Ночь навсегда

Сорвать печать оказалось совсем не сложно — от времени сургуч пересох и стал хрупким как стекло. С чуть слышным скрипом крышка откинулась: внутри на черной бархатной обивке лежал… нож. «Кинжал… Как странно… — Ева в замешательстве застыла с наследством в руках. Кажется, она даже немного опешила от такого поворота дел. А кинжал то знатный! Тонкое, обоюдоострое лезвие, сияющее как новое серебро, покрывала сплошная сеть непонятных символов и букв неизвестного Еве алфавита. Надписи, хитроумно переплетаясь, образовывали замысловатый узор. Ближе к рукоятке знаки были крупнее, и чем-то напоминали иероглифы. А рукоять! Подлинное произведение искусства — из черной, как ночь, стали, украшенная тремя крупными, кроваво-алыми камнями.» Это же рубины! — глаза Евы загорелись, — да еще какие!«Такой искусной огранки она ни разу не видывала. Рукоятка ножа также испещрена надписями на неведомом языке, а венчала её мастерски исполненная птичья лапа. Она сжимала в острых когтях какой-то черный, отполированный до блеска, камень.» Вещь эксклюзивная, — сразу сообразила девушка, — одни камни чего стоят!«Она достала кинжал из шкатулки и только теперь заметила, что есть еще и ножны. Они лежали рядом, но на них Ева не обратила никакого внимания — серая, поблекшая кожа, к тому же местами потрескавшаяся. А нож то оказался довольно тяжелым — сплошная сталь! Он мог бы украсить коллекцию самого искушенного любителя холодного оружия. Рукоять словно сливалась с ладонью — настолько продуманно она была изготовлена; Еве даже показалось, будто выемки под пальцы сами приспособились под её маленькую ручку. Тонкое лезвие можно было бы назвать слишком хищным, если бы не эти узоры… Они почему-то больше всего приковывали её взгляд, завораживали. Девушке на мгновение показалось, что символы шевельнулись, стали выпуклыми. Но нет — это всего лишь игра света: он пробежал по острому, как бритва, лезвию и вернулся холодными бликами. Слишком удобное, слишком красивое оружие… чтобы быть просто орудием, созданным для убийства. В нем все выдавало тонкий вкус создателя. Кинжал можно было бы назвать коллекционным, а не боевым, если бы не идеальная форма и прочнейшая сталь. А Ева кое-что соображала в холодном оружии. Да-да, у девушки самой была небольшая коллекция всевозможных ножей — дорогих и не очень, фирменных и самодельных, а также разная литература на эту тему… Но такого! Нет, она на самом деле не ожидала… К тому же, рассмотрев кинжал со всех сторон, Ева узнала настоящую дамасскую сталь, о прочности которой слагались легенды. Девушке даже не хотелось выпускать нож из рук — настолько приятно было держать его в ладонях — всё безупречно отполировано, идеально подогнано… Отвлекшись, она совсем позабыла о былой подозрительности, с которой она отнеслась к своему наследству. Почему именно нож? Об этом она совсем не подумала…»

… примерившись, Ева точным броском вогнала нож в специальный стенд для метания. Лезвие вошло глубоко. «В яблочко, — Ева потянулась и зевнула. Увлекшись приобретением, она совсем позабыла о времени. А стрелки часов клонились к полуночи — луна взошла уже высоко и застыла в ночном небе белесым пятном. Удобно устроившись на кровати, девушка еще раз бросила довольный взгляд на кинжал, торчащий из середины круглого стенда, и потушила ночник. На этот раз Ева уснула быстро… Она не видела, как точки-звезды перемигиваются на черном шелке небосвода, как заглядывает в открытое окошко любопытная луна. Не видела она и как шевельнулись руны на лезвии ножа. Странные символы засветились — сияние было бледным, как свет луны. А может, это и было всего лишь отражение холодных лучей? Кто знает…»