Незабываемая ночь

— Я не понимаю, — ответила Имоджен так терпеливо, как только могла, зная, что если расстроит учительницу пения, то та может запереться в ее шкафу на ближайшую пару недель. — Я не понимаю, почему окраска стен — это нарушение стандартов!

Давина в недоумении смотрела на Имоджен. Были времена, когда она не могла поверить, что ее коллега так мало узнала о школе Кэкл за время своей работы тут. Она открыла было рот, чтобы снова запротестовать и задумалась, какое время займет очистка стен от краски.

— Вы можете на пару минут забыть о стенах? — прервала ее Имоджен.

Давина вздохнула.

— Это будет нелегко. — Она переложила папку в одну руку и поплотнее закуталась в шаль. — Они действительно очень голубые.

Имоджен тяжело вздохнула, едва сдерживая язвительные слова, которые так и вертелись на кончике языка.

— Давайте оставим споры о цвете стен на более позднее время. — Она указала на папку. — Я полагаю, тут есть гораздо более интересные вещи, которые мы могли бы обсудить.

Давина погрозила Имоджен пальцем и улыбнулась.

Ученицы школы Кэкл знали много полезных вещей. Например то, что не стоит трогать незнакомые пузырьки, если только у вас не чугунный желудок, или то, что не стоит задавать мисс Бэт вопросы о достоинствах какого-то конкретного исполнения песен, если только у вас нет в запасе четырех свободных часов, чтобы прослушать эти песни семь раз, исполненные тремя разными способами. И одно все без исключения знали совершенно точно. Ни при каких обстоятельствах нельзя попадаться на глаза Х-Б, когда она буквально летела по коридорам, кого-то преследуя. Преследование отличалось от обычного шага, сразу позволяя определить его. От летящей по коридорам Х-Б стоило держаться подальше. И вот сейчас Констанс летела по коридорам замка с таким видом, будто бы от этого зависела ее жизнь, направляясь в ту сторону, где располагались комнаты учителей.

— Я не могу открыть ее, — объявила Давина, провозившись с папкой в течение нескольких минут.

Имоджен цокнула языком. — Она закрыта магически? Я полагаю, мы должны были это предусмотреть.

Давина растерянно взглянула на нее.

— Нет никакого волшебства. Я просто не уверена, что мы должны делать это.

— Это была ваша идея, — напомнила Имоджен, но Давина покачала головой.

— Я не уверена, что это хорошая идея, — повторила она.

Имоджен наклонилась вперед и осторожно забрала папку из рук Давины. Она совершенно не собиралась упускать эту возможность. Папка была тяжелой, и Имоджен прикидывала, сколько информации она могла содержать. Она ощутила какое-то движение и услышала, как Давина бормочет слова прощания, но была слишком поглощена папкой, чтобы ответить.

Положив папку на кровать, Имоджен медленно потянула за голубую ленту, которой та была связана. Узлы плавно развязались, и Имоджен судорожно вздохнула, поняв, что она всего в шаге от того, чтобы выяснить, кто же такая Констанс Хардбрум. Наконец-то она сможет по достоинству ответить импозантной учительнице зелий, когда та вновь попытается отвергнуть или высмеять ее идеи. У нее наконец-то появился компромат на неприкосновенную заместительницу директрисы. На лице Имоджен заиграла улыбка, когда она поняла, как долго ждала этого.

Имоджен выпустила из рук ленту, и та упала на кровать. Сейчас уже ничего не препятствовало ей изучить содержимое папки. Имоджен сделала глубокий вдох и вытерла вспотевшие ладони о свой спортивный костюм. Она осторожно потянулась и открыла папку. Самая первая страница разочаровала Имоджен, и она надеялась, что остальная папка содержит в себе что-то более интересное, чем имя и даты учебы в школе. Она прикрыла глаза, увидев, что четко написанные буквы и цифры вдруг стали расплываться, когда она пыталась сосредоточиться на них.

Имоджен нетерпеливо вздохнула, думая, не могла ли Констанс каким-то образом заколдовать папку, чтобы ее содержимое невозможно было прочесть. Наконец сдавшись, она перевернула страницу и жадно принялась читать первый раздел папки.

Констанс совершенно не колеблясь проверила комнату мисс Бэт, которая оказалась пустой. В письме, которое она получила из Всемирного Ведьмовского Центра и подписанного неким «доброжелателем», сообщалось, что ее личное дело пропало из архива. Тон, которым было написано это письмо, предполагал, что она ответственна за похищение этих материалов. Ей сообщили, что она должна немедленно вернуть их на место. Констанс была уверена, что знала, кто ответственный за похищение ее личного дела. Согласно сообщению из ВВЦ, волшебный след магической печати говорил о том, что ее личное дело находилось сейчас где-то в пределах замка, и Констанс знала тут только одну ведьму, которая имела необходимые контакты, чтобы получить ее дело из архива. Она без стука ворвалась в комнату Давины, надеясь поймать свою коллегу за чтением папки. Констанс заготовила для нее хлесткую речь и теперь была очень разочарована, застав в комнате Давины только кошку, которая взглянула на нее и шмыгнула в укрытие.