Фандом: Star Wars. Пять лет после Эндора. Дарт Вейдер жив и бежит из плена, в котором его держали все это время. Что будет с Галактикой?
131 мин, 42 сек 5782
Люк поморгал.
— Компенсация?
— Не думай об этом. Просто имей в виду и не удивляйся.
— Постараюсь, — журналисты удивляли Люка регулярно.
— Плохо то, — сказала Лея, — что ты же начнешь выяснять, зачем тебе достался именно этот патент, а не выбросишь его куда подальше.
Люк вздохнул. Открыл было рот.
— Не отвечай, — произнесла она быстро. — Не будем повторять аргументы. Я не согласна, но да, это твое дело и разбирайся с ним сам. У меня заседание сейчас начнется, я побежала. Снисходительней к прессе. Убивай не всех.
— Я вообще очень мирный, — сказал Люк и отключил связь под ее хихиканье. Вздохнул. Пресса кого угодно загонит на Темную Сторону Силы. Хоть бы в университете не обсуждали горячую новость.
Он прошел к старому зданию по лужайке — прямо по траве, дорожек в университетском саду не было. Не по недосмотру, а из-за философии. Основатели полагали, что человек не должен забывать ощущение настоящей земли под ногами. Люку казалось, они были правы. После вечных коридоров пройти по траве было приятно. Траву, конечно, высевали особенную, иначе ноги сотен студентов превратили бы газон в грязевую лужу, и «настоящей» она была только в том смысле, что не являлась пластиковой. Но Люк не считал это важным.
В старом здании стены покрывал мрамор, коридоры были широки и высоки. Здесь уже не учились, большую его часть занимали музей университета и старая библиотека. В здании так же обитала администрация, проходили конгрессы и вручались дипломы. Сейчас мраморные коридоры пустовали: середина дня, большинство студентов на занятиях, а администрация работает.
Люк прошел в маленький внутренний сад у кабинетов Арбитража по эквивалентности сертификатов об образовании, сел на скамью за цветущим кустом. Широкие листья и алые цветы закрыли его от окон Арбитража. Послал извинения научному руководителю.
«Разумеется, Люк, это важнее! — мгновенно ответил профессор Са. — Можно подумать, он заранее знал, что вы будете писать эту работу. Такое совпадение!»
Люк вздохнул. При чем тут его диплом? Где связь, кроме самого отца?
«Вы уже видели патент?»
«Нет», — ответил Люк. В почте у него лежало послание от адвокатской конторы «Гирг и Геллер», занимавшейся, судя по новостям, завещанием отца. Поговорить бы с ними… Но первый же запрос на инфопортал показал: бесполезно. Отец, ничего не объяснив, пять лет назад оставил этим адвокатам свое завещание. За два дня до отлета на Эндор. Они не вели с ним раньше никаких дел. А ведь у него были свои адвокаты… Почему он предпочел этих, малоизвестных?
Чтобы выжили в смуте дележа власти после поражения?
«Утверждают, будто он выдан за два года до Войны клонов, на Куате, — написал профессор. — На имя Дарта Вейдера. Проверьте немедленно. Если это правда, это же открытие десятилетия! Если он официально сменил имя, должны были остаться записи. Или даже свидетели!»
Занимаясь дипломом, Люк, в качестве побочного результата, достоверно установил, что имя Дарт Вейдер возникло на третий год войны. Если где-то в записях Куата осталось настоящее имя отца, Лея с ума сойдет от такой перспективы. Хотя, скорее всего, с Люком Скайвокером это имя связать будет невозможно. Может быть отца все же звали Анакин, если это имя не являлось очередной маской, если отец не назывался так только для Бена, — но не Скайвокер. Редкая фамилия, и всех, ее носивших, Люк за пять лет уже проверил. Не подошел никто.
Люк открыл письмо юристов, пробежал глазами стандартный текст и открыл патент.
Куат. Выдан за два года до Войны Клонов, все верно, почти сорок пять лет назад. Двигатель малой яхты. Владелец прав — «Скайвокер, Люк», право наследства от «Вейдера, Дарта» подтверждено. Авторские права принадлежат — набор цифр и букв. Куатский шифр. Куат не разглашает имен своих инженеров. Дата покупки…
«Простите, профессор, не выйдет с открытием. Никаких смен имен, Вейдер этот патент попросту купил у Куата. Пять лет назад».
Люк смотрел на дату приобретения и отказывался что-либо понимать. Отец купил этот патент — в числе прочих устаревших, блоком из десяти, — за месяц до Эндора. И оставил ему. Именно этот патент на двигатель малой яхты. Полностью бесполезный, судя по оценке экспертов Куата. Зачем?
Патент интересно обходил опасное ограничение по нагреву давно снятого с производства сорта керамики. Какое-то время яхта с этим двигателем была самой быстрой в своем классе… Но была ли она построена?
А если была — то для кого?
«Осталось меньше часа автономии!»
— Сколько?
«Пятьдесят девять минут».
— Уменьши ритм дыхания, — сказал Вейдер, смотря вниз.
— Компенсация?
