У меня есть дядя, который работает сторожем на кладбище, и я однажды отпросился на ночь подежурить вместе с ним. Меня больше интересовало не само дежурство, а мистика, которая могла произойти на кладбище. Я взял все самое необходимое: фонарик, свой любимый нож, фотик и камеру, ну и, конечно, тройку бутербродов.
2 мин, 6 сек 8732
Дежурство начиналось только в 19:30, но я пришел пораньше и осмотрел все вокруг. На кладбище было очень много могил, и новые и старые, и даже очень старые, например, с 1880-х годов. Но вот время пришло, и дежурство началось. Сначала все было спокойно, мы с дядей зашли в сторожку и стали играть в карты. Сама сторожка была небольшая, квадратная, в ней почти ничего не было: какая-то старая двухъярусная кровать, стол у единственного окна и маленький шкафчик. Я закрепил камеру снаружи около окна. Так как объектив у камеры был широкий, она «видела» достаточно много. Итак, вот сидим, смотрим в окно и играем в карты. Было уже поздно: 22 часа. Мой дядя, как и все сторожа того кладбища, лег спать, а я тем временем сидел в ожидании чего-то этакого. Не помню, сколько я просидел тогда, кажется, до 23 часов. Ничего странного не происходило, и я, опечаленный, решил пойти в кровать, лежу, не сплю минут 10.
Вдруг слышу странный шорох где-то около входа, потом был такой звук, будто что-то упало, я подумал, что это камера, и вышел на улицу. Действительно, камера валялась на земле, но я помню, что хорошо ее закрепил. «Ну ладно, возьму с собой в дом» — подумал я. Поставив камеру на стол, я сел рядом. Но вдруг опять этот шорох, и после него был такой звук, будто кто-то скребётся в дверь, я вскочил и закрыл ее на ключ, это все еще скребло дверь, но секунд через 10 оно попыталось зайти в дом — я видел, что ручка сама по себе опускается и поднимается. Видимо, это разозлило его, и он стал рычать, но это был очень страшный звук, похожий на обычный рык, но очень низкий и долгий. Я очень испугался, проснулся мой дядя, и вкратце всё ему рассказал. Он мне поверил, так как сам слышал этот звук. Мы попытались увидеть что-нибудь из окна, и это «что-нибудь» было каким-то черным и высоким силуэтом. Я взял фонарик и попробовал посветить на него — и призрак со страшными криками пытался уйти от света.
Когда он ушел, я посмотрел, что было на камере, и ужаснулся: под светом луны было видно, что этот черный силуэт медленно подходил к камере и, когда подошел вплотную, стал смотреть своими страшными глазами прямо в объектив. Я не выдержал и выключил ее. А мы с дядей решили включить свет снаружи у двери и внутри, и спокойно проспали до утра. Я встал в 11 часов, дядя встал раньше, я собрал все свои вещи, быстрее пошел домой, но, открыв дверь, я увидел, что она вся поцарапана. Больше за адреналином на кладбище я не пойду.
Вдруг слышу странный шорох где-то около входа, потом был такой звук, будто что-то упало, я подумал, что это камера, и вышел на улицу. Действительно, камера валялась на земле, но я помню, что хорошо ее закрепил. «Ну ладно, возьму с собой в дом» — подумал я. Поставив камеру на стол, я сел рядом. Но вдруг опять этот шорох, и после него был такой звук, будто кто-то скребётся в дверь, я вскочил и закрыл ее на ключ, это все еще скребло дверь, но секунд через 10 оно попыталось зайти в дом — я видел, что ручка сама по себе опускается и поднимается. Видимо, это разозлило его, и он стал рычать, но это был очень страшный звук, похожий на обычный рык, но очень низкий и долгий. Я очень испугался, проснулся мой дядя, и вкратце всё ему рассказал. Он мне поверил, так как сам слышал этот звук. Мы попытались увидеть что-нибудь из окна, и это «что-нибудь» было каким-то черным и высоким силуэтом. Я взял фонарик и попробовал посветить на него — и призрак со страшными криками пытался уйти от света.
Когда он ушел, я посмотрел, что было на камере, и ужаснулся: под светом луны было видно, что этот черный силуэт медленно подходил к камере и, когда подошел вплотную, стал смотреть своими страшными глазами прямо в объектив. Я не выдержал и выключил ее. А мы с дядей решили включить свет снаружи у двери и внутри, и спокойно проспали до утра. Я встал в 11 часов, дядя встал раньше, я собрал все свои вещи, быстрее пошел домой, но, открыв дверь, я увидел, что она вся поцарапана. Больше за адреналином на кладбище я не пойду.
