…
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 51 из 67
