Нoчь в бoльнице

Устав от происходящего, я добрел до кровати и меня быстро сморило. Я не знаю, сколько я спал, но когда проснулся, было ещё темно. Я не сразу понял, что могло меня разбудить. Я стал осматривать палату, не замечали ничего нового, внезапно я уловил движение на полу, приглядевшись, волосы мои стали дыбом: кто-то или что-то в дальнем углу комнаты, ползло в мою сторону. Увидев моё движение, существо заработало руками быстрее. Поджилки мои затряслись, а кровь похолодела, я готов был орать, но из горла вырывались лишь хрипы. Я стал различать бледные руки, эта тварь уже доползла до середины палаты, здесь его осветил свет фонаря за окном, и я смог рассмотреть его детальнее. Это был жилистый, бледный мужик, на вид не молодой, но и не старик. На его теле легко угадывались синюшного цвета пятна, трудно было понять, синяки это или что-то ещё. Слюнявый рот безмолвно открывался, выдавая лишь свистящие звуки, как если бы кто-то задыхался и пытался вдохнуть воздух. В воздухе повис мерзкий запах разлагающейся плоти, а за ползущим ко мне телом тянулся темный след какой-то жижи. Он уже был почти у моей кровати, руки его тянулись в мою сторону, а я как заворожённый не мог и шелохнуться. За окном прогремел гром, выводя меня из оцепенения, я спохватился и в диком прыжке, перескочил на пол. Ну же ещё чуть-чуть, и я покину эту палату. Я почувствовал, как по моей руке скользнуло нечто холодное и шероховатое и оставило мокрый след, рвота подступила к моему горлу, а глаза застлала пелена ужаса и страха. Бежать! Только бежать! Открываю дверь. Всё, свобода! Ноги всё ещё ватные, но несут, несут меня от этого места. Почти добегаю до входа в отделение, решаюсь обернуться. Нет, за спиной уже никого. Лишь, рука моя ещё ощущает прикосновение монстра. Нет, больше я не вернусь в палату, пусть делают что хотят. Забившись в ванну и закрывшись на щеколду, жду утро.

Утро следующего дня я встретил в углу на холодном кафеле ванной комнаты, в дверь кто-то настойчиво барабанил. Я ещё не отошедший от бурной ночи, пытаюсь понять, кто и что от меня требует. Это медсестра, она просит выйти меня из ванны. С опаской я отворяю дверь, вижу недовольные лица медперсонала и больных, но как же я счастлив. Медсестра зачем-то бросается ко мне и начинает осматривать моё тело. Видит на руке след спекшейся крови. Взволнованное и вопрошающее лицо:

— Ты как? Что ты делал в ванной? Почему в твоей палате повсюду кровь?

— Чего? Со мной всё в порядке, кровь не моя.

— А чья?

— Не знаю, мне плохо…

Дальше я почти не помню происходящее. День я лежал в бреду, меня перевели в палату с каратнтинщиками, там же я и провел оставшиеся дни на лечении. Поговаривали о том, как из морга труп пропал. Привезли, говорят мужика на опознание, ну его и опознали, оказался местным маньяком в розыске. А труп потом пропал. Ясное дело, умолчали об этом, кому такое на себя вешать хочется. Он это был или нет, узнавать я не хочу, боюсь, что правда окажется не менее гадкой, чем та проведенная мною ночь в больнице.