Фандом: Гарри Поттер. Иногда стоящему одной ногой в могиле может помочь лишь живой покойник.
87 мин, 26 сек 10168
Франко порезал отделенное от хребта филе на части и одним движением ножа отправил куски рыбы в пластиковую миску. Затем он положил нож на доску и внимательно посмотрел на зельевара.
— Вы знаете, что Дамблдор завещал Гарри Поттеру?
— Если не ошибаюсь, меч Гриффиндора и еще какую-то мелочь без смысла и толка.
— О, толк был, — Франко принялся за вторую рыбину. — Вторым предметом был снитч, в котором был спрятан Воскрешающий камень.
— Тот самый? Из сказок? — как говорила героиня любимой книги Лили «все любопытственней и любопытственней». Значит, кроме Палочки, у Альбуса был еще и Камень?
— Ага, тот самый, из проклятого колечка Гонтов. Так что перед тем, как предстать перед Волдемортом, я чуток поговорил с родителями, Ремом и Сириусом. Хотел попросить прощения и у профессора Снейпа, но тот почему-то не явился.
Еще лучше, камень был у Лорда… Как же он мог оказаться у Альбуса? Вечно с этим Поттером с ума сойти можно!
— И где он сейчас? — вырвалось помимо воли у Северуса (если одолжить его у мальчишки, совсем на чуть-чуть, то можно… ).
— Там же, где и палочка, и мантия, — а нож тем временем мерно отделял филе от костяка.
Кажется, Люциус говорил, что Поттер сломал Бузинную палочку при всех в Большом зале. Но как это возможно? Кого он спрашивает, это же Поттер!
— Вы их уничтожили.
— Так было лучше для всех. Скажете, не прав? — и свежепорезаные куски рыбы присоединились к остальным в миске.
Увы, пришлось Снейпу второй раз за утро признавать: искушение Дарами Смерти могло крайне отвратительно сказаться на Магической Британии образца 1998 года. Стоп! Мантия?! Мантия Поттера-старшего?! То есть Поттеры, как и Гонты — наследники Певереллов? О, Мерлин! Если этот идиот говорит правду, то… Даже он, полукровка, не признанный родом, знает, чем грозит попытка уничтожения родовых артефактов такого уровня. Северус с усилием перевел дыхание. Паршивец однажды окончательно загонит его в могилу!
— Очевидно, Авада Лорда вас, Поттер, так ничему и не научила. Что за страсть к глупому героизму? Или решили, что однажды отданной на благо обществу жизни недостаточно? Решили пожертвовать еще и магией?
— Кто бы говорил о жертвах, мистер Фрейзер! — попытался скрыть усмешку герой на всю (если она у него есть, что сомнительно) голову.
Тем временем рыба была вымыта, высушена в бумажном полотенце, обваляна в смеси сухарей и специй и отправлена на стоящую на плите (интересно, что у этого «профессионала» получится на этом доисторическом чадящем убожестве?) сковороду с шипящим маслом. Пока обжаривалось филе, Франко взмахом палочки очистил стол и посуду от рыбьих потрохов и их остатков.
— И сколько?
Вопреки ожиданиям, артефактор понял, о чем его хочет спросить Северус.
— Год и семь месяцев, — Франко лопаткой перевернул рыбу.
Почти два года без магии. Мордред, да для любого нормального мага это целая вечность!
— Почему было важно, чтобы я пережил пять минут до Авады Лорда?
— Потому что после нее ни один из защищавших Хогвартс не погиб, даже наиболее тяжело раненые. Вы в сторону школы атакующие проклятия не посылали, наоборот, если я правильно помню, поставили несколько своих авторских щитов, так что шанс, что вы выживете, оставался, — на сковороде оказалась следующая партия рыбы.
Он все равно не мог понять, какова связь Третьего Непростительного и… О, Мерлин! Лили умерла — выжил Поттер, Поттер умер — выжили защитники. Да, этот несносный олух действительно истинный своей матери! Но как?
— Как?
— Мама подсказала, — мимолетная грустная улыбка.
Повисло молчание, каким-либо образом откомментировать последнюю фразу Северус был не в состоянии. Еле слышно стукнула дверь, возвещая о том, что сиятельный лорд Малфой все же решил осчастливить своим присутствием смертных, о чем и было сообщено вслух.
— И вам доброго утра, господа!
— Лорд Малфой, — поприветствовал аристократа Франко, не утруждая себя поворотом головы.
Люциус прошел в комнату и удивленно приподнял бровь. Тем временем артефактор принялся быстро нарезать морковь соломкой, не обращая внимания на застывшего за его спиной экс-Пожирателя.
— Приятно, что мой друг находится в добром расположении духа, — сказал Малфой Снейпу, — Эм… Франко, что вы делаете? — спросил он, заворожено наблюдая за быстрой нарезкой алого сладкого перца.
— Режу овощи, — восхитительный в своей логичности ответ. Да он издевается!
— Не спрашивай, зачем, нам этого явно не понять, — сказал Снейп подошедшему поближе другу, — Мы для этого слишком умны. Боюсь даже предположить, что за отрава массового поражения готовится на наших глазах.
Поттер на подначку никак не прореагировал, все внимание уделяя приготовлению рыбы.
В сковороду был добавлен лук, затем морковь и перец.
