Охота на антиподов

Подводя итог всему изложенному и возвращаясь к событиям июня 1979 г., когда был убит Алан Барнс, следует подчеркнуть, что отношения между полицейскими Аделаиды и гомосексуальным сообществом всё это время оставались на грани плохо скрытой нетерпимости. Понятно, что это создавало массу проблем для решения той задачи, что стояла перед правоохранительными органами. При расследовании убийства Алана Барнса следствие исходило из следующих данных, которые определенным образом ориентировали розыск:

— убитый юноша добровольно сел в машину к убийцам;

— преступники располагали белой автомашиной марки «holden»;

— убийцы являлись гомосексуалистами;

— по крайней мере один из соучастников преступления имеет возможность получать хлоралгидрат («noctec») по рецепту;

— в составе преступной группы действует женщина, либо лицо, выдающее себя за женщину. Поскольку убийцы являются гомосексуалистами, в их компании, скорее всего, находится трансвестит или транссексуал, возможно, не один. Это соображение основывалось на том, что Алан Барнс вряд ли бы сел в автомашину, набитую незнакомыми мужиками, скорее всего, в белом «holden'е» находился кто-то, кого он принял за женщину.

Детективам отдела расследования тяжких насильственных преступлений полиции Аделаиды пришлось засесть за изучение имевшихся в их распоряжении баз данных на сексуальных преступников, а также обратиться за поддержкой к коллегам из отдела расследования преступлений против общественной нравственности (т. н. «полиция нравов»). Последнее подразделение традиционно вело статистику сексуальных правонарушений различной степени тяжести, а также контролировало деятельность сферы интимных услуг. «Полиция нравов» знала городскую гей-тусовку практически поименно, можно сказать, это была сфера её профессиональных интересов.

Работа оперативников сконцентрировалась в районе излюбленных мест времяпровождения гомосексуалистов. Это были бар «Марс»(строго говоря, являвшийся ночным клубом с двумя танцполами и двумя барами), отели«Грин драгон хотел» («Green dragon hotel»), «Колонель лайт» («Colonel light») и «Бакингем армс» («Buckingham arms») с размещенными в них барами и ресторанами. Также интерес представляла сауна на улице Палтени (Pulteney), дом 431, которая также использовалась гомосексуалистами как место интимных встречь. Пока одна часть оперативных сотрудников полиции вела фотографирование и идентификацию посетитетелей всех этих злачных мест, другие выясняли кто из выявленных гомосексуалистов владеет белой автомашиной и получает по рецепту хлоралгидрат.

На этом этапе расследование убийства Алана Барнса очень удачно дополнило расследование другого резонансного преступления, также связанного с гей-сообществом Аделаиды, с той лишь только разницей, что гомосексуалист оказался не подозреваемым, а жертвой убийства. Речь идёт об убийстве адвоката Дерренса Стивенсона (Derrence Stevenson), найденного застреленным из огнестрельного оружия во второй половине дня 5 июня 1979 г. (т. е. за две недели до исчезновения Алана Барнса).

Если быть совсем точным, то Стивенсон был найден не просто в собственном доме, а в морозильном ящике на кухне. Убийца выстрелил ему в затылок с расстояния более 1 м. из ружья или пистолета 22-го калибра, надел на голову полиэтиленовый пакет, положил тело в морозильник и прикрыл его сверху пластиковыми мешками с продуктами. После этого замыл следы крови на полу в кухне и… благополучно исчез. Исчезла также из гаража и автомашина адвоката. Отсутствовало на месте преступления и оружие. Как стало ясно после осмотра дома родственниками адвоката, пропали также деньги и некоторые ценные вещи.

Некоторые обстоятельства случившегсоя наводили на мысль, что убийцей адвоката явился человек, с которым тот намеревался вступить в сексуальный контакт. Убитый перед смертью поставил себе клизму, кроме того, он был найден в расстёгнутой рубашке и со спущенными до колен трусами. Кстати, спущенные трусы могли быть следствием действий убийцы, который таким образом постарался унизить жертву. Если это действительно было так, то подобное поведение косвенно свидетельствовало о пережитой преступником ярости, который не смог удержать себя от оскорбительной выходки. Для убийцы содеянное было очень личным делом…