Надоели эти «Оглянись», ха-ха, за мной стена, — написала Поля в комментарии к рассказу.
0 мин, 48 сек 14101
Оглядываться она, естественно, не стала и поэтому не видела как поверхность сзади подернулась мелкой рябью…
Ааа… Напугал, сзади меня хомячок в клетке, — заливалась смехом Настя, стуча по клавишам, — ща он меня расчленит и схрумкает по кусочкам!
Не съест. По крайней мере, не сейчас. Были бы у него мозги, он бы с этим точно не тянул, та феерическая дурочка кого хошь достанет: перекусить тоненькие прутья — дело пары секунд, стремительный прыжок до пульсирующей артерии… Но боевой робот с Ганимеда не поддавался эмоциям, их просто не было, он жил по заложенной программе, в которой действия расписаны по миллисекундам. И там было это. Но не сегодня…
Они не верили и не оглядывались назад.
А если б сделали это, то многие ничего бы и не увидели — потусторонний мир живет своей жизнью и не всякий чел допускается к тайнам и способен узреть…
Поля не умерла завтра.
Настя и послезавтра дурила не по-детски…
Но однажды стена вновь покрылась рябью, а хомячок начал усиленно точить зубы…
Ааа… Напугал, сзади меня хомячок в клетке, — заливалась смехом Настя, стуча по клавишам, — ща он меня расчленит и схрумкает по кусочкам!
Не съест. По крайней мере, не сейчас. Были бы у него мозги, он бы с этим точно не тянул, та феерическая дурочка кого хошь достанет: перекусить тоненькие прутья — дело пары секунд, стремительный прыжок до пульсирующей артерии… Но боевой робот с Ганимеда не поддавался эмоциям, их просто не было, он жил по заложенной программе, в которой действия расписаны по миллисекундам. И там было это. Но не сегодня…
Они не верили и не оглядывались назад.
А если б сделали это, то многие ничего бы и не увидели — потусторонний мир живет своей жизнью и не всякий чел допускается к тайнам и способен узреть…
Поля не умерла завтра.
Настя и послезавтра дурила не по-детски…
Но однажды стена вновь покрылась рябью, а хомячок начал усиленно точить зубы…
