Незнакомец в плаще

На следующий день Кирилл позвонил мне и пригласил в гости. Закончив работу и купив немного продуктов, я неспеша подошел к их дому. Дверь мне открыла Настя, и я сразу заметил волнение в ее глазах. В общих чертах все было обычно — мы вместе приготовили разных вкусностей (я в основном смотрел — кулинария никогда не была моим козырем). Но атмосфера была какой-то напряженной, чувствовалась тревога моих друзей. Я долго терпел, и, когда мы наконец сели за стол, спросил: «Ну что? Рассказывайте».

Они переглянулись, словно не знали как начать. Первой нарушила молчание Настя.

— Сегодня на работе во время обеда я увидела через окно своего офиса того урода. Он стоял через дорогу, спиной к дереву и смотрел прямо на меня. Откуда он знал где моё окно? — посмотрев на меня и уловив недоверие, продолжила с волнением в голосе, — Игорь, я не шучу. Я позвала коллег, они тоже его видели. Мы даже вышли из здания, чтоб пригрозить ему вызвать милицию, если он не уйдет. Но его там уже не было. И Кирилл тоже… — … видел его, — продолжил за неё Кирилл, — но в другом месте. Я ехал по работе на встречу в районе Позняков и случайно заметил «того» в толпе. Он стоял и пялился на мою машину. Я спешил, и там нельзя было паркануться, иначе я бы разбил ему морду. А через пять минут позвонила Настя и рассказала что он был возле её офиса. Тоже минут пять-десять назад. Понял, да? Как же я жалею, что не остановился тогда… Я не сразу, но понял, о чем он говорит. Дело в том, что офис Насти находился в центре города, за километров десять от Позняков.

— Вы меня разыгрываете, да? Сегодня не 1 апреля, — с ухмылкой произнес я.

По их взглядам я понял, что шутками здесь и не пахнет.

— Вы не думали заявить в органы? Преследование и всё такое.

— Наши менты с таким даже возиться не станут, — махнув рукой, ответил Кирилл, — надо разобраться самому. Буду носить с собой пневмат, если увижу — поймаю, а если опять будет убегать — подстрелю как собаку.

— Видимо, ничего больше не остается, — кивнул я, — дерзай. Только смотри никого другого случайно не подстрели.

Настя вышла за чем-то на кухню, мы продолжили разговор. Но не прошло и минуты как мы услышали её истеричиский визг. Мы мгновенно вскочили и бросились в коридор. Она сидела перед входной дверью, дрожа, и смотрела на глазок.

— Что, опять он? — вскричал Кирилл, схватив пневмат.

— Д-да, о-он там, — заикаясь, прошептала Настя.

Я подбежал к глазку и посмотрел туда. В парадном никого не было, ярко светила в глаза лампочка. Сзади подскочил Кирилл, резко распахнул дверь и выбежал на площадку. Оглядевшись, он замер.

— Тихо, — приложив палец к губам, прошипел он. Я прислушался — никаких звуков кроме шума моторов на улице.

— Ты давай вверх, я вниз, — скомандовал я, — далеко уйти не мог.

Сбежав на этаж вниз, я вспомнил что у меня с собой нет ничего нет для самозащиты. Но, поколебавшись секунду, я попрыгал по ступенькам дальше. Сверху доносился топот Кирилла и всхлипывания Насти. Я добежал до первого этажа — дверь наружу закрыта, никого нет. Поплелся обратно (лифт у них в то время был сломан). Когда я поднялся обратно, Кирилл уже сидя на корточках успокаивал жену.

— Никого? Я так и понял… Вверху тоже, — повернувшись в мою сторону, пробурчал Кирилл, — давайте зайдем обратно.

— Разве он звонил в дверь? — спросил я Настю, когда мы закрылись, — я ничего не слышал.

Она отрицательно покачала головой.

— Стучал? — спросил Кирилл. Тот же жест в ответ.

— Тогда зачем ты вообще пошла смотреть в глазок? — недоумевая спросил я.

— Не знаю, что-то почувствовала. Увидела, что кто-то закрывает свет лампы в глазке, решила посмотреть, — она снова заплакала.

Кирилл достал чекушку водки и мы распили её на двоих, Настя ушла в свою комнату.

Почти не разговаривали, оставшееся время прошло мрачно. Меня так и подмывало спросить, не ели ли они каких-то грибов или еще чего, но знал, что это только разозлит друга.

На следующий день я уехал в командировку в Австрию на две недели. Договорились списываться в ICQ, телефон я оставил дома. Я несколько раз писал оттуда, но Кирилл не отвечал. Тревожным было моё возвращение, но придя домой, я первым делом набрал друга и, к моему облегчению, он ответил.

Телефонный разговор меня ошеломил. Кирилл обреченным голосом рассказал, что «тот» (именно так он стал так его называть) в последнее время появляется все чаще, в самых неожиданных местах, но до него никак не получается добраться. Настя в ужасной депрессии, взяла больничный, не выходит из дома, завесила окна. Они уже подали заявление в милицию, но, как и ожидалось, оно не было принято всерьез.

Выслушав всё, я предложил им зайти к себе, не особо надеясь на успех впрочем. Но, Кирилл неожиданно согласился, сказал что и Настю заставит. Через полчаса они уже были у меня дома. Я еле успел убрать бардак, оставленный перед отъездом. Когда я открыл дверь, у меня отвисла челюсть. Я с трудом узнал в двух измученных, осунувшихся и похудевших людях с блуждающими глазами своих друзей.