Гарри Киф унаследовал способности экстрасенса по материнской линии. Он разбил их до недосягаемых высот парапсихического могущества. Гарри — некроскоп: он разговаривает с мертвецами, как другие разговаривают с друзьями или соседями. Понятно, что Великое Большинство — мертвецы — считают некроскопа своим другом, ведь он один — свет в их вечной тьме, ниточка, связующая их с тем миром, что они покинули.
696 мин, 27 сек 7367
Он закрыл глаза и протянул руку к карте. Маленькая рука китайца накрыла участок шоссе к северу от Ньюарка; министр повернулся к Клэри: — Можешь связаться с Гарви? — Я с ним работала не раз, — девушка побледнела. — Сейчас попробую.
Она закрыла глаза, представила себе своего приятеля-экстрасенса и сразу вошла с ним в контакт. Гарви как раз в этот момент пытался связаться с ней, но его сигнал вызова и сообщение были слабыми, искаженными болью — и тотчас эта боль стала и ее болью! У Клэри перехватило дыхание, она пошатнулась — и на мгновение потеряла контакт. Она успела снова найти Гарви за секунду до того, как он потерял сознание. Его подсознательные мысли беспорядочно хлынули в извилины ее мозга, среди них были и образы.
Еле держась на ногах, она повернула к министру белое, без кровинки, лицо.
— Щека, — сказала она. — У Пола одна щека превратилась в лохмотья. С ним доктор. Это в каком-то… придорожном кафе? Кажется, на него напал Джонни Найд. Но некроскоп тоже там был. А полицейский мертв!
Министр схватил ее за руку.
— Мертвый полицейский? И Киф там? Это точно?
Она кивнула, судорожно сглотнув.
— Она была у Пола в сознании, эта картинка: голова полицейского с кровавой дырой. И другая картинка — Гарри, чьи глаза, как фонари, бросают малиновый отсвет на его лицо!
— Гарви где-то здесь, — сказал Чанг, показывая на карту. — На шоссе А1.
Министр тяжело вздохнул, кивнул и сказал: — Вот оно: нельзя упустить момент. Киф и раньше должен был догадываться, ну а теперь он наверняка знает, что мы за ним охотимся. Сейчас, пока эти три… эти создания врозь — и по крайней мере двое из них не могут удрать, — самое время начать операцию. — Он повернулся к девушке. — Мисс Клэри… э-э-э… Миллисент! Пакстон еще ждет? Свяжитесь с ним, пусть начинает, прямо сейчас. А потом — со Скэнлоном, ему та же команда. — Он повернулся к Чангу. — А вы, Дэвид…
Тот, не дожидаясь указания, уже крутил ручки радио, чтобы связаться с людьми в Дарлингтоне.
А между тем…
Когда громадный фургон-морозильник Джонни Найда описывал дугу по петле развязки перекрестка шоссе А1 и А46 близ Ньюарка, некромант был вполне спокоен и собран, как самый примерный водитель. Если бы там стояла машина дорожного патруля, вряд ли он привлек их внимание.
Машины там, впрочем, не было. Зато был Гарри Киф.
Гарри пустился в погоню за грузовиком. Он передвигался короткими прыжками, используя нож Найда для локации преследуемого, и должен был последним прыжком переместиться через пространство Мёбиуса прямо в кабину к Джонни! Это надо было сделать очень точно и плавно, чтобы не потревожить сильно болевшую раненную ключицу Гарри. Боль была такой, что нормальный человек корчился бы или просто потерял сознание. Правда, Гарри не был нормальным человеком. С каждым мгновением в нем становилось все меньше человека и все больше монстра, хотя и с человеческой душой.
В тот самый момент, когда некромант съехал с развязки и устремился на шоссе А1, Гарри возник на пустом сиденье слева от него, вынырнув из вечной тьмы пространства Мёбиуса. Найд сначала не заметил его, а если и заметил, то счел сгустком тени на краю поля зрения. Гарри неподвижно сидел в самом углу кабины, вжавшись в дверь и развернувшись корпусом к водителю. Он, прищурясь, разглядывал лицо Джонни. Совсем недавно казалось, что оно совсем не походит на описания убитых им девушек, но сейчас… сейчас оно было омерзительно.
Что касается Джонни, он размышлял о том, что теперь все пропало. Слишком много народу видело его с девушкой — ив столовой, и на стоянке. Да, он попался. За ним следили и поймали в ловушку. Ну ладно, двое ублюдков поплатились, и девушка тоже свое получит, когда он заберется в фургон, вырубит дырку у нее в глазу и засадит ей прямо в мозги!
Эти мысли Гарри читал в его голове, как в книге, даже еще ясней. И, если прежде некроскопа одолевали сомнения, прав ли он, собираясь сделать с Найдом то, что задумал, то теперь он больше не колебался. Узнав в подробностях, как именно Джонни собирается насладиться, Гарри спокойно произнес: — Нет, Джонни, ничего не получится, девушки нет в трейлере. Я ее освободил. И намерен освободить всех мертвых от их кошмара. От тебя, Джонни.
С первыми же его словами у Найда отвисла челюсть. Струйка слюны с пеной показалась в левом углу рта и потекла по губе и подбородку.
— Ч-что. — промямлил он, медленно скосил влево угольно-черные глаза и тут же вытаращил их, так что они стали напоминать две черные кляксы, проступившие на белой промокашке — его лице (за мгновение до того это был багровый от похоти кусок мяса!).
