Охотница за душами

— Интересно, кого нам благодарить за погоду — Питер или Жрицу?

— Жрицу, разумеется, — Рива пожала плечами. — Я смотрела наш прогноз на ближайшую неделю: только ясно солнышко. Поэтому, за два часа до начала поиска, на стол начальнице отдела аналитики легла моя служебная записка по изменению погодных условий на время проведения операции.

— Вам, однако, надо меньше общаться со Светловым. И больше — с Воином.

— Прости?

— Ваш стиль речи, многоуважаемая старшая группы, становится несколько труден к пониманию простыми смертными, — оперативник точно скопировал интонации Александра Евгениевича.

Рива хихикнула:

— Будет лучше, если я начну материться через слово?

— Дело не в обсценной лексике, — подал с заднего сидения голос вампир. — Свободный стиль общения с подчинёнными, который использует Воин, довольно редкая вещь. Немногие могут позволить себе подобное, не скатываясь к панибратскому отношению со стороны младших чинов. Во всяком случае, у меня так почти не получается.

Рива и Гаури переглянулись.

— Простите, если помешали вам, господин Бэрринг.

— Нисколько, Рива. И я уже просил называть меня Андрэ. В данный момент я всего лишь член вашей команды.

— Вот поэтому у вас и плохо получается такой стиль, однако, — негромко сказал оперативник. Рива сделал большие глаза:

— М-м-м… Гаури, ты…

— Нет-нет. Продолжайте, прошу вас.

— С вашего позволения, Андрэ, вы слишком стараетесь подчеркнуть вашу причастность к команде. Вслух и нарочито, однако. А Воин не старается. Он умеет просто быть частью. И на «ты» к нему обращаться гораздо проще.

— Вы хотите сказать, что я уже установил дистанцию и теперь поздно её сокращать?

— Не поздно. Но не так резко, однако.

— Я понял, о чём вы, — медленно сказал Бэрринг.

Рива, сидевшая во время этого диалога с приоткрытым ртом, негромко откашлялась.

— Господа, если уж мы начинаем укреплять межнациональные отношения, предлагаю перекусить. Сейчас половина пятого. С такой облачностью мы вполне сможем работать до шести, может быть, до шести тридцати, без риска для Андрэ. Полагаю, четверть часа на лёгкий завтрак у нас есть.

— Я, однако, не против. Только четверти часа не хватит ни на одну забегаловку.

— А не надо: у меня есть бутерброды. На всех, — девушка зашуршала большим свёртком фольги. — И кофе.

— Вот, что я называю работой в команде, — Гаури остановил автомобиль у обочины. — Андрэ, вы употребляете человеческую еду?

— Она не принесёт мне практической пользы, но я люблю вкус хорошо приготовленной пищи. А, судя по запаху, то, что вы называете бутербродами, — произведение кулинарного искусства.

Рива польщённо потупилась:

— Я сама готовила.

— Надеюсь, я не позволю себе лишнего, если скажу, что вашему будущему супругу очень повезёт, мадмуазель.

— Присоединяюсь, — Гаури увлечённо жевал.

— Вы нагло льстите, господа, но мне приятно, — Рива улыбнулась. — Кушайте на здоровье, и продолжим. Сегодня успеем отработать жёлтую зону.

— Завтра снова начинать с зелёной?

— А как иначе? Но, завтра, а точнее сегодня, с нами будет Воин. А это означает, что мы сможем работать гораздо быстрее.

— То, что вы поделились с нами подобной информацией, Витольд, это бесценный дар, — Алисия с задумчивым видом отпила из фляжки и протянула её старшему оперативнику. — Кофе.

— Благодарю, — оборотень, не отрывая взгляда от дороги, принял флягу и сделал долгий глоток. — Я действовал в интересах задания.

— И немного в личных, так ведь?

Витольд коротко кивнул. Близнецы на заднем сидении дышали через раз. Упоминание о том, что Алисия Бэрринг по возможностям сравнима со старшими оперативниками, поставило её на недосягаемую для парней высоту. Даже Витольд в их понимании был полулегендой, в присутствии кого-либо из начальников отделов они вообще старались притвориться предметами интерьера, а сейчас на их глазах две экстраординарные личности вели какую-то свою игру. Братья ловили каждое слово.

— Личный интерес, без сомнения, есть. Я охочусь на этого персонажа уже довольно давно, но только сейчас моя охота может увенчаться успехом.

— Потому что в вашей команде мы? — Алисия улыбнулась.

— Вы, ваш отец, Рива, Воин. Этого вполне достаточно, чтобы отловить этого подонка.

— И убить?

— Надеюсь.

— Вы его ненавидите?

Витольд на мгновение задумался.

— Скорее, нет. Он дал мне очень многое, если вдуматься. Но он опасен.

— Все ваши собратья опасны. В период гона — особенно.

Вопросы и ответы казались выпадами. Со стороны могло показаться, что оборотень и вампиресса находятся не в салоне автомобиля, а на дуэльной площадке

— В период гона мои собратья, если я могу их так называть, уже давно уходят поглубже в леса и стараются не пересекаться с людьми. Ночные войны закончились много лет назад: оборотни стараются лишний раз не высовываться.

— Отделяете себя от стаи? — девушка чуть подалась вперёд, на её лице читался неподдельный интерес.

— Я одиночка, госпожа Алисия. Я никогда не был в стае: меня обратили случайно, у меня не было наставника, я всё постигал своим умом. А потом моей стаей стало Агентство.