Фандом: Гарри Поттер. Прошло несколько месяцев после победы. Гарри и Рон служат в аврорате. Гермиона доучивается в Хогвартсе. Неожиданно Джинни уезжает в Испанию, оставив Гарри без объяснений. Гермиона навещает друга в доме на площади Гриммо.
102 мин, 33 сек 3770
Гарри тяжело дышал, нависая над ней. Ритм его движений всё ускорялся, и Гермиона совершенно забыла обо всём, что хотела спросить, размякнув, растворившись в ощущениях. А потом выгнулась вперёд, вцепившись ногтями в его спину и вторя громким крикам…
Пора признать одну простую истину: ей просто непостижимо, невероятно хорошо с Гарри. Возможно, он прав: Гермиона влюбилась в него какой-то странной, внезапной и нежданной любовью, похожей на колдовство.
И самое ужасное — в глубине души ей почему-то наплевать, есть в нём хоркрукс или нет.
Это очень, очень плохо и неправильно. Нельзя терять голову!
— Гарри, что известно о Скиттер? — спросила она, лёжа с ним в обнимку.
— Тебя правда это волнует?
— Да.
— Весь аврорат уже сутки на ушах стоит. Нас распределили по участкам. Ищем.
— И никто ничего не знает?
— Нет. Кстати, мне пора возвращаться. А ты, если хочешь, оставайся здесь.
— Нет, не могу. Мне ещё нужно кое-что сделать, — твёрдо сказала Гермиона.
Ночевать в этом доме одной решительно не хотелось.
— Тогда я буду ждать тебя завтра.
Гарри жадно поцеловал её и явно нехотя ушёл.
Гермиона ворочалась всю ночь. Мысли роились в голове, словно дикие пчёлы. Во-первых, пора признаться себе, что она влюбилась в Гарри. Во-вторых, он определённо изменился. Просто повзрослел на мужской работе, или в нём действительно сидит что-то? А вдруг Рон всё-таки прав?
Кому адресовано послание на стене, а, главное, кто его автор? Если предположить, что оно написано для Гермионы самим Гарри, руководимым хоркруксом, то ужаснее этого уже и быть не может. Впрочем, оно могло быть оставлено для Джинни, и неизвестно, что хуже. И Рон окажется прав… Мысль об этом была неприятной особенно потому, что правым окажется именно Рон.
День пролетел в тягостных сомнениях, вечером Гермиона снова отправилась к Гарри. Сегодня она всё выяснит и точка!
Он встретил её, как всегда, радостно, и при взгляде на его открытую улыбку вопросы показались неуместными. И всё же Гермиона решилась:
— Гарри, как ты думаешь, кто может быть причастен к исчезновению Скиттер?
— Ну, она многим насолила.
— Да. В первую очередь тебе.
— С чего ты взяла?
— Гарри! Ты издеваешься?
— Я? Не понимаю, чего ты злишься. Ты ведь сама хотела, чтобы все узнали правду о битве и о хоркруксе, — возразил он.
— Да, но Скиттер бы написала, что в тебе до сих пор сидит осколок чужой души, и Рон тоже так считает.
— Ну и что? Обо мне вечно пишут всякие небылицы.
— Но это совсем другое дело!
— Гермиона, ты действительно считаешь, что эта публикация мне бы навредила?
— Да, конечно.
— Если так, то ты ничего не знаешь о волшебном мире.
— Так объясни мне!
В этот момент в камине появилась голова того самого светловолосого аврора, с которым Гермиона разговаривала вчера.
— Мистер Поттер, простите за беспокойство. Мы нашли её!
— Нашли? — обрадовался Гарри. Чрезмерно уважительный тон парня его нисколько не удивил.
— Ага, — широко улыбнулся тот. — Она у ребят.
— Молодцы.
— Когда вас ждать?
— Я буду через несколько минут.
Аврор восторженно кивнул, просиял взглядом, мельком задержавшись на Гермионе, и исчез.
— Это та, о ком я думаю? Скиттер? — спросила Гермиона.
— Да.
— Что ты собираешься с ней делать?
— Я? С чего ты решила, что я с ней что-то сделаю?
— Мне так показалось.
Гарри с любопытством посмотрел на неё.
— Не волнуйся. Никто твою Скиттер не обидит.
— Она вовсе не моя.
— Почему ты тогда переживаешь за неё? — улыбнулся Гарри.
— Я за всё переживаю.
— Не стоит. Всё будет хорошо.
— Гарри! Рон говорит, что в тебе сидит хоркрукс. Скажи, что это не так, — последнюю фразу Гермиона произнесла просительным тоном.
— Если я скажу, ты мне поверишь?
— Я не знаю, — вдруг призналась она.
— Не знаешь. А ведь ты единственный близкий мне человек, Гермиона, — он горько усмехнулся.
— Чёрт, Гарри, конечно, я верю тебе! Не знаю, что на меня нашло, — она сокрушённо покачала головой.
— Верь мне. — Гарри взял её за подбородок и поцеловал в губы.
— Хорошо, — прошептала она.
— Завтра у меня важный день, и я хочу, чтобы ты меня поддержала.
— Что за день, и как я могу тебя поддержать? — удивилась Гермиона.
— Просто думай о том, какой я замечательный, — улыбнулся он.
— А поподробнее про завтра можно?
— Пока нет. Это сюрприз. А теперь я должен идти.
Следующим утром в «Ежедневном пророке» Гермиона обнаружила статью авторства Скиттер.
«Всем известный и многими обожаемый Гарри Поттер не устоял перед обаянием Риты Скиттер и согласился, наконец, на интервью, которого мы все с нетерпением ждали уже несколько месяцев. К сожалению, оно вышло коротким, поскольку у молодого блюстителя порядка не так много времени, что, кстати, связано с особым событием: сегодня он успешно и гораздо раньше положенного срока сдал экзамен на должность старшего аврора. С чем его и поздравляем!»
