Ну, вот и попил кофе!

Всё оставшееся время моего вынужденного преподавания гриффиндорка была практически идеальной студенткой, не считая её коронных язвительных реплик на каждой лекции. После окончания практики я и думать забыл о Грейнджер, а она, как оказалось, не собиралась так просто отказываться от своей идеи. Я уже не помню точно, что стало толчком для начала наших так называемых отношений, но Гермиона Грейнджер получила то, чего так настойчиво добивалась — меня. Как потом выяснилось, её попытка соблазнения была результатом проигранного пари, но после моего отказа мысль затащить Драко Малфоя в постель стала для неё идеей фикс. Через пару месяцев мы поняли, что наши отношения держатся лишь на сексе и некотором взаимном уважении. Расставание прошло тихо, мирно и по обоюдному согласию. Какое-то время мы просто общались, как друзья. В конце пятого курса неожиданно объявился Поттер. Он сделал вид, что приехал только ради встречи с Гермионой, но по его поведению было видно, что он чего-то не договаривает. После того, как Грейнджер рассказала ему о нас, я ожидал вспышки гнева, лавины упрёков или даже вызова на дуэль, но ничего подобного не произошло. Мальчик — который-всёже-выжил наконец-то повзрослел. Один раз мы с ним даже пошли в какой-то бар, где напились до зелёных чёртиков. Ни он, ни я так потом и не смогли вспомнить, как оказались у Гермионы. Но наутро мы дружно пили у неё на кухне крепкий кофе и на чём свет стоит проклинали вчерашнего бармена. Гермиона выглядела немного взволнованной и то и дело бросала на Поттера встревоженные взгляды. Тогда я не придал этому значения, а зря. Через два дня она исчезла. Ни Поттер, ни кто-либо другой ничего не знали о её местонахождении. И вот, через восемь лет я встречаю это милое кареглазое чудо с бантами. Возможно, с её помощью я смогу разгадать тайну исчезновения Гермионы Грейнджер.

Катарина, наконец, сделала заказ и теперь возвращалась к столику, держа в руках большую тарелку с овощами.

— Мистел Санделс сказал, сто луцше дать Лоннику овощи. Тогда он будет весёлым и подвижным, — радостно заявила девочка, водрузив свою ношу на стол. — Папа тоже так говолит, когда я не хочу их есть.

— Он говорит абсолютно правильно. Кстати, Катарина, а кто твой папа? — Драко наконец озвучил мучавший его вопрос.

— Тигла, — прозвучал лаконичный ответ.

— Ээм, то есть?

— Ну, ты сто, совсем глупый? — девочка с искренним удивлением посмотрела на слизеринца. — Ну, если моя фамилия Тайгел, то знасит я тигла. И папа с мамой тоже Тиглы.

— Нет, это я понял, а как его зовут? Кем он работает?

— Они с мамой уцёные, — гордо заявила девочка. — Завтла мы едем на конфеленцию, где мама сделает сен-са-ци-он-ное заявление. Вот. Только это секлет.

— И папино имя тоже секрет? — разочарованно спросил Малфой.

— Да. Мы здесь отдыхаем ингонк… инкотнг… в общем — тайно, — окончательно запутавшись проговорила Катарина.

Слушая, как девочка по слогам проговаривает трудные для неё слова, Драко не смог удержаться от смеха.

— О, Мерлин, Катарина! — в зал вбежала взволнованная женщина в голубой мантии и бросилась к девочке, не заметив сидящего рядом Малфоя. — Ну, куда ты опять убежала? Я ведь оставила тебя с Элли ровно на две минуты!

— Плости, мамоська, плосто Лонник опять убежал, а я пошла его ловить. А потом я встлетила дядю холька, то есть, не холька, а Длако. А потом он лазлешил купить Лоннику пеценья и… — взахлёб затараторила девочка.

— Стоп, стоп, стоп. Во-первых, Кати, сколько раз нам с папой повторять, чтобы ты следила за своей речью. Ты уже взрослая, и вполне можешь не лопотать, как трёхлетняя, если захочешь. Тебе ведь хочется, чтобы люди не считали тебя малышкой? — дождавшись кивка девочки, женщина продолжила. — Во-вторых, какое печенье, какой хорёк? Я же просила тебя не подбирать бездомных животных. Он же мог укусить тебя.

— Знаешь, Грейнджер, — послышался из-за спины знакомый, растягивающий слова голос, — я бы не назвал себя бездомным. Да и кусаться я не люблю.

Гермиона медленно оглянулась и удивлённо посмотрела на слизеринца:

— О, Мерлин, это ты!

— Нет. Я всего лишь Драко, но тоже единственный и неповторимый, — насмешливо проговорил слизеринец, разглядывая женщину. «Столько лет прошло, а она почти не изменилась. Только стала более женственной. Те же вьющиеся волосы, волнами лежащие на плечах, те же карие глаза, в глубине которых пляшут маленькие чёртики, та же улыбка, глядя на которую хочется улыбнуться в ответ».

— Драко, — женщина подошла к Малфою и крепко его обняла, — как же я рада тебя видеть! Что ты тут делаешь?

— В данный момент я и это милое создание кормим мистера Ронника капустой — улыбнулся Малфой, показывая взглядом на Катарину. — У тебя очаровательная дочь.

— О, спасибо, — Гермиона с улыбкой посмотрела на девочку. — Но она была бы просто идеальным ребёнком, если бы перестала постоянно убегать.

— Ну, нисего зе не слуцилось. Я уже большая и могу позволить себе плинимать некотолые лешения са-мо-сто-я-тель-но, — явно процитировала кого-то девочка.