Неудачный день

Когда-нибудь меня точно схватят, и тогда.

К реальности я вернулся, когда понял, что кроме своих мыслей слышу какие-то неестественные звуки из глубины квартиры. Я вскочил и в две секунды преодолел расстояние от кухни до ванной.

Машу рвало, её лицо побледнело, глаза слезились. Она тяжело дышала, держась одной рукой за грудь, а второй за кран смесителя. В ванной была кровь. Тут я испугался не на шутку. Я обхватил Машу за талию и бережно довёл до кровати.

Меня трясло, казалось, напасти не хотят сегодня отпускать меня. Вот теперь точно надо вызывать врачей.

Я выбежал из спальни, судорожно схватил трубку телефона и трясущимися пальцами набрал две цифры. Ноль три. Гудки. Набрал ещё раз. Снова гудки. Да отвечайте же вы, суки, человек умирает! Гудки, гудки. Да куда же все пропали, мать вашу!

Бросив трубку, я распотрошил домашнюю аптечку. Наверняка это просто отравление, просто отравление и ничего больше. Нужно найти антибиотики.

Пальцы выкидывали из коробки с лекарствами одну пачку таблеток за другой, пока наконец я не нашёл то, что нужно. Налив стакан воды, я вернулся в спальню. Маша лежала на кровати, раскинув руки. Она не дышала. Ну как же так, а! Почему, Господи, да что же это! Я начал трясти её за плечи, попытался нащупать пульс.

Пульса не было. Она была мертва.

Я сел на пол и зарыдал. Как же так! Только что мы сидели, пили чай, смеялись, а теперь она лежит мёртвая. Не могут же абсолютно здоровые люди так умирать, за какие-то десять минут и непонятно от чего. Маша.

В комнату забежала Маруська и, замурлыкав, села рядом. Тупое животное, хоть бы что-то ты понимало!

Слёзы заливали моё лицо. Я плакал как ребёнок, я не хотел верить в то, что сейчас произошло. Вдруг сквозь слёзы я увидел, как Машина рука шевельнулась. Я вскочил и склонился над ней. Неужели чудеса существуют?

Маша открыла глаза. Взгляд её был какой-то странный, как будто затуманенный, от зрачков по всей поверхности глазных яблок растекались красные прожилки. Она открыла рот, но вместо звуков издала какое-то змеиное шипение.

Я отстранился, пытаясь встать, но её рука крепко схватила меня за плечо, а зубы потянулись к моей шее. Я отпрянул и оттолкнул её изо всех сил. Твою мать! Она же пыталась меня укусить. Укусить!

Пятясь к выходу из спальни, я видел, как Маша медленно встаёт и, озираясь по сторонам, неуклюже пытается идти в мою сторону. Сделав два шага, она споткнулась об Маруську, попытавшуюся потереться об ноги любимой хозяйки.

То, что произошло в следующие пять секунд, было настолько нереальным, что мой разум, не веря тому, что ему говорят глаза, до последнего пытался отрицать происходящее. Маша набросилась на своего любимца и, схватив кошку обеими руками, впилась зубами в её плоть.

Кошка визжала, пыталась вырваться, но была вмиг разорвана пополам с какой-то звериной яростью. Кровь, шерсть, внутренности разлетелись во все стороны, забрызгав пол, стены и мебель.

Я потянулся к кобуре, и когда Маша начала двигаться в мою сторону, я уже держал её на прицеле.

— Стой, где стоишь, не подходи! — орал я, рука с пистолетом тряслась, меня лихорадило.

Но мои крики на неё не действовали, Маша продолжала идти на меня, оскалив зубы. Её лицо было вымазано кошачьей кровью, в левой руке болтались остатки бедного животного.

Первый выстрел отбросил Машу на полметра, но не сбил с ног. Да что же это за хрень! Так не бывает, я же попал точно в сердце. Я продолжал нажимать на курок, пули решетили её тело, но она продолжала идти на меня. Когда нас отделяло каких-то два метра, Маша вдруг завалилась назад и с грохотом рухнула на пол. Пистолет встал на задержку, магазин был пуст.

В голову! Последняя пуля угодила в голову.

Я опустился на пол, вытирая рукой лицо. Достал из кармана сигареты и нервно закурил.

Мой мир в одночасье рухнул. Что теперь делать? Я только что застрелил свою любимую девушку, ту, на которой хотел жениться. Но она ли это была? Она ведь умерла у меня на глазах! А потом воскресла, разорвала кошку и пыталась убить меня.

Так не бывает. Мёртвые не встают. Мёртвые не встают, снова пронеслось в голове, и я вспомнил мешок с трупом на дороге. Он ведь шевельнулся, мне не показалось, и там наверняка была такая же тварь, в которую превратилась моя Машка. Укус, забинтованная рука. Она же и меня пыталась укусить.

Почему-то вспомнился алкаш, бросившийся на машину, странная суматоха в городе. Что, мать твою, происходит? Что, если этих тварей уже много? Нужно убираться из города, теперь, когда нет Машки, не осталось ничего, что бы меня здесь держало. К чёрту Толика, к чёрту всё это.

Я перезарядил пистолет. Остался один магазин. Негусто, конечно, но хоть что-то есть.

Первым делом нужно валить из этой квартиры, соседи наверняка слышали выстрелы и вызвали ментов. Я сбежал вниз по лестнице со скоростью ветра.