Немного тепла

Михаэль отстранился и поднялся, одаривая его взглядом, полным гнева. Мефистофель хмыкнул и мельком посмотрел на тело стражника. Ни единой царапины, лицо, искажённое ужасом, характерная вонь… Мальчишка умер, испугавшись чего-то или кого-то…

— Почему ты здесь? — спросил Михаэль охрипшим голосом.

— Ты сам меня позвал, — Мефистофель нахмурился: ему почуялось что-то странное. Знакомое, но в то же время… Что-то было не так.

— Я тебя не… — Михаэль осёкся, будто вспомнил нечто важное.

— Расскажи, что здесь произошло, — Мефистофелю не нравилось, когда он не мог понять, чего же ожидать. Он ощущал неправильность этого места.

— Мы сопровождали госпожу Руброн. Саймон сказал, что хотел бы заглянуть к Деспани, которому задолжал за выпивку, и я, как дурак, поддался на уговоры. В назначенное время Саймон не вернулся во дворец…

— Ты направился на его поиски и нашёл уже хладный труп.

— Прояви хоть немного уважения!

— Его душа уже в ином мире, а проявлять уважение к пустой оболочке бессмысленно.

— Ублюдок…

Что-то скользнуло по воздуху над их головами, но раздражённый Михаэль этого не заметил, в отличие от Мефистофеля.

— Хм, нетопырь… — Мефистофель поднялся и проследил взглядом за зверьком.

— Что ты там бормочешь?

— Михаэль, для тебя здесь очень опасно. Возвращайся во дворец.

— Издеваешься? Я не брошу своего…

— До чего же ты упёртое создание, — Мефистофель положил Михаэлю руки на плечи. — Отринь ненужные эмоции и осмотрись вокруг. Поблизости нет ни бродячих собак, ни крыс, ни насекомых, про людей я уж промолчу.

— Убери руки, — возмущённо произнёс Михаэль, скидывая его ладони.

— Как пожелаешь, — Мефистофель отступил в тень. — Выслушай меня. Убийство баронессы, бродяг и твоего товарища — дело рук не человеческого существа.

— Что? В тот раз ты солгал мне?!

— Нет, убийца не человек, но и не демон, — Мефистофель задумчиво потёр подбородок. — Кто-то из потомков Каина.

— Каин? Ты говоришь про библейского братоубийцу?

— Ох, я и забыл, что люди дали им иное обозначение… Это нежить, если не вдаваться в подробности.

— Быть не может…

— Поверь, подобную ауру смерти и страха ни с чем не перепутаешь. Идём, мне-то встреча с этим созданием ничем не грозит, но ты можешь пострадать.

— Я не брошу его среди грязи, — Михаэль взглянул на труп парнишки.

— Тогда сообщи в полицию о том, что обнаружил тело своего подчиненного, — Мефистофель возвёл глаза к вечернему небу, мысленно пожелав одному архангелу в следующий раз воплотиться в девичьем теле.

— Объясни, почему ты упомянул библейского братоубийцу? — Михаэль сжал в ладонях кружку с остывающим чаем.

Мефистофель поправил матерчатый пояс и удобнее устроился в кресле, наблюдая за уставшим виконтом, который провёл в полиции несколько часов. Среди людей зачастую было принято обвинять случайных свидетелей в преступлениях. Благо положение Михаэля в обществе связывало руки полицейским, иначе он бы провёл несколько дней в тюрьме до выяснения обстоятельств смерти подчинённого.

— После убийства брата Каин был проклят Создателем и обречён до конца времён скитаться по миру. За время странствий он взял в жены свою сестру, которая родила Каину нескольких сыновей. Среди людей ходит молва, что его потомки погибли во времена великого потопа, но это не так, им удалось спастись. Праведные потомки Каина искупали грехи своего прародителя и приносили в мир людей гармонию, но были и те, кто унаследовал от него худшие черты — зависть, ненависть, злобу.

— Не понимаю, а какое отношение к этой истории имеет нежить?

— Каин и его потомки, те, что погрязли в грехах, были обречены на вечность. Неприкаянные души, которым нет места ни на Небесах, ни в Аду, ни в Чистилище. Они и стали «прародителями» всяческой нежити, — пояснил Мефистофель. — Поэтому я ничего не почувствовал. Нелегко отыскать в городе, где каждый день кто-то умирает, живого мертвеца. Впрочем, эту ауру, доставшуюся потомкам Каина«в дар» от Создателя, трудно перепутать с чем-то ещё.

— Безумие какое-то… — Михаэль отставил кружку, даже не пригубив содержимого.

— Отчего же? Когда Каин убил брата, то звери и птицы чуть не порвали его в клочья. Создатель же заклеймил грешника символом, вселяющим страх в тварей земных, чтобы никто не посмел оборвать его существование.

— Я не о том… — растерянно проговорил Михаэль.

— Большинство чудовищ — порождения людских пороков и страстей, но вам, смертным, проще обвинить в собственных грехах и ошибках кого-то другого, чем признать правду, — Мефистофель одёрнул манжеты белоснежной сорочки.

— Допустим, ты прав насчёт личности убийцы, — Михаэль встал из-за стола и подошёл к окну. — Но откуда в Камазене могло взяться подобное существо?

— Возможно, он как-то связан с некромантами королевства Эйделлюн. Живых мертвецов часто тянет к мёртвым живым.

— Так и знал, что этим еретикам нельзя доверять! — Михаэль с силой ударил кулаком по подоконнику. — Некромантам плевать на условия мирного договора.

— Это только предположение, не стоит бросаться обвинениями, пока нет доказательств.