Немного тепла

— Хм, если хочешь, то могу поведать тебе эту страшную тайну, — Мефистофель как можно равнодушнее пожал плечами.

— Тебе удалось что-то выведать?

— Естественно. Думаешь, я вёл с ним светскую беседу ради забавы?

— Только у демона мог повернуться язык назвать шипение змеи светской беседой.

— То древняя речь, которую понимает нечисть, нежить и некоторые животные, — Мефистофель закрыл глаза. — Этот вампир прибыл из королевства Эйделлюн…

— Так я и знал!

— Дослушай до конца, а не рвись на приём к королеве, чтобы рассказать ей о коварном плане эйделлюнцев. Которого и нет вовсе. Вампир презирал Гамигина и его некромантов, оттого направился на поиски иных угодий…

Михаэль что-то спросил, но Мефистофель не разобрал слов, погружаясь в дрёму, которая заменяла демонам сон.

— Мефистофель? Мефистофель, очнись!

— М? — он открыл глаза и несколько раз сморгнул.

— По-моему, у тебя кровь идёт, — Михаэль указал на рукав, с которого на пол падали тёмные и густые капли. — Если это, конечно, кровь.

— Кровь, — подтвердил Мефистофель, направив часть энергии на очищение одежд. — Раны, нанесённые нежитью, у меня затягиваются не сразу.

Михаэль поджал губы, но глупости вроде перевязки не предложил. Мефистофель покосился на то место, где лежало тело вампира, и заметил только горстку пыли. Михаэль проследил за его взглядом:

— Похоже, я сделал что-то не так. Стоило мне вбить кол ему в грудь, и труп на глазах рассыпался прахом.

— Так и должно быть.

— Что за игру ты со мной затеял? — сухо спросил Михаэль. — Ты уверял меня в том, что если лишить нежить оболочки, то неприкаянная душа станет блуждать по миру. Потом говорил о ритуале, который должен провести человек, чтобы упокоить живого мертвеца…

— Своих слов я не отрицаю, — Мефистофель поморщился от жжения на месте раны. — Душа этого вампира сейчас в твоих руках. В прямом смысле.

— Издеваешься? — Михаэль покрепче сжал деревянный кол в руке.

— Ничуть, — Мефистофель вновь закрыл глаза. — Слышал когда-нибудь о проклятых деревьях? Заснёт человек в корнях такого дерева — и уже не проснётся, будто оно всю жизнь из путника вытянуло. Каждое такое древо — душа, обретшая новую оболочку.

— Что будет, если такое дерево срубят? Или когда оно погибнет?

— Неупокоенный дух, — коротко ответил Мефистофель.

— Я должен был догадаться, что во всей этой истории есть какой-то подвох, — сокрушённо промолвил Михаэль.

— Подвоха нет. Если такие деревья не рубить, они «живут» по несколько столетий. Что тебя больше устроит: неупокоенный дух в Камазене сейчас или через пару веков? Закопай кол вместе с прахом вампира на каком-нибудь пустыре, — Мефистофель с трудом разлепил глаза и тряхнул головой, прогоняя дремотное состояние.

— Ты мог бы сделать всё это и без моего вмешательства, — подметил Михаэль, заворачивая кол в тряпицу.

— Ты прав, — подтвердил его догадку Мефистофель. — Вот только людям дано то, чего лишены остальные творения Создателя. Вы можете вознести молитву за упокой чужой души.

— К чему ты клонишь?

— Ты знаешь, кем он был. Ты видел, кем он стал. Если найдёшь в себе силы помолиться за этого грешника, то его душе могут даровать возможность попасть в Чистилище, — Мефистофель зябко поёжился и укутался в негреющую накидку.

— Почему я должен молиться за чудовище, которое убивало невинных людей?! — возмутился Михаэль.

Мефистофель тихо рассмеялся:

— Виконт, какое же вы ещё дитя. Вы столь часто говорите о том, что должны оберегать и спасать слабых телом и душой. Столкнувшись же с тем, кто истинно был слаб духом, отворачиваетесь от него с презрением.

Он прошёл мимо растерянного виконта и шагнул в сгустившиеся тени, перемещаясь в особняк. Выражение лица Михаэля стоило усилий, которые Мефистофель приложил для поисков потомка Каина. Но погибшего мальчишку было немного жаль.

Эпилог

Михаэль привычно кашлянул, возвещая о своём присутствии. Мефистофель, сидевший в кресле у самого камина, не обратил на это никакого внимания, но подался вперёд, поближе к огню.

— Обожжёшься, — мягко проговорил Михаэль.

— Смешно, — мрачно изрёк Мефистофель.

Михаэль покачал головой и положил на небольшой столик очередную книгу, взятую из королевской библиотеки. Он удивлённо приподнял брови: Мефистофель даже не пошевелился, хотя всегда проявлял интерес к новинкам литературы.

— Мефистофель, ты не заболел? — спросил Михаэль, обходя кресло.

— Виконт, с каких пор вас волнует судьба демона, которого вы страстно желаете изгнать? — голосом, сочащимся ядом, поинтересовался Мефистофель.

— С тех пор, как этот демон обосновался в столице, — сказал Михаэль, всматриваясь в бледное лицо Мефистофеля. — Быть может, ты тут чихнёшь, а с утра половина жителей города сляжет с лихорадкой.

— Демоны распространяют определённые недуги, но сами не болеют, — сухо ответил Мефистофель, неотрывно наблюдая за язычками пламени.

— Распространяют, значит? — Михаэль подбоченился.

— Не беспокойся, я этим уже лет триста не увлекаюсь, — Мефистофель наконец взглянул на него.