Обычные девчонки пошли в лес и встретили там Слендера. А дальше читайте сами…
344 мин, 55 сек 22527
— В Киргизию хочу-у-у-у… — проныла девушка, пуская фальшивую слезу. Решив не противиться, Сплендор телепортировался вместе с ней в Киргизию, где с трудом отцепив, сбросил на землю. Ксюша не очень удачно приземлилась на острую ветку, распоров себе ногу. Сплендор же спокойно телепортировался домой, где вместе с Салли снова заперся в комнате девочки.
Не спящих осталось не так уж и много. Пень продолжала гоняться за Кукловодом по потолку, Даша пыталась снять с потолка Кристину, Энн носилась по гостиной из одного угла в другой с цилиндром на голове, Тим и Худи едва ли не засыпали лицом в торте, Каге валялся под столом, слизывая с пола пролитое шампанское.
На одной Энн гости не закончились. Ближе к четырём часам утра входная дверь вновь отварилась. В дом вошёл Залго, держащий за шкварник спящих Клокворк и Тоби. Кинув обоих в прихожей, демон прошёл в гостиную. Увидев всё то, что в ней творилось, Залго подумал, что здесь случился апокалипсис. Не успел он что либо сделать, как к нему на крыльях бабушки подлетела пьяная Лошара.
— Демоны атакуют! Срочно нужен экзорцист! — кричала девушка. Будь в этой комнате кто-нибудь трезвый, помимо Залго, он наверняка бы подумал, что Даша больнна, так как слышать подобную фразу от человека, не верящего в Бога и некоторое время бывшего сатанистом довольно странно. И вот, Лошара, с помощью серой мании извлекла из кармана серебряный крест и начала прыгать вокруг Залго, наизусть проговаривая заклинание на изгнание демонов. На латыни. Вышеуказанный демон всеми силами пытался отвязаться от «назойливой мухи», но это ему никак не удавалось. Решив не мучать себя лишний раз, Залго просто стоял на месте и ждал, когда закончится заклинание. И вот, Даша произнесла последнее слово. Правда, не пришлось демону радоваться. Девушка, огорчённая тем, что заклинание не сработало, начала избивать его крестом. Что не удивительно, побои подействовали намного лучше.
В это время Энн нашла невесть где кусок фиолетовой ткани и обвязала его вокруг своей шеи, сделав что-то вроде плаща. Потом она направилась в подвал, откуда в одиночку вытащила громадный железный ящик, в котором мог спокойно поместиться взрослый человек и который, судя по всему, использовался для каких-то пыток.
Водрузив ящик на два табурета, Энн запихнула в него полусонного Тима, которого ей не составило труда поймать, и закрыла. Поправив цилиндр, спионеренный у Сплендора, Энн взяла свою чудо-бензопилу и, заплетающимся языком, начала пламенную речь:
— Дамы и госпо… Ик!… да, сегодня я, великий фопу… фоту… фокустник, покажу вам фокус с… Ик! Распиливанием… — пока Медсестра глаголила, Пень, временно спустившаяся с потолка, подкрутила какие-то гайки в бензопиле, потом с помощью своих любимых вантузов вернулась обратно на потолок. Только Энн начала пилить металлический ящик, как пила развалилась на запчасти. С лицом «Печальбедажизньбольмиртлен», девушка вернулась за праздничный стол и ушла в запой. Вечная, которая отрубилась после третьего бокала вина и всё это время мирно храпящая на стульях, упала на пол. Но не до конца. Одна нога так и осталась лежать на стуле, другая была неестественно вывернута, правая рука сжимала ножку стола, а левая была в «немного» неприличном месте у Энн.
Пока Энн находилась в запое, Пень наконец спустилась с потолка. Ползать по потолку на вантузах уже было не интересно, ведь Кукловод с криком: «Окукливаюсь!» обмотал себя своими же нитями и создал своеобразный кокон, прикреплённый к потолку. Вдруг ей в голову пришла идея. Подойдя к ящику, в котором покоился Маски, Пень вскрыла ящик консервным ножом, запихала туда Худи, который не спеша ползал по гостиной, изображая улитку, и вновь закрыла ящик.
Каге Као, вылизав весь пролитый на пол алкоголь, соизволил наконец выйти из подстолья, и начал приставать к пьяной Энн. Девушка, в которой находилось по меньшей мере четыре литра алкоголя на обращала на назойливого поклонника никакого внимания. Ну а Тим сыпал на Каге всевозможными проклятиями, среди которых, если долго прислушиваться, можно было разобрать связную мысль: «Не приставай к Энн!»
