Как и любой человек, который любит много путешествовать и заводить странные знакомства, я тоже со временем оброс разнообразными контактами с необычными и крайне колоритными личностями. Зато я всегда могу быть уверен в том, что во многих городах мне есть с кем встретиться, потрещать и узнать много нового.
9 мин, 49 сек 6815
Блин, расклад так себе. Да и не хватит меня на сотню упырей, даже если каждому достанется по наперстку. А какие варианты? Рискнуть и надеяться на лучшее, или попытаться сбежать… а по зимнему лесу я пешком далеко не убегу. Есть еще, конечно, вариант с «сжечь тут все нафиг», но могу не успеть.
— Идем.
Вытряхнув меня из куртки и бросив ее тут же на стул, официант повел меня обратно в зал. В зале ничего особенно не изменилось, за исключением странного агрегата, появившегося в центре. К нему меня и подвели, особого внимания, правда, сие действо не удосужилось, что несколько радовало в свете того, что в мозгу все еще колотилась мысль о попытке сбежать. Стоило бы что-то сказать, только вот кроме той единственной мысли, других пока не появилось. «Не стой столбом». Зашевелился внутренний голос. «А что ты предлагаешь? Устроить истерику? Биться в корчах? Попытаться надавать кому-нибудь по морде?» Пока я препирался со внутренним голосом, официант ловко закатал рукав моей рубашки, и с не меньшей ловкостью найдя на сгибе локтя вену, всадил в нее иглу с присоединенной к ней же тонкой прозрачной трубкой.«Больницу ограбили?» Справа подрулил знакомец, который своими ногами уже чуть не убил меня, и в свободную руку вложил бокал, в котором явно что-то плескалось.
— Что это?
Инстинкт самосохранения запоздало, но отчетливо сделал стойку.
— Не дрейфь. Вино. Легче пройдет.
Откуда-то из за спины усмехнулся голос официанта.
— А цианистого калия что, не завалялось?
Одним глотком опустошив бокал, я вернул его владельцу, и стал с неподдельным интересом наблюдать, как нечто свое и родное по тонкой трубке все быстрее перебирается в предусмотрительно подставленную под ее второй конец, чашу. Просто стоять и бояться было скучно, пришлось рассматривать чашу. Удалось даже потрогать ее. Странная, вроде и не стекло, и не пластмасса, но прозрачная, светящаяся и теплая на ощупь.
Сколько я так стоял, сказать сложно, в голове нарастал звон, но какое-то время его удавалось игнорировать. Вокруг сновали другие официанты и совершенно незнакомые личности. Но на них я внимания не обращал, потому что меня больше никто не трогал. Сфокусироваться мне удалось только один раз, один из проходивших мимо остановился возле чаши, зачерпнул из нее содержимого бокалом и тут же опорожнил его столь же стремительно, как я бокал вина.
— Мне дурно.
Доверительно сообщил я дежурившему возле меня официанту, и отключился.
Утро вместе с пробуждением настигли меня на полке в купе поезда, который, по счастливой случайности, ехал как раз в сторону моего города. Голова гудела, изо рта несло дохлыми кошками, память отсутствовала, а значит, вчера я все же сумел неплохо пофестивалить. Вот только никак не удавалось вспомнить — где именно. Где я мог накидаться так, что не помню, как садился в поезд, и когда именно? Обзвон друзей ясности в этот вопрос не внес, а в отель в лесу я больше не езжу. Ну его, нехорошее у меня предчувствие насчет этого места.
— Идем.
Вытряхнув меня из куртки и бросив ее тут же на стул, официант повел меня обратно в зал. В зале ничего особенно не изменилось, за исключением странного агрегата, появившегося в центре. К нему меня и подвели, особого внимания, правда, сие действо не удосужилось, что несколько радовало в свете того, что в мозгу все еще колотилась мысль о попытке сбежать. Стоило бы что-то сказать, только вот кроме той единственной мысли, других пока не появилось. «Не стой столбом». Зашевелился внутренний голос. «А что ты предлагаешь? Устроить истерику? Биться в корчах? Попытаться надавать кому-нибудь по морде?» Пока я препирался со внутренним голосом, официант ловко закатал рукав моей рубашки, и с не меньшей ловкостью найдя на сгибе локтя вену, всадил в нее иглу с присоединенной к ней же тонкой прозрачной трубкой.«Больницу ограбили?» Справа подрулил знакомец, который своими ногами уже чуть не убил меня, и в свободную руку вложил бокал, в котором явно что-то плескалось.
— Что это?
Инстинкт самосохранения запоздало, но отчетливо сделал стойку.
— Не дрейфь. Вино. Легче пройдет.
Откуда-то из за спины усмехнулся голос официанта.
— А цианистого калия что, не завалялось?
Одним глотком опустошив бокал, я вернул его владельцу, и стал с неподдельным интересом наблюдать, как нечто свое и родное по тонкой трубке все быстрее перебирается в предусмотрительно подставленную под ее второй конец, чашу. Просто стоять и бояться было скучно, пришлось рассматривать чашу. Удалось даже потрогать ее. Странная, вроде и не стекло, и не пластмасса, но прозрачная, светящаяся и теплая на ощупь.
Сколько я так стоял, сказать сложно, в голове нарастал звон, но какое-то время его удавалось игнорировать. Вокруг сновали другие официанты и совершенно незнакомые личности. Но на них я внимания не обращал, потому что меня больше никто не трогал. Сфокусироваться мне удалось только один раз, один из проходивших мимо остановился возле чаши, зачерпнул из нее содержимого бокалом и тут же опорожнил его столь же стремительно, как я бокал вина.
— Мне дурно.
Доверительно сообщил я дежурившему возле меня официанту, и отключился.
Утро вместе с пробуждением настигли меня на полке в купе поезда, который, по счастливой случайности, ехал как раз в сторону моего города. Голова гудела, изо рта несло дохлыми кошками, память отсутствовала, а значит, вчера я все же сумел неплохо пофестивалить. Вот только никак не удавалось вспомнить — где именно. Где я мог накидаться так, что не помню, как садился в поезд, и когда именно? Обзвон друзей ясности в этот вопрос не внес, а в отель в лесу я больше не езжу. Ну его, нехорошее у меня предчувствие насчет этого места.
История дочитана
Какой след эта история оставила у тебя?
Страница 3 из 3
