Океан его ненависти

Сэму пришлось закусить губу чуть ли не до крови, чтобы не дать гневному выкрику прорваться наружу. Как в трансе он почувствовал, как его отстраняют, убирают руку от кровавой рубашки; кто-то помог ему подняться на ноги, и он смотрел, как врачи суетятся вокруг Дина, погружают его на каталку, перекидываясь между собой короткими тревожными фразами.

Сэм не замечал, что до боли вцепился в руку этой женщины, учительницы, невольно, сам того не понимая, ища у нее поддержки, и она давала ее ему.

— Его срочно нужно транспортировать в Сан-Франциско, — услышал Сэм, — здесь ему не смогут помочь. Эмма, скажи Джону, пусть вызывает вертолет. И быстро!

— Я полечу с ним! — Сэм мигом сбросил транс и, отпустив руку женщины, сделал шаг вперед. — Я его брат.

Один из врачей, самый старший, смерил его тяжелым взглядом с головы до ног и вздохнул. Весь вид Сэма говорил о том, что он не приемлет отрицательный ответ, и, если понадобится, полетит прицепом вслед за вертолетом, но брата не бросит.

— Хорошо, летите. Только не мешайтесь под ногами, ради бога, — он повернулся к своим и стал давать им какие-то указания, Сэм не вникал, но донесшееся до него «может не долететь» он услышал так ясно, будто ему проорали это в ухо. Секундный жар и желание разломать здесь все к чертовой матери охватили все его тело, но он вновь почувствовал прикосновение руки, и это его немного успокоило. Выдохнув со свистом воздух сквозь сжатые зубы, он принялся считать до десяти.

Дина стали вывозить из зала, и взгляды всех людей, находящихся в зале, обратились в его сторону. Если бы Дин мог это видеть, он бы почувствовал себя неуютно, но сейчас ему было все равно. Но это ощущал Сэм, идущий позади, и, не выдержав, он оглянулся. Находящиеся здесь люди, казалось, искренне переживали за Дина, хотя и были чем-то потрясены; Сэм заметил и несколько ободряющих улыбок, адресованных ему. Это все было слишком странным. Похоже, Дин совершил что-то действительно героическое, раз все они так о нем беспокоятся.

— Что случилось? — повторил он свой вопрос, когда они вышли из зала. Понемногу за ними и потянулись остальные, но Сэм абстрагировался от них и все внимание обратил на учительницу Дина.

— Твой брат спас нас всех, вот что, — ответила все та же женщина, идущая рядом с ним, за руку она вела девочку лет одиннадцати-двенадцати. Та была бледной, как смерть, но выглядела уже не сильно испуганной.

Сэм нервно, с ноткой приближающейся истерики, хмыкнул, но все так же не сводил глаз со спин в белых халатах впереди него.

— Это похоже на него.

Женщина, представившаяся ему Джейн, вкратце рассказала о произошедшем в зале, о том, как Дин все это время отводил от них удар, поставив целью себя. Сэм молча слушал ее, а внутри него бушевала разрушительной силы буря. Десятки лет сталкиваясь со сверхъестественной дрянью, они совершенно не думали о том, что им придется встретиться с обычным человеческим… бесчеловечием, как бы парадоксально это ни звучало. Они ведь даже и не стали брать в расчет то, что дело может быть не в Поле, а в ком-то другом, вцепились в свою идею — особенно он, Сэм, вцепился, — и в результате их заблуждение обернулось для них слишком дорогой платой. Сэм мысленно пообещал Рудмейну все муки ада при первой же возможности. Он уже сейчас понимал, что новости о случившемся в школе моментально разлетятся по этому небольшому городку, и если Дин выживет… Сэм сглотнул огромный комок, стоило ему представить иной исход, и тряхнул головой, отгоняя предательские мысли. Дин выживет, и Рудмейн узнает об этом и, вполне возможно, попытается повторить попытку. Теперь, когда он в курсе, что Дин здесь, Сэм был уверен, Рудмейн переключится с детей на его брата, и это одновременно приводило его в ужас и дарило облегчение.

В любом случае он не собирался отдавать брата этой твари, а за то, что тот выстрелил в него, Сэм уже придумывал новые виды смертной казни. Со слов Джейн он смог представить себе подробную картину произошедшего, даже голос Дина, наполненный презрением, и его холодный взгляд. Дин словно стоял рядом с ним, но Сэм не мог до него дотянуться.

У него даже не хватало сил злиться на Дина за то, что он осознанно подставил себя под удар, чтобы оградить от опасности остальных. Дело было не только в Дине — это была их работа. Работа, на которой никто не выплачивал им отпускные по поводу смерти.

— Я… я не ожидала от него такого, — закончила свой рассказ Джейн.

Они уже вышли из здания школы и направлялись к футбольному полю, куда должен был приземлиться самолет. Сэм шагал рядом с каталкой, боясь смотреть на Дина и в то же время не в силах не смотреть.

— С того времени, как вы видели его в последний раз, Дин изменился, — негромко ответил Сэм. Он не мог ей сказать, что Дин за эти двадцать лет прошел через ад во всех смыслах этого выражения, и не один раз, но надеялся, что она поймет то, что ей необходимо понять.