Никаких кошмаров

Многие из коллег Вольфсгриффа вступали в открытое противостояние с Гласманном, даже иногда одерживали какие-то свои маленькие незначительные победы, но чаще терпели поражение или даже переходили на его сторону — координатор даже не пытался представить, что Skleněný Muž предлагал лояльным, проверенным, прошедшим многочисленные тестирования, членам организации, что те в один прекрасный день не являлись на службу, а после были найдены уже не совсем людьми.

Да, отчасти, каждый из работающих в отделе так или иначе шел на сделки с Гласманном и Бездной — маленькие сделки вроде «артефактов» — кровь за силу или знания, сделки покрупнее, когда приходилось отдавать жизнь, или несколько, чтобы обратить какое-то особо губительное воздействие Бездны вспять, и сделки, о которых не знал даже сам Вальтер, а Мюллер предпочитал молчать и лишь утренние газеты в почтовых ящиках траурными заголовками намекали о цене, которую спецотдел решился заплатить.

Но как-то так происходило, что именно от наиболее лояльной, неподкупной и рьяной ищейки Спецотдела Дезинсекции и Дератизации Viro Vitro ускользал, как песок сквозь пальцы — тот следил за Вальтером с каждой глянцевой поверхности, посверкивал своими глазами-стекляшками, но никогда не шел на открытый конфликт, словно издеваясь над координатором, выматывая его терпение. И Вольфсгрифф ждал, когда настанет миг столь глубокого отчаяния, безнадеги и сомнений, чтобы Гласманн наконец-то пришел — либо с предложением, либо с намерением разделаться с ним и тогда Вольфсгрифф не упустит своего шанса.

Так, размышляя, он приближался к пляжу. Тельму он нашел легко — оранжевый огонек подсказывал ему путь так же, как приманил и ее. В голову невпопад пришло воспоминание о документальном фильме про глубинных рыб — в нем рассказывалось об удильщике — уродливой, напоминающей мертвый коралл рыбе, которая в полной темноте раскачивает у себя перед пастью светящейся «приманкой» — маленькая глупая рыбка не видит ничего, кроме зеленоватого огонька и когда подплывает достаточно близко — резкий рывок, челюсти сомкнуты и добыча уже в желудке.

Но никакого удильщика на пляже, конечно же не оказалось. Тельма выкурила уже три сигареты и сейчас докуривала четвертую — три окурка лежали рядом, на лежаке, и Вальтер проникся к ней симпатией — в рейтинге недостатков привычка мусорить находилась сразу за невоспитанностью, а это была достаточно высокая позиция.

— Я принес нам выпить — за знакомство, и чтобы не так сильно болело.

— Благодарю, — Как-то неловко хихикнула девушка и приняла бокал. Сам же Вальтер присел на колени и уверенно, но осторожно взял девушку за ступню. Та, от удивления, чуть не облилась собственным коктейлем. Хорошая попытка, девочка, но ты либо его выпьешь, либо я волью его тебе в глотку — размышлял Вальтер, тем временем медленно приподнимая аккуратную, почти детскую ступню Тельмы. Та тихонько ойкнула и тут же пристыженно прижала пальцы к губам, показав, что обещает помалкивать. Вольфсгрифф начал осторожно массировать девушке ступню, выводя кусок стекла из раны. Блестящий осколок, размером с ноготь, приземлился в ладонь координатора и тот аккуратно отложил его к окуркам — выбросить по уходу с пляжа.

— Вот теперь будет немного щипать, — Предупредил Вольфсгрифф, побалтывая баллончик с антисептиком. Выражение лица девушки стало страдальческим, кожа ее, итак почти молочного цвета побледнела еще сильнее, если это возможно.

— А можно держать тебя за руку?

— Держи. Но мне это не поможет, — несмешно пошутил Вальтер.

Девушка вцепилась своими цыплячьими пальчиками, унизанными кольцами, в его, почти великанскую, по сравнению с ней лапищу, сжала, как утопающий сжимает брошенный ему спасительный буй. Раненую ногу, за неимением лучшего варианта, он зафиксировал на сгибе локтя и нажал на кнопку пульверизатора. На секунду он подумал, что сейчас оглохнет — сразу вспомнился ноябрь двенадцатого — та «баньши» вопила точно так же, только теперь на нем не было шумоподавляющих штурмовых наушников и находился Вальтер к источнику звука гораздо ближе, чем стоило бы.

— Извините, — почему-то сразу перешла на «Вы» после постыдной акции Тельма.

— Ну и что с тобой теперь делать? В каком номере ты спишь?

— Ну… Вы… — Девушка неловко замолчала и зарделась, Вальтер осознал двусмысленность вопроса и со смехом объяснил:

— Я с тобой не флиртую, я тебя спрашиваю, как ты до номера доберешься? На ногу лучше не наступать хотя бы часа три, — Объяснил Вольфсгрифф, наклеивая пластырь. «А девчонке-то я понравился» — отметил он про себя.

— Ой! Ну, я, наверное, посижу здесь, подожду, пока… — И речи быть не может!

Вальтер, отбросив этикет и приличия в сторону — он же на отдыхе, подхватил девушку на руки — та лишь охнуть успела, впрочем, быстро сориентировалась и оплела бычью шею нежданного кавалера тонкими ручками.

— Указывайте дорогу, мадам!

Ты лишь кокетливо ткнула коротко остриженным ноготком в сторону корпусов.