CreepyPasta
Тысячи страшных историй из жизни, которых, возможно, и не было...

Неприкаянные

Фандом: Гарри Поттер. Сентябрь 1998. Вторая магическая война только что закончилась, и волшебный мир медленно приходит в себя. Ремус по просьбе Гарри перебирается снова на Гриммо, все еще пытаясь справиться с призраками прошлого. Выживший в битве за Хогвартс Северус предстает перед судом за совершенные во время войны преступления. Этой осенью им обоим нужно решить, что они возьмут с собой из прошлого, а что оставят позади — однако выбор зависит не только от них

105 мин, 1 сек 18097
Текст не исчезал, и Ремус успел уже незаметно вздохнуть от облегчения. Но потом Северус протянул руку, чтобы развернуть карту к себе, и как только его пальцы коснулись пергамента, чернила снова потекли:

«Мистер Хвост хочет со всем возможным уважением заметить, что карту стоит читать только тем, у кого хватает для этого мозгов».

«Мистер Бродяга поддерживает мистера Хвоста и рекомендует, чтобы читателями карты были разумные существа, а не скользкие рептилии».

«Мистер Сохатый надеется, что карта окажется полезной для ремонта ближайшего террариума».

«Мистер Лунатик хочет сказать в заключение, что»…

Ремус еще раз стукнул по карте палочкой, и границы Хогвартса стали медленно проступать на пергаменте. Но худшее уже случилось.

— Ну, мистер Лунатик, — сказал Северус знакомым бархатным голосом, а глаза его казались темными, как разлитые на пергаменте чернила. — И что же вы хотите мне сказать?

Ремус перебирал в уме всевозможные варианты, пока не решил отбросить все лишнее и сказать простые слова, которые опоздали на много-много лет:

— Прости. Мне очень жаль.

Северус вздрогнул, и гнев стек с его лица. Мгновение спустя оно снова стало сердитым — но больше просто усталым:

— Прошлая ночь вызвала ностальгические воспоминания? К чему весь этот балаган?

— Отчасти… Но дело не совсем в этом, — Ремус погладил шершавую поверхность карты. — Я подумал, что оригинал может нам помочь.

В глазах Северуса вспыхнуло понимание:

— Ты хочешь сделать такую же здесь, да? — сказал он медленно. — Зачем, ради всего святого?

Ремус пожал плечами:

— Ну… считай это паранойей после двух войн, но мне было бы спокойнее, если бы я мог сразу увидеть, кто и когда находится в доме.

Северус не ответил. Он барабанил пальцами по столу, не отводя взгляда от пергамента. Оба следили, как мельтешат на карте черные точки: в Хогвартсе был просто еще один обыкновенный учебный день, ученики торопились на занятия… Ремус увидел имена Джинни и Гермионы рядом — Гермиона настояла, чтобы ей позволили закончить школу и теперь училась вместе с нынешними семикурсниками. Краем глаза он заметил, как напряженно смотрит на карту Северус — наверное, им обоим пришла одна и та же мысль: несмотря на все, что они сделали для школы, жизнь в Хогвартсе шла своим чередом. Без них. Как всегда.

Северус обвел пальцем границы своего бывшего кабинета.

— Кто рисовал? — спросил он вдруг.

— Питер.

Ремус пожал плечами в ответ на поднятую бровь. Они и сами тогда удивились, но Питер всегда хорошо рисовал, и возможность рассмотреть все с крысиной точки зрения, видимо, каким-то образом помогла ему.

— Но мы делали ее много лет… И могли добавлять только те комнаты, о существовании которых знали наверняка. Я не стал бы так рисковать с этим домом.

— Было бы гораздо проще, если бы нам не пришлось начинать с нуля, — произнес Северус, немного подумав. Ремус едва переварил это «мы», а он уже продолжал: — Обычно у таких старинных волшебных зданий есть чертежи, иногда жильцы тоже заказывали себе копию.

Ремус пытливо посмотрел на Северуса, тот махнул рукой и пробормотал:

— Я как-то сделал глупость и сказал Биннсу, что написал однажды эссе о магических домах начала века.

— И получил в награду часовую лекцию?

— Скорее пятичасовую.

Они обменялись беглой улыбкой, от которой внутри как будто вспыхнул дрожащий на ветру огонек свечи. Ремусу казалось, что он каким-то странным образом предает сейчас свою многолетнюю дружбу. Часть его все еще смотрела на карту как на святыню, вечное напоминание о времени, когда он был безудержно счастлив, даже если многое потом оказалось ложью. Сейчас он знал: хоть они самоуверенно считали, что проникли во все тайны Хогвартса, на карте не было многих комнат, которые школа им не открыла, и люди, входившие в них, словно проваливались в пустоту. Он снова услышал веселый голос Питера среди других, увидел его с пером в руке над пергаментом, и ему стало так гадко от этой картины, что он выплюнул слова, закрывающие карту. Пергамент опустел.

Северус уже успел переместиться к огромному книжному стеллажу, который занимал всю стену. Он был полон книг, пергаментов, старых бумаг и каких-то документов — видимо, Блэки использовали его как архив.

— Это может быть только здесь.

Ремус подошел и тоже уставился на заполнившие стеллаж книги.

— К счастью, мы не успели тут в свое время прибраться, — сказал он, окидывая взглядом доходящие до потолка полки. — Я просмотрел некоторые книги, но ничего похожего среди них не было.

— Если не найдем, в Министерстве должны быть первоначальные чертежи. Но вряд ли их отдадут кому-то, кроме настоящего хозяина дома.

При мысли о том, сколько труда им предстоит, у Ремуса опустились руки. Он снова ощутил боль во всем теле и вспомнил, что ничего не ел почти сутки. Но есть не хотелось, хотелось заползти обратно в кровать и не просыпаться несколько дней.

Наверное, это отразилось на его лице, потому что Северус слегка улыбнулся и сказал, придвигая к стеллажу стремянку:
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 14 из 29
Насколько страшно?
Оценок пока нет
Авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставлять комментарии
Выберите историю, после которой тишина станет заметнее...
Из той же бездны
О том, как лишний раз вывести из себя доктора Хауса, или Как правильно плести французскую косу
Сын Филифьонки • Фанфики, персонажи крипипасты
Фандом: Доктор Хаус. Хауса дико раздражает последняя тенденция моды в женских причёсках. К тому же он жутко ревнует Уилсона к Стерве… а может, наоборот?
Другой страх
Маски
Янтарный демон • Страшные стихи, тёмная романтика
Стараешься видеть чудовищ, заглядывая под камни, а иногда и вовсе кричишь, увидев их дикий облик. Страшишься. Стонешь. И плачешь.
Без предупреждения
Пробуждение мертвых
Aнастасия • Случайная история
В центре деревни находилось древнее кладбище, где надгробия склонялись, словно молчаливые хранители тайн прошлого. Легенды гласили, что мертвые не упокоились здесь с миром, что что-то…