— Не думай об этом. Просто имей в виду и не удивляйся.
— Постараюсь, — журналисты удивляли Люка регулярно.
— Плохо то, — сказала Лея, — что ты же начнешь выяснять, зачем тебе достался именно этот патент, а не выбросишь его куда подальше.
Люк вздохнул. Открыл было рот.
— Не отвечай, — произнесла она быстро. — Не будем повторять аргументы. Я не согласна, но да, это твое дело и разбирайся с ним сам. У меня заседание сейчас начнется, я побежала. Снисходительней к прессе. Убивай не всех.
— Я вообще очень мирный, — сказал Люк и отключил связь под ее хихиканье. Вздохнул. Пресса кого угодно загонит на Темную Сторону Силы. Хоть бы в университете не обсуждали горячую новость.
Он прошел к старому зданию по лужайке — прямо по траве, дорожек в университетском саду не было. Не по недосмотру, а из-за философии. Основатели полагали, что человек не должен забывать ощущение настоящей земли под ногами. Люку казалось, они были правы. После вечных коридоров пройти по траве было приятно. Траву, конечно, высевали особенную, иначе ноги сотен студентов превратили бы газон в грязевую лужу, и «настоящей» она была только в том смысле, что не являлась пластиковой. Но Люк не считал это важным.
В старом здании стены покрывал мрамор, коридоры были широки и высоки. Здесь уже не учились, большую его часть занимали музей университета и старая библиотека. В здании так же обитала администрация, проходили конгрессы и вручались дипломы. Сейчас мраморные коридоры пустовали: середина дня, большинство студентов на занятиях, а администрация работает.
Люк прошел в маленький внутренний сад у кабинетов Арбитража по эквивалентности сертификатов об образовании, сел на скамью за цветущим кустом. Широкие листья и алые цветы закрыли его от окон Арбитража. Послал извинения научному руководителю.
«Разумеется, Люк, это важнее! — мгновенно ответил профессор Са. — Можно подумать, он заранее знал, что вы будете писать эту работу. Такое совпадение!»
Люк вздохнул. При чем тут его диплом? Где связь, кроме самого отца?
«Вы уже видели патент?»
«Нет», — ответил Люк. В почте у него лежало послание от адвокатской конторы «Гирг и Геллер», занимавшейся, судя по новостям, завещанием отца. Поговорить бы с ними… Но первый же запрос на инфопортал показал: бесполезно. Отец, ничего не объяснив, пять лет назад оставил этим адвокатам свое завещание. За два дня до отлета на Эндор. Они не вели с ним раньше никаких дел. А ведь у него были свои адвокаты… Почему он предпочел этих, малоизвестных?
Чтобы выжили в смуте дележа власти после поражения?
«Утверждают, будто он выдан за два года до Войны клонов, на Куате, — написал профессор. — На имя Дарта Вейдера. Проверьте немедленно. Если это правда, это же открытие десятилетия! Если он официально сменил имя, должны были остаться записи. Или даже свидетели!»
Занимаясь дипломом, Люк, в качестве побочного результата, достоверно установил, что имя Дарт Вейдер возникло на третий год войны. Если где-то в записях Куата осталось настоящее имя отца, Лея с ума сойдет от такой перспективы. Хотя, скорее всего, с Люком Скайвокером это имя связать будет невозможно. Может быть отца все же звали Анакин, если это имя не являлось очередной маской, если отец не назывался так только для Бена, — но не Скайвокер. Редкая фамилия, и всех, ее носивших, Люк за пять лет уже проверил. Не подошел никто.
Люк открыл письмо юристов, пробежал глазами стандартный текст и открыл патент.
Куат. Выдан за два года до Войны Клонов, все верно, почти сорок пять лет назад. Двигатель малой яхты. Владелец прав — «Скайвокер, Люк», право наследства от «Вейдера, Дарта» подтверждено. Авторские права принадлежат — набор цифр и букв. Куатский шифр. Куат не разглашает имен своих инженеров. Дата покупки…
«Простите, профессор, не выйдет с открытием. Никаких смен имен, Вейдер этот патент попросту купил у Куата. Пять лет назад».
Люк смотрел на дату приобретения и отказывался что-либо понимать. Отец купил этот патент — в числе прочих устаревших, блоком из десяти, — за месяц до Эндора. И оставил ему. Именно этот патент на двигатель малой яхты. Полностью бесполезный, судя по оценке экспертов Куата. Зачем?
Патент интересно обходил опасное ограничение по нагреву давно снятого с производства сорта керамики. Какое-то время яхта с этим двигателем была самой быстрой в своем классе… Но была ли она построена?
А если была — то для кого?
Корусант. Вейдер
Платформа перемещения мусора курсировала на десятом уровне — сразу над основными транспортными трассами. Вейдер смотрел на тяжелые транспортники, повернув голову. Темная земля угадывалась внизу.«Осталось меньше часа автономии!»
— Сколько?
«Пятьдесят девять минут».
— Уменьши ритм дыхания, — сказал Вейдер, смотря вниз.
Страница 9 из 37
