Незабываемая ночь

Звук открывающейся двери вывел директрису из задумчивости. Она вздохнула, вспоминая то время, когда люди относились к ней с большим уважением, и постучав в дверь, сперва дожидались разрешения войти. Сейчас же всем казалось, что они имеют право в любой момент вломиться в ее кабинет. Амелия пожала плечами. Констанс предупреждала ее, что так и будет, если она продолжит политику «открытых дверей». Но директриса всегда думала, что «открытые двери» было образным выражением, а не буквальным. Она подняла голову и выдавила из себя улыбку, приветствуя Имоджен Дрилл.

— Я полагаю, вы пришли сказать, что Констанс сделала что-то, что расстроило вас?

— Нет… я… — Имоджен думала, что же ответить на вопрос мисс Кэкл, и спрашивала себя, что же рассказала ей Давина.

— Так может вы расскажете, что же такое важное стряслось, что вы обе врываетесь сюда, как будто школа находится в огне? — Амелия немного помолчала. — Это же не пожар?

Имоджен покачала головой.

— Это большой зал.

— Большой зал горит? — ахнула Амелия, взмахнув руками. — Нет времени рассиживаться! Мы должны убраться отсюда!

Имоджен подняла руки, пытаясь успокоить мисс Кэкл.

— Большой зал вовсе не горит.

— А зачем же тогда вы так сказали? — потребовала ответа Амелия.

— Я этого не говорила, — запротестовала Имоджен.

— Это Констанс! — выплюнула Давина.

Амелия изо всех сил пыталась сохранить нить разговора.

— Констанс сказала, что большой зал горит? — спросила она с ноткой отчаяния в голосе. — Когда она это сказала?

Имоджен обхватила руками голову.

— Большой зал не горит, — сказала она так спокойно, как только могла. — Ничего не горит…

— Кроме кухни миссис Тапиоки, — добавила Давина.

— Кроме кухни миссис Тапиоки, — повторила Имоджен.

— И конечно, всех этих котлов в лаборатории зелий.

— И котлов в лаборатории зелий… — Имоджен поняла, что делает, и заставила себя перестать повторять то, что говорила Давина. Она пристально посмотрела на Давину, которая выглядела очень расстроенной.

— Мы хотели сказать, что Констанс разрушила декорации в большом зале, — сказала Давина.

— Ну, мы не можем утверждать, что это была Констанс, — заметила Имоджен.

— Простите! — Амелия повысила голос, что делала крайне редко. Результатом было общее внимание спорящих учителей. — Не будете ли вы любезны, рассказать мне, что все-таки произошло? — Она окинула Имоджен стальным взглядом, который как правило использовала для строителей, которые пришли к ней с возмутительно дорогими расценками. — Почему бы вам не начать с самого начала?

Имоджен нервно облизнула губы.

— Кто-то… — она бросила предостерегающий взгляд на мисс Бэт, — Кто-то испортил декорации в большом зале, которые были сделаны специально к родительскому собранию.

— Это была Констанс, — выпалила мисс Бэт, как только Имоджен отвела от нее взгляд.

— Этому нет никаких доказательств, Давина, — так терпеливо, как могла, напомнила Имоджен.

— А кто был единственным, кто с самого начала был против этого?

— Констанс, — не могла не признать Имоджен. — Но она не сделала бы ничего подобного!

— Дамы, пожалуйста! — Амелия снова попыталась вклиниться в разговор. — Насколько сильно пострадал большой зал?

Губы Давины задрожали, когда она вспомнила разрушения, которые видела.

— Все пропало, — всхлипнула она. — Порвали все украшения из цветной бумаги, сорвали шары и… — она взмахнула рукой, пытаясь обозначить масштабы катастрофы.

— Зал выглядит так, будто внутри него бушевал торнадо, — подтвердила Имоджен.

Амелия нахмурилась.

— Я так понимаю, что там никого не было?

Имоджен кивнула.

— Мы ничего не можем сделать… — она осеклась, потому что в голову пришла внезапная мысль. — А вы не могли бы… — Она пошевелила пальцами.

Амелия вздохнула.

— Я не уверена, что стоит использовать для этого магию.

— Констанс явно на это и рассчитывала, — пробормотала под нос Давина, пытаясь прекратить шмыгать.

Имоджен умоляюще посмотрела на Амелию.

— Неужели нет никакой лазейки? Чего-то такого, что позволит вам устранить проблему?

Амелия поправила рукава, а затем тряхнула руками, испытывая внутреннее волнение.

— Пойдемте, посмотрим на масштаб катастрофы.

Подождав, пока Имоджен поможет Давине подняться на ноги, Амелия покинула кабинет.

Распахнув тяжелые деревянные двери, Амелия вошла в большой зал, мысленно готовясь к самому худшему. Но то, что она увидела, удивило ее. Ленты разноцветной креповой бумаги обматывались вокруг столбов, образуя причудливые узоры, воздушные шары мягко покачивались от сквозняка, прикрепленные ко всем доступным поверхностям. Серпантин образовывал изящные арки, обвиваясь вокруг потолочных балок.

— О боже, — выдохнула Амелия. Она не могла припомнить, когда большой зал выглядел так красиво.

— Я пыталась воспроизвести дизайн девочек, но не уверена, что все запомнила, — Констанс появилась из-за одной из колонн и сложив руки на груди, сделала несколько шагов назад, любуясь делом своих рук.

— Но вы… — Имоджен замялась, подбирая правильные слова.