— Увы, мистер Фрейзер, это всего лишь наш завтрак, — сказал паршивец, выкладывая на трансфигурированные в фарфоровые из бумажных тарелки ароматные куски неизвестной рыбы. — Надеюсь, мистер Малфой присоединится к нам?
— Вы знаете, что Дамблдор завещал Гарри Поттеру?
— Если не ошибаюсь, меч Гриффиндора и еще какую-то мелочь без смысла и толка.
— О, толк был, — Франко принялся за вторую рыбину. — Вторым предметом был снитч, в котором был спрятан Воскрешающий камень.
— Тот самый? Из сказок? — как говорила героиня любимой книги Лили «все любопытственней и любопытственней». Значит, кроме Палочки, у Альбуса был еще и Камень?
— Ага, тот самый, из проклятого колечка Гонтов. Так что перед тем, как предстать перед Волдемортом, я чуток поговорил с родителями, Ремом и Сириусом. Хотел попросить прощения и у профессора Снейпа, но тот почему-то не явился.
Еще лучше, камень был у Лорда… Как же он мог оказаться у Альбуса? Вечно с этим Поттером с ума сойти можно!
— И где он сейчас? — вырвалось помимо воли у Северуса (если одолжить его у мальчишки, совсем на чуть-чуть, то можно… ).
— Там же, где и палочка, и мантия, — а нож тем временем мерно отделял филе от костяка.
Кажется, Люциус говорил, что Поттер сломал Бузинную палочку при всех в Большом зале. Но как это возможно? Кого он спрашивает, это же Поттер!
— Вы их уничтожили.
— Так было лучше для всех. Скажете, не прав? — и свежепорезаные куски рыбы присоединились к остальным в миске.
Увы, пришлось Снейпу второй раз за утро признавать: искушение Дарами Смерти могло крайне отвратительно сказаться на Магической Британии образца 1998 года. Стоп! Мантия?! Мантия Поттера-старшего?! То есть Поттеры, как и Гонты — наследники Певереллов? О, Мерлин! Если этот идиот говорит правду, то… Даже он, полукровка, не признанный родом, знает, чем грозит попытка уничтожения родовых артефактов такого уровня. Северус с усилием перевел дыхание. Паршивец однажды окончательно загонит его в могилу!
— Очевидно, Авада Лорда вас, Поттер, так ничему и не научила. Что за страсть к глупому героизму? Или решили, что однажды отданной на благо обществу жизни недостаточно? Решили пожертвовать еще и магией?
— Кто бы говорил о жертвах, мистер Фрейзер! — попытался скрыть усмешку герой на всю (если она у него есть, что сомнительно) голову.
Тем временем рыба была вымыта, высушена в бумажном полотенце, обваляна в смеси сухарей и специй и отправлена на стоящую на плите (интересно, что у этого «профессионала» получится на этом доисторическом чадящем убожестве?) сковороду с шипящим маслом. Пока обжаривалось филе, Франко взмахом палочки очистил стол и посуду от рыбьих потрохов и их остатков.
— И сколько?
Вопреки ожиданиям, артефактор понял, о чем его хочет спросить Северус.
— Год и семь месяцев, — Франко лопаткой перевернул рыбу.
Почти два года без магии. Мордред, да для любого нормального мага это целая вечность!
— Почему было важно, чтобы я пережил пять минут до Авады Лорда?
— Потому что после нее ни один из защищавших Хогвартс не погиб, даже наиболее тяжело раненые. Вы в сторону школы атакующие проклятия не посылали, наоборот, если я правильно помню, поставили несколько своих авторских щитов, так что шанс, что вы выживете, оставался, — на сковороде оказалась следующая партия рыбы.
Он все равно не мог понять, какова связь Третьего Непростительного и… О, Мерлин! Лили умерла — выжил Поттер, Поттер умер — выжили защитники. Да, этот несносный олух действительно истинный своей матери! Но как?
— Как?
— Мама подсказала, — мимолетная грустная улыбка.
Повисло молчание, каким-либо образом откомментировать последнюю фразу Северус был не в состоянии. Еле слышно стукнула дверь, возвещая о том, что сиятельный лорд Малфой все же решил осчастливить своим присутствием смертных, о чем и было сообщено вслух.
— И вам доброго утра, господа!
— Лорд Малфой, — поприветствовал аристократа Франко, не утруждая себя поворотом головы.
Люциус прошел в комнату и удивленно приподнял бровь. Тем временем артефактор принялся быстро нарезать морковь соломкой, не обращая внимания на застывшего за его спиной экс-Пожирателя.
— Приятно, что мой друг находится в добром расположении духа, — сказал Малфой Снейпу, — Эм… Франко, что вы делаете? — спросил он, заворожено наблюдая за быстрой нарезкой алого сладкого перца.
— Режу овощи, — восхитительный в своей логичности ответ. Да он издевается!
— Не спрашивай, зачем, нам этого явно не понять, — сказал Снейп подошедшему поближе другу, — Мы для этого слишком умны. Боюсь даже предположить, что за отрава массового поражения готовится на наших глазах.
Поттер на подначку никак не прореагировал, все внимание уделяя приготовлению рыбы.
В сковороду был добавлен лук, затем морковь и перец.
— Увы, мистер Фрейзер, это всего лишь наш завтрак, — сказал паршивец, выкладывая на трансфигурированные в фарфоровые из бумажных тарелки ароматные куски неизвестной рыбы. — Надеюсь, мистер Малфой присоединится к нам?
Страница 18 из 26