Мистер Поттер успел ответить всего на три вопроса. Итак.
— Чего нам ждать от старшего аврора Гарри Джеймса Поттера?
Пора признать одну простую истину: ей просто непостижимо, невероятно хорошо с Гарри. Возможно, он прав: Гермиона влюбилась в него какой-то странной, внезапной и нежданной любовью, похожей на колдовство.
И самое ужасное — в глубине души ей почему-то наплевать, есть в нём хоркрукс или нет.
Это очень, очень плохо и неправильно. Нельзя терять голову!
— Гарри, что известно о Скиттер? — спросила она, лёжа с ним в обнимку.
— Тебя правда это волнует?
— Да.
— Весь аврорат уже сутки на ушах стоит. Нас распределили по участкам. Ищем.
— И никто ничего не знает?
— Нет. Кстати, мне пора возвращаться. А ты, если хочешь, оставайся здесь.
— Нет, не могу. Мне ещё нужно кое-что сделать, — твёрдо сказала Гермиона.
Ночевать в этом доме одной решительно не хотелось.
— Тогда я буду ждать тебя завтра.
Гарри жадно поцеловал её и явно нехотя ушёл.
Гермиона ворочалась всю ночь. Мысли роились в голове, словно дикие пчёлы. Во-первых, пора признаться себе, что она влюбилась в Гарри. Во-вторых, он определённо изменился. Просто повзрослел на мужской работе, или в нём действительно сидит что-то? А вдруг Рон всё-таки прав?
Кому адресовано послание на стене, а, главное, кто его автор? Если предположить, что оно написано для Гермионы самим Гарри, руководимым хоркруксом, то ужаснее этого уже и быть не может. Впрочем, оно могло быть оставлено для Джинни, и неизвестно, что хуже. И Рон окажется прав… Мысль об этом была неприятной особенно потому, что правым окажется именно Рон.
День пролетел в тягостных сомнениях, вечером Гермиона снова отправилась к Гарри. Сегодня она всё выяснит и точка!
Он встретил её, как всегда, радостно, и при взгляде на его открытую улыбку вопросы показались неуместными. И всё же Гермиона решилась:
— Гарри, как ты думаешь, кто может быть причастен к исчезновению Скиттер?
— Ну, она многим насолила.
— Да. В первую очередь тебе.
— С чего ты взяла?
— Гарри! Ты издеваешься?
— Я? Не понимаю, чего ты злишься. Ты ведь сама хотела, чтобы все узнали правду о битве и о хоркруксе, — возразил он.
— Да, но Скиттер бы написала, что в тебе до сих пор сидит осколок чужой души, и Рон тоже так считает.
— Ну и что? Обо мне вечно пишут всякие небылицы.
— Но это совсем другое дело!
— Гермиона, ты действительно считаешь, что эта публикация мне бы навредила?
— Да, конечно.
— Если так, то ты ничего не знаешь о волшебном мире.
— Так объясни мне!
В этот момент в камине появилась голова того самого светловолосого аврора, с которым Гермиона разговаривала вчера.
— Мистер Поттер, простите за беспокойство. Мы нашли её!
— Нашли? — обрадовался Гарри. Чрезмерно уважительный тон парня его нисколько не удивил.
— Ага, — широко улыбнулся тот. — Она у ребят.
— Молодцы.
— Когда вас ждать?
— Я буду через несколько минут.
Аврор восторженно кивнул, просиял взглядом, мельком задержавшись на Гермионе, и исчез.
— Это та, о ком я думаю? Скиттер? — спросила Гермиона.
— Да.
— Что ты собираешься с ней делать?
— Я? С чего ты решила, что я с ней что-то сделаю?
— Мне так показалось.
Гарри с любопытством посмотрел на неё.
— Не волнуйся. Никто твою Скиттер не обидит.
— Она вовсе не моя.
— Почему ты тогда переживаешь за неё? — улыбнулся Гарри.
— Я за всё переживаю.
— Не стоит. Всё будет хорошо.
— Гарри! Рон говорит, что в тебе сидит хоркрукс. Скажи, что это не так, — последнюю фразу Гермиона произнесла просительным тоном.
— Если я скажу, ты мне поверишь?
— Я не знаю, — вдруг призналась она.
— Не знаешь. А ведь ты единственный близкий мне человек, Гермиона, — он горько усмехнулся.
— Чёрт, Гарри, конечно, я верю тебе! Не знаю, что на меня нашло, — она сокрушённо покачала головой.
— Верь мне. — Гарри взял её за подбородок и поцеловал в губы.
— Хорошо, — прошептала она.
— Завтра у меня важный день, и я хочу, чтобы ты меня поддержала.
— Что за день, и как я могу тебя поддержать? — удивилась Гермиона.
— Просто думай о том, какой я замечательный, — улыбнулся он.
— А поподробнее про завтра можно?
— Пока нет. Это сюрприз. А теперь я должен идти.
Следующим утром в «Ежедневном пророке» Гермиона обнаружила статью авторства Скиттер.
«Всем известный и многими обожаемый Гарри Поттер не устоял перед обаянием Риты Скиттер и согласился, наконец, на интервью, которого мы все с нетерпением ждали уже несколько месяцев. К сожалению, оно вышло коротким, поскольку у молодого блюстителя порядка не так много времени, что, кстати, связано с особым событием: сегодня он успешно и гораздо раньше положенного срока сдал экзамен на должность старшего аврора. С чем его и поздравляем!»
Мистер Поттер успел ответить всего на три вопроса. Итак.
— Чего нам ждать от старшего аврора Гарри Джеймса Поттера?
Страница 23 из 28