— Тебе конец, Джонни, — сказал ему Гарри и снял очки; его пылающие глаза озарили малиновыми бликами помертвевшее от изумления лицо водителя.
Но паралич Найда продолжался недолго, и не успело его лицо принять нормальный вид, как он отреагировал, причем столь молниеносно, что даже некроскоп не успел уследить.
Она закрыла глаза, представила себе своего приятеля-экстрасенса и сразу вошла с ним в контакт. Гарви как раз в этот момент пытался связаться с ней, но его сигнал вызова и сообщение были слабыми, искаженными болью — и тотчас эта боль стала и ее болью! У Клэри перехватило дыхание, она пошатнулась — и на мгновение потеряла контакт. Она успела снова найти Гарви за секунду до того, как он потерял сознание. Его подсознательные мысли беспорядочно хлынули в извилины ее мозга, среди них были и образы.
Еле держась на ногах, она повернула к министру белое, без кровинки, лицо.
— Щека, — сказала она. — У Пола одна щека превратилась в лохмотья. С ним доктор. Это в каком-то… придорожном кафе? Кажется, на него напал Джонни Найд. Но некроскоп тоже там был. А полицейский мертв!
Министр схватил ее за руку.
— Мертвый полицейский? И Киф там? Это точно?
Она кивнула, судорожно сглотнув.
— Она была у Пола в сознании, эта картинка: голова полицейского с кровавой дырой. И другая картинка — Гарри, чьи глаза, как фонари, бросают малиновый отсвет на его лицо!
— Гарви где-то здесь, — сказал Чанг, показывая на карту. — На шоссе А1.
Министр тяжело вздохнул, кивнул и сказал: — Вот оно: нельзя упустить момент. Киф и раньше должен был догадываться, ну а теперь он наверняка знает, что мы за ним охотимся. Сейчас, пока эти три… эти создания врозь — и по крайней мере двое из них не могут удрать, — самое время начать операцию. — Он повернулся к девушке. — Мисс Клэри… э-э-э… Миллисент! Пакстон еще ждет? Свяжитесь с ним, пусть начинает, прямо сейчас. А потом — со Скэнлоном, ему та же команда. — Он повернулся к Чангу. — А вы, Дэвид…
Тот, не дожидаясь указания, уже крутил ручки радио, чтобы связаться с людьми в Дарлингтоне.
А между тем…
Когда громадный фургон-морозильник Джонни Найда описывал дугу по петле развязки перекрестка шоссе А1 и А46 близ Ньюарка, некромант был вполне спокоен и собран, как самый примерный водитель. Если бы там стояла машина дорожного патруля, вряд ли он привлек их внимание.
Машины там, впрочем, не было. Зато был Гарри Киф.
Гарри пустился в погоню за грузовиком. Он передвигался короткими прыжками, используя нож Найда для локации преследуемого, и должен был последним прыжком переместиться через пространство Мёбиуса прямо в кабину к Джонни! Это надо было сделать очень точно и плавно, чтобы не потревожить сильно болевшую раненную ключицу Гарри. Боль была такой, что нормальный человек корчился бы или просто потерял сознание. Правда, Гарри не был нормальным человеком. С каждым мгновением в нем становилось все меньше человека и все больше монстра, хотя и с человеческой душой.
В тот самый момент, когда некромант съехал с развязки и устремился на шоссе А1, Гарри возник на пустом сиденье слева от него, вынырнув из вечной тьмы пространства Мёбиуса. Найд сначала не заметил его, а если и заметил, то счел сгустком тени на краю поля зрения. Гарри неподвижно сидел в самом углу кабины, вжавшись в дверь и развернувшись корпусом к водителю. Он, прищурясь, разглядывал лицо Джонни. Совсем недавно казалось, что оно совсем не походит на описания убитых им девушек, но сейчас… сейчас оно было омерзительно.
Что касается Джонни, он размышлял о том, что теперь все пропало. Слишком много народу видело его с девушкой — ив столовой, и на стоянке. Да, он попался. За ним следили и поймали в ловушку. Ну ладно, двое ублюдков поплатились, и девушка тоже свое получит, когда он заберется в фургон, вырубит дырку у нее в глазу и засадит ей прямо в мозги!
Эти мысли Гарри читал в его голове, как в книге, даже еще ясней. И, если прежде некроскопа одолевали сомнения, прав ли он, собираясь сделать с Найдом то, что задумал, то теперь он больше не колебался. Узнав в подробностях, как именно Джонни собирается насладиться, Гарри спокойно произнес: — Нет, Джонни, ничего не получится, девушки нет в трейлере. Я ее освободил. И намерен освободить всех мертвых от их кошмара. От тебя, Джонни.
С первыми же его словами у Найда отвисла челюсть. Струйка слюны с пеной показалась в левом углу рта и потекла по губе и подбородку.
— Ч-что. — промямлил он, медленно скосил влево угольно-черные глаза и тут же вытаращил их, так что они стали напоминать две черные кляксы, проступившие на белой промокашке — его лице (за мгновение до того это был багровый от похоти кусок мяса!).
— Тебе конец, Джонни, — сказал ему Гарри и снял очки; его пылающие глаза озарили малиновыми бликами помертвевшее от изумления лицо водителя.
Но паралич Найда продолжался недолго, и не успело его лицо принять нормальный вид, как он отреагировал, причем столь молниеносно, что даже некроскоп не успел уследить.
Страница 121 из 186
