Оберон и Титания

У них родился сын, который впоследствии стал Александром Македонским. Семьсот лет спустя в ту же даму влюбился Юлий Цезарь. Она родила ему сына — это и был Оберон. Фрейлины Кефалонии наделили его чудесными дарами — способностью читать мысли людей, перемещаться куда угодно в мгновение ока… А одна злобная дама прокляла Оберона, из-за этого он ростом всего-навсего с трехлетнего младенца. Большой любитель женской красоты, Оберон не упускает случая поухаживать за смертными. Что касается Титании, та гораздо более величественна, нежели ее супруг или королева Маб. Когда супруги ссорятся, это немедленно сказывается на природе и на делах человеческих. У Шекспира Титания упрекает Оберона такими словами:«Уж с середины лета мы не можем Сойтись в лугах, в лесу шумной речки, У Камнем обнесенного ключа, На золотом песке, омытом морем, Водить круги под свист и песни ветра, Чтоб криком не мешать нашим играм! И ветры нам нараспев пели песни.»

В отместку подняли они из моря Зловредные туманы Те дождем На землю пали. Реки рассердились И вышли, возгордясъ, из берегов. С тех пор напрасно тянет вол ярмо, Напрасно пахарь льет свой пот: хлеба Сгнивают, усиков не отрастив. Пусты загоны в залитых полях, От падали вороны разжирели… Грязь занесла следы веселых игр, Тропинок нет в зеленых лабиринтах: Зарос их след, и не найти его! Уж смертные зимы скорее просят, Не слышно песен по ночам у них… И вот луна, власти-тельница вод, Бледна от гнева, воздух весь омыла И ревматизм повсюду развела. Мешаются все времена в смятенье: И падает седоголовый иней К пунцовой розе в свежие объятья, Зато к короне ледяной зимы Венок душистый из бутонов летних В насмешку прикреплен. Весна и лето, Рождающая осень, и зима Меняются нарядом, и не может Мир изумленный различить времен! Все из-за наших ссор и не согласий: Мы — их причина, мы их. создаем«.»