Невероятная, но подлинная история…

— Дык, известно дело, как толь луна в полную силу заходит — так, значится, и дозволяют, — сварливо пробурчал лишенец, и, стряхнув с плеча невесть как оказавшегося там опарыша, укоризненно сплюнул мне на ботинок, развернулся и, приволакивая правую ногу, неспешно пошаркал по каким-то своим неведомым делам.

Когда он отдалился на некоторое расстояние и унёс с собой свои тошнотворные ароматы, я вновь задышал полной грудью и обернулся к удивительной картине загорающих под полной луной русалок.

За время моего общения с потасканным аборигеном, на берегу появилось новое действующее лицо, бывшее почти точной копией моего недавнего собеседника, и если б тот не уволокся в совершенно противоположную сторону, то я б со всей определённостью мог бы подумать, что это всё-таки он.

Этот новый персонаж был в совершенно той же степени запущенности внешнего вида, что и предыдущий, но похабная ухмылка на его безгубом лице, обращённая к вальяжно развалившим по песку свои прелести русалкам, и небрежный излом в области пятого позвонка, похоже долженствовали бы отражать немалую куртуазность его манер. «Наяды», если только такое именование применимо к пышнотелым девахам с могучими арбузами грудей и хвостами, толщине которых позавидовал бы пожилой морж, ничего, впрочем, странного в его облике и поведении не находили, жеманно стреляли глазками и призывно хихикали.

Студенты, тихонько переговариваясь, в очумелой оцепенелости наблюдали за происходящим.

Быстро темнело.

Внезапно что-то заставило меня обернуться.

Из ближайшего переулка вышел ещё один оборванец и медленным дёрганным шагом направился в нашу сторону.

Но не одолел он ещё и четверти разделяющего нас расстояния, как следом за ним, из того же самого переулка появилась ещё одна фигура, в сгущаюшихся сумерках показавшаяся мне точной копией той, что уже телепалась в нашу сторону.

И тут, как-то разом, из всех улочек, выходивших на берег, то тут, то там, один за другим, стали выходить похожие друг на друга, как две капли воды, силуэты.

Количество этих новых действующих лиц всё росло.

И вот тут-то я вспомнил слова завклубом! О неких загадочных «умрунах».

Не совсем ещё понимая, чем появление этих самых «умрунов» нам грозит, я, тем не менее, начал испытывать некоторое неясное беспокойство. И росло оно всё быстрее с каждой секундой, усиливаясь по мере того, как я отмечал всё больше различных странностей в их облике и поведении.

Все они двигались в практически одинаково-замедленном ритме, дёрганной разболтанной походкой. К тому же многим из них, если не сказать — всем, со всей определённостью пора было заказывать место в морге, они же, по какой-то неведомой причине, до сих продолжали болтаться на свободе и пугать своим внешним видом мирных граждан.

А ещё — снова появился и очень быстро стал усиливаться запах разворошённой земли и гнили. Ощутив его, я непроизвольно оглянулся проверить — не вернулся ли давешний пропойца. Его не было, но за спиной я обнаружил ещё несколько фигур, беззвучно приближавшихся к нам со стороны дальнего конца села, но бывших, пока ещё, сравнительно неблизко.

Вернувшись глазами к берегу, я тут же понял, что нас коварно заманили в ловушку.

Толстомясые баборыбы, выполнив роль приманки, теперь резво двигались к воде, торопливо перебирая руками, и жирные их хвосты неуклюже мотылялись по песку, оставляя извилистый след.

Куртуазному любителю наяд их бегство было совершенно по барабану, ибо теперь его физиономию растягивал мерзкий хищный оскал, с которым он и крался в нашу сторону.

От такой картины меня пробрало.

Холодный ручеёк стёк между лопаток и заставил зябко поёжиться.

Оглянувшись на ребят, я понял, что многие из них испытывали примерно те же чувства.

— Парни. Быстро взяли ноги в руки и за мной! — негромко скомандовал я, и, развернувшись, бросился вдоль берега, надеясь проскользнуть в ещё незанятое странными пришельцами пространство.

Многие из студентов успели до института послужить в армии, и мой приказ их словно бы разбудил, и все они бегом направились за мной.

Но было уже поздно! Ибо противник наш, несмотря на кажущуюся неспешность передвижения, моментально раскусил наш манёвр и начал загибать свои неровные порядки в сторону реки!

Мы остановились, сгрудились в кучу.

— На рожон не лезьте, но надо будет — бейте в полную силу! — снова скомандовал я и огляделся в поисках оружия.

Как назло берег был совершенно пуст, не видно было ни камней, ни палок. Ничего такого, что могло бы подойти нам для этой цели.

А уродливые пришельцы меж тем всё прибывали и прибывали! Совершенно перекрыв нам пути к отступлению.

Внезапно кто-то из пацанов, поддавшись панике, завопил что-то нечленораздельное и бросился на окружавших нас оборванцев. С ходу врезавшись в их ряды, он сбил с ног пару, попробовал ударить ближнего, но бывшие рядом резко придвинулись к нему, и, не обращая внимания на его удары, цепко похватали его за руки и одежду, мгновенно окружили, и мы потеряли парня из виду.

Раздался нечеловеческий вопль, влажный хруст, мерзкое чавканье.