Утро расцвело и заблистало расой на зелени. По искрящемуся полю бежала девочка, от нее с утра сбежал котенок. Теперь он сидел на большом булыжнике и наслаждался рассветом. Она хотела его хорошенько проучить за то, что опять от нее смылся, но теперь, пережив серьезные волнения, осознав, что могла совсем его потерять, была счастлива, вновь обретя его. Она подошла к нему и взяла на руки...
36 мин, 47 сек 9309
Ночь он не спал. Пытался дежурить. Но было спокойно. Ветер нежно гладил поле и пел свои песни. Утром они двинулись дальше. Через час пешей прогулки, Юля потеряла сознания. У нее снова обильно потекла кровь из промежности.
— Оставим ее здесь? — спросила Анжелика, она смотрела на брата с надеждой.
— Ты же сама попросила меня взять ее с нами в путь.
— Теперь я поняла, что это была ошибка. Она все равно умрет. Между вами не получится любви, как в фильме.
— О боже, Анжелика, что ты насочиняла! Какой любви! Нет больше никакой любви в этом мире. Нет больше ничего! Мы превратились в животных, которые борются за свое выживание. Дожить до следующего дня, это все что теперь имеет значение!
Они уже собирались идти дальше, когда Юля очнулась и, открыв глаза, крикнула им:
— Постойте! Вы не понимаете…
— Ты умираешь, Юля, — откликнулся Антон. — Ты не сможешь идти.
— Дайте мне несколько минут и я пойду дальше. Или пристрели. Только знай — я беременна!
— Чего?
Лицо Юлии расплылось в улыбке.
— Да, это так. Я вынашиваю ублюдка одного из НИХ…
Антон подошел к ней:
— О чем ты говоришь?! Ты совсем рехнулась?
— У меня была связь с захватчиком… Я трахала себя вибратором и мне грезилось, что он превращается в прекрасного живого парня, такого красивого, как я всегда мечтала. И теперь во мне зарождается совершенно иная форма жизни, гибрид нас и их…
— О чем она говорит? — Анжелика подошла к брату.
— У нее предсмертный бред. Полностью отъехала крыша…
— Когда он трахал меня его огромный член пульсировал в моем влагалище, — Юля растянула в улыбке свое изможденное, покрытое запекшейся кровью, лицо. — Я думала, что это только мне кажется. Но это было так. Я и вправду трахалась с одним из них.
Антон развернулся и повел сестру дальше по дороге, когда Юля крикнула:
— Ты ведь любишь своего брата, правда, Анжелика?! Я своего не только любила — с ним спала! Наверное он тоже хотел меня, но не решался. Я соблазнила его. Это я тебе так, на будущее, говорю! У него был крохотный член, такой маленький, наверно, бывает один на сто тысяч. Когда такой входит обычно даже и не замечаешь его в себе, но когда мой брат вводил его мне в манду было какое-то особое ощущение!
Они были уже далеко, когда она почувствовала, что ее тело начинает стремительно деформироваться и разбухать. Она вспомнила, как старший брат показывал ей, как рисовать и начала смеяться.
— Сейчас главное, сохранить в себе человечность, — произнесла она, рассматривая стоящего рядом с ней брата. — Мы снова рядом, давай сделаем это! — она смеялась. — Я очень хочу тебя прямо сейчас! Я вся мокну, так ты нужен мне в это мгновение! Мне хорошо! Я счастлива! Я ощущаю как душа моя раскрывает мое тело!
Ее промежность стала неудержимо исходить черной кровью, живот вздулся и взорвался, словно пузырь. А потом и голова.
Антон и его сестра встретили несколько человек за весь день. Большинство из них были абсоnbsp;&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&лютно измождены, было видно, что они устали настолько, что им плевать — живы они или сдохли. Антон вспомнил последние минут жизни отца и то, что он сказал в них. Незнакомцы только безучастно смотрели на него и автомат на его плече, когда он пытался с ними заговоритnbsp;— Выродки! — завизжала Крис. nbsp;— Вы все равно ничтожны!
ь. Они пришли в какой-то город, но там были те же пустые улицы и дворы. Правда прохожих было больше, и даже продолжали работать магазины, в которых бесплатно выдавали еду и одежду. Их накормили, пригласили в какое-то кафе. Расспрашивали про их город. Около полуночи возле кафе остановился автобус, несколько людей в него сели и он увез их в неизвестном направлении.
— Куда он? — спросил Антон у какого-то парня сидевшего в кафе со своей девушкой.
— В какой-то большой центр, где они пытаются жить небольшой общиной. Типа сохранить очаг цивилизации с поставкой туда продуктов. Вроде там даже генератор есть.
— А чего вы туда не уедете?
— Слышал от одного знакомого, что захватчики уничтожают все попытки начать систематизировать жизнь. Одиночек не трогают, а вот если где-то кто-то пытается вновь создавать цивилизацию, тогда они уже устраивают показательную карательную акцию.
— Логично с их стороны, — усмехнулся Антон.
Вместе с сестрой он заночевал в каком-то подобии отеля. Добрая пожилая женщина постелила им и дала хлеба и миску молока для котенка.
Среди ночи их разбудили и сказали, что отель горит. Все кто в нем находились и успели вырваться из пекла, поняли, что горит практически вся улица. Слышался громкий плач. Кто-то держал в руках своих сгоревших детей.