— Замолчи! У тебя… Ик! Худи есть… Ик! — проговорила Кристина, после чего завалилась спать куда-то в гору подарков, где и заснула. Через некоторое время в две дырочки сопела и Энн. Каге, видя, что девушке нет до него никакого дела, выпил рюмку водки и тоже заснул. Тим и Худи прекратили попытки выбраться из ящика. Не потому, что сдохли, а потому, что спали.
Не спящих осталось не так уж и много. Пень продолжала гоняться за Кукловодом по потолку, Даша пыталась снять с потолка Кристину, Энн носилась по гостиной из одного угла в другой с цилиндром на голове, Тим и Худи едва ли не засыпали лицом в торте, Каге валялся под столом, слизывая с пола пролитое шампанское.
На одной Энн гости не закончились. Ближе к четырём часам утра входная дверь вновь отварилась. В дом вошёл Залго, держащий за шкварник спящих Клокворк и Тоби. Кинув обоих в прихожей, демон прошёл в гостиную. Увидев всё то, что в ней творилось, Залго подумал, что здесь случился апокалипсис. Не успел он что либо сделать, как к нему на крыльях бабушки подлетела пьяная Лошара.
— Демоны атакуют! Срочно нужен экзорцист! — кричала девушка. Будь в этой комнате кто-нибудь трезвый, помимо Залго, он наверняка бы подумал, что Даша больнна, так как слышать подобную фразу от человека, не верящего в Бога и некоторое время бывшего сатанистом довольно странно. И вот, Лошара, с помощью серой мании извлекла из кармана серебряный крест и начала прыгать вокруг Залго, наизусть проговаривая заклинание на изгнание демонов. На латыни. Вышеуказанный демон всеми силами пытался отвязаться от «назойливой мухи», но это ему никак не удавалось. Решив не мучать себя лишний раз, Залго просто стоял на месте и ждал, когда закончится заклинание. И вот, Даша произнесла последнее слово. Правда, не пришлось демону радоваться. Девушка, огорчённая тем, что заклинание не сработало, начала избивать его крестом. Что не удивительно, побои подействовали намного лучше.
В это время Энн нашла невесть где кусок фиолетовой ткани и обвязала его вокруг своей шеи, сделав что-то вроде плаща. Потом она направилась в подвал, откуда в одиночку вытащила громадный железный ящик, в котором мог спокойно поместиться взрослый человек и который, судя по всему, использовался для каких-то пыток.
Водрузив ящик на два табурета, Энн запихнула в него полусонного Тима, которого ей не составило труда поймать, и закрыла. Поправив цилиндр, спионеренный у Сплендора, Энн взяла свою чудо-бензопилу и, заплетающимся языком, начала пламенную речь:
— Дамы и госпо… Ик!… да, сегодня я, великий фопу… фоту… фокустник, покажу вам фокус с… Ик! Распиливанием… — пока Медсестра глаголила, Пень, временно спустившаяся с потолка, подкрутила какие-то гайки в бензопиле, потом с помощью своих любимых вантузов вернулась обратно на потолок. Только Энн начала пилить металлический ящик, как пила развалилась на запчасти. С лицом «Печальбедажизньбольмиртлен», девушка вернулась за праздничный стол и ушла в запой. Вечная, которая отрубилась после третьего бокала вина и всё это время мирно храпящая на стульях, упала на пол. Но не до конца. Одна нога так и осталась лежать на стуле, другая была неестественно вывернута, правая рука сжимала ножку стола, а левая была в «немного» неприличном месте у Энн.
Пока Энн находилась в запое, Пень наконец спустилась с потолка. Ползать по потолку на вантузах уже было не интересно, ведь Кукловод с криком: «Окукливаюсь!» обмотал себя своими же нитями и создал своеобразный кокон, прикреплённый к потолку. Вдруг ей в голову пришла идея. Подойдя к ящику, в котором покоился Маски, Пень вскрыла ящик консервным ножом, запихала туда Худи, который не спеша ползал по гостиной, изображая улитку, и вновь закрыла ящик.
Каге Као, вылизав весь пролитый на пол алкоголь, соизволил наконец выйти из подстолья, и начал приставать к пьяной Энн. Девушка, в которой находилось по меньшей мере четыре литра алкоголя на обращала на назойливого поклонника никакого внимания. Ну а Тим сыпал на Каге всевозможными проклятиями, среди которых, если долго прислушиваться, можно было разобрать связную мысль: «Не приставай к Энн!»
— Замолчи! У тебя… Ик! Худи есть… Ик! — проговорила Кристина, после чего завалилась спать куда-то в гору подарков, где и заснула. Через некоторое время в две дырочки сопела и Энн. Каге, видя, что девушке нет до него никакого дела, выпил рюмку водки и тоже заснул. Тим и Худи прекратили попытки выбраться из ящика. Не потому, что сдохли, а потому, что спали.
Страница 62 из 93
