Океан его ненависти

Дин сжал кулаки, впиваясь ногтями в ладони, но тут же расслабил пальцы, и плечи его чуть опустились. Он не мог понять, где Нерригейл блефует, а где нет. Хорошо, пусть игра будет не по его правилам, но сыграть он в нее все равно попробует.

— Понял, ублюдок, — сквозь стиснутые зубы выдавил Дин, про себя подумав, а не проще было бы у него просто молча забрать телефон, а не толкать угрожающие речи. Но этих троих он понять не мог ни под каким углом. Видимо, это доставляло им какой-то изощренный кайф — дать ему выбор и знать, в чью пользу он окажется. Чертовы гребанные манипуляторы.

Нерригейл довольно качнул головой.

— Судя по тому, что вид у тебя не очень безутешный, твой брат все же не окочурился. Так что если вдруг он еще может ходить на своих двоих и сунется сюда… его же беда.

Дин издал короткий рык и чуть дернулся вперед, словно желая выцарапать Дэйву глаза. Отлично, Нерригейл и Рудмейн Сэма не заметили, сейчас главным было разыграть драму, чтобы он поверил в то, что Сэма с ним нет. Хотя это было бы очень неправдоподобно. Очень. Но попытаться стоило.

— Клянусь, сука, ты ответишь за моего брата! Я раскатаю из тебя отбивное так же, как из Забини!

— Тшшш… — Дэйв еще сильнее надавил дулом. — Не дергайся. Я бы с радостью убил тебя, но босс хочет получить тебя живым, — он с притворным сожалением склонил голову к плечу. — Значит, дело пойдет еще проще. Отлично. А теперь, Дин, иди прямо к запасному выходу и точнехонько до пятиэтажки. Ты выходишь за дверь — я засекаю время, помнишь? Поехали, — Нерригейл сделал шаг назад к двери, отодвигая ружье от Дина, и кивком указал на проем за стойкой.

— А тебе не противно быть шестеркой Рудмейна, Дейв? Ведь тебе на самом-то деле не нужна моя смерть, просто блефовать любишь.

— Пошел вон!

— Сгоришь в аду, ублюдок, — выплюнул Дин на прощание и, стараясь ни на ком не задерживаться взглядом, быстрым шагом направился к черному выходу. Стоило двери за ним захлопнуться, он вытащил телефон и набрал номер Сэма.

— Дин, что…

— Слушай меня, — почти скороговоркой приглушенным голосом начал Дин, не дослушав, что собирался сказать Сэм. Он в несколько секунд достиг соседнего кирпичного здания и начал забираться по пожарной лестнице, которая, к счастью, была не отвесной, и у него было время на то, чтобы поговорить с Сэмом без препятствий. Его фразы звучали односложно, отрывисто, но дыхание было спокойным. — У меня минута. Они прицепили на Импалу жучок. Нерригейл в кафе, там люди в заложниках. Я должен идти на рандеву к Рудмейну, иначе он всех перестреляет. Ни Рудмейн, ни Нерригейл не знают, что ты в порядке, так что у тебя есть фактор внезапности. Сэм, ты должен уложить эту тварь и освободить людей, ты понял? И не вызывай полицию до того, как обезвредишь Нерригейла. Он всех держит на мушке и сразу начнет стрелять.

— Что… Дин, ты с ума сошел?! Ты никуда не пойдешь! — трубка чуть не разорвалась от вопля Сэма. — Ты меня понял?! Я тебя не пущу к этому психопату!

Дин зарычал в трубку. Железные ступеньки под ногами противно звенели и мешали сосредоточиться на разговоре.

— Некогда пререкаться, Сэм! Я буду тянуть время, сколько смогу, тем более у меня есть пистолет. На этот раз я ему так просто не дамся.

— Ты уже потянул время один раз! А потом почти умер у меня на руках! — не прекращал орать Сэм, и теперь Дин отчетливо слышал в его голосе панику. — Ты идешь к нему как свинья на убой, он тебя уже встретит на мушке, каким чертом ты будешь тянуть время?! Да он пристрелит тебя сразу же! Стой на месте, Дин, или я сам тебя прикончу! Где ты?!

Дин чуть отодвинул телефон от уха и сжал губы.

Теперь он понял, почему Рудмейн не заявился к нему в больницу. Осознание пришло совсем недавно и казалось полной придурью, потому что Рудмейн больше всего хотел «отомстить» ему и мог сделать это пару десятков раз, но не стал. Но выяснилось, что больше этого ему нужна была такая игра. Ему, как наркотик, требовалось смотреть своему врагу в глаза и выискивать там страх. Он хотел ощутить превосходство, возможно, в глубине души желая, чтобы его поняли. Это-то и отличало его от всех серийных убийц, у которых была одна цель: убить и смыться. Рудмейн чувствовал и даже понимал, что то, что он делает, — это бесплатный билет в ад, но остановиться не мог. Не то чтобы это добавляло ему плюсов к карме. Но зато объясняло его непроходимую глупость, сыгравшую Дину на руку и сохранившую ему жизнь.

— Он не будет стрелять сразу, — на этот раз совершенно спокойным голосом возразил Дин. Как ни странно, крики Сэма его только успокоили. Он больше не чувствовал себя поднимающимся на эшафот. — Этому придурку нужно выговориться. Так что у тебя будет время.

— На что? — чуть ли не простонал Сэм. — На то, чтобы подготовиться забрать твой труп? Ты конченый мазохист, ты какого черта делаешь?! У тебя же нет шансов!

— У меня нет выбора. А шансы есть. И успокойся уже.

Дин представил, какие эпитеты сейчас крутятся в голове у брата, и чуть улыбнулся.