— В этих людях еще осталось что-то человеческое… — пробормотал Антон. — У них это постепенно отнимают.
— Мне кажется, — сказала Анжелика, — что за последний день и, особенно с того момента как мы вошли в этот город, и в нас вновь зародилось что-то человеческое.
— Оставим ее здесь? — спросила Анжелика, она смотрела на брата с надеждой.
— Ты же сама попросила меня взять ее с нами в путь.
— Теперь я поняла, что это была ошибка. Она все равно умрет. Между вами не получится любви, как в фильме.
— О боже, Анжелика, что ты насочиняла! Какой любви! Нет больше никакой любви в этом мире. Нет больше ничего! Мы превратились в животных, которые борются за свое выживание. Дожить до следующего дня, это все что теперь имеет значение!
Они уже собирались идти дальше, когда Юля очнулась и, открыв глаза, крикнула им:
— Постойте! Вы не понимаете…
— Ты умираешь, Юля, — откликнулся Антон. — Ты не сможешь идти.
— Дайте мне несколько минут и я пойду дальше. Или пристрели. Только знай — я беременна!
— Чего?
Лицо Юлии расплылось в улыбке.
— Да, это так. Я вынашиваю ублюдка одного из НИХ…
Антон подошел к ней:
— О чем ты говоришь?! Ты совсем рехнулась?
— У меня была связь с захватчиком… Я трахала себя вибратором и мне грезилось, что он превращается в прекрасного живого парня, такого красивого, как я всегда мечтала. И теперь во мне зарождается совершенно иная форма жизни, гибрид нас и их…
— О чем она говорит? — Анжелика подошла к брату.
— У нее предсмертный бред. Полностью отъехала крыша…
— Когда он трахал меня его огромный член пульсировал в моем влагалище, — Юля растянула в улыбке свое изможденное, покрытое запекшейся кровью, лицо. — Я думала, что это только мне кажется. Но это было так. Я и вправду трахалась с одним из них.
Антон развернулся и повел сестру дальше по дороге, когда Юля крикнула:
— Ты ведь любишь своего брата, правда, Анжелика?! Я своего не только любила — с ним спала! Наверное он тоже хотел меня, но не решался. Я соблазнила его. Это я тебе так, на будущее, говорю! У него был крохотный член, такой маленький, наверно, бывает один на сто тысяч. Когда такой входит обычно даже и не замечаешь его в себе, но когда мой брат вводил его мне в манду было какое-то особое ощущение!
Они были уже далеко, когда она почувствовала, что ее тело начинает стремительно деформироваться и разбухать. Она вспомнила, как старший брат показывал ей, как рисовать и начала смеяться.
— Сейчас главное, сохранить в себе человечность, — произнесла она, рассматривая стоящего рядом с ней брата. — Мы снова рядом, давай сделаем это! — она смеялась. — Я очень хочу тебя прямо сейчас! Я вся мокну, так ты нужен мне в это мгновение! Мне хорошо! Я счастлива! Я ощущаю как душа моя раскрывает мое тело!
Ее промежность стала неудержимо исходить черной кровью, живот вздулся и взорвался, словно пузырь. А потом и голова.
Антон и его сестра встретили несколько человек за весь день. Большинство из них были абсоnbsp;&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&лютно измождены, было видно, что они устали настолько, что им плевать — живы они или сдохли. Антон вспомнил последние минут жизни отца и то, что он сказал в них. Незнакомцы только безучастно смотрели на него и автомат на его плече, когда он пытался с ними заговоритnbsp;— Выродки! — завизжала Крис. nbsp;— Вы все равно ничтожны!
ь. Они пришли в какой-то город, но там были те же пустые улицы и дворы. Правда прохожих было больше, и даже продолжали работать магазины, в которых бесплатно выдавали еду и одежду. Их накормили, пригласили в какое-то кафе. Расспрашивали про их город. Около полуночи возле кафе остановился автобус, несколько людей в него сели и он увез их в неизвестном направлении.
— Куда он? — спросил Антон у какого-то парня сидевшего в кафе со своей девушкой.
— В какой-то большой центр, где они пытаются жить небольшой общиной. Типа сохранить очаг цивилизации с поставкой туда продуктов. Вроде там даже генератор есть.
— А чего вы туда не уедете?
— Слышал от одного знакомого, что захватчики уничтожают все попытки начать систематизировать жизнь. Одиночек не трогают, а вот если где-то кто-то пытается вновь создавать цивилизацию, тогда они уже устраивают показательную карательную акцию.
— Логично с их стороны, — усмехнулся Антон.
Вместе с сестрой он заночевал в каком-то подобии отеля. Добрая пожилая женщина постелила им и дала хлеба и миску молока для котенка.
Среди ночи их разбудили и сказали, что отель горит. Все кто в нем находились и успели вырваться из пекла, поняли, что горит практически вся улица. Слышался громкий плач. Кто-то держал в руках своих сгоревших детей.
— В этих людях еще осталось что-то человеческое… — пробормотал Антон. — У них это постепенно отнимают.
— Мне кажется, — сказала Анжелика, — что за последний день и, особенно с того момента как мы вошли в этот город, и в нас вновь зародилось что-то человеческое.
Страница 18 из 19
