Океан его ненависти

Новый порыв ветра хлестанул Дину в спину, и как сквозь слой ваты он услышал негромкий звук сирен. Рудмейн дернулся, как от удара, и рефлекторно повернул голову в сторону звука, и этой секунды Дину хватило. Он в один прыжок оказался рядом с Рудмейном и мощным ударом руки выбил у него пистолет, который, пролетев пару метров, с жалобным звоном приземлился где-то у края крыши. Рудмейн не растерялся и ответил хуком слева, целясь Дину в лицо, но Дин увернулся и, пригнувшись, заехал противнику кулаком в живот. Тот, охнув, согнулся от удара, и Дин собирался налететь сверху, но Рудмейн каким-то чудом моментально распрямился и ударил его по лицу, разбивая нижнюю губу, а потом сразу по ребрам.

Дин рыкнул, сплевывая кровавую слюну, и резко втянул в себя воздух. Звук сирен становился все громче и громче. Рудмейн рванул в сторону, чтобы подобрать пистолет, но Дин ловко перерезал ему путь, встретив новым ударом, на сей раз по челюсти.

— А вот и нет, — с легким насмешливым весельем сообщил он, перехватывая кулак, метящийся ему в солнечное сплетение. — Может, ты и знаешь все эти законы относительности и сохранения импульса и считаешь себя крутым с ружьем или пистолетом наперевес, но вот драться… — Дин перевел дыхание и вывернул руку Рудмейну. Та хрустнула, и Ричард завопил от боли. — Ты совершенно не умеешь.

Рудмейн упал на колени, и Дин, воспользовавшись этим, метнулся к пистолету. Он взвел курок и нацелил дуло прямо в грудь уже вскочившего и рванувшегося к нему Рудмейна, свободной рукой вытирая кровь с подбородка. Ричард остановился так резко, словно напоролся на невидимую стену. Он стоял, тяжело дыша, сжимая и разжимая кулаки, и был похож на загнанного в ловушку зверя. Но не побежденного.

— Как тебе смена ролей? — Дин вскинул брови и сделал шаг вперед, вынуждая Рудмейна отступить.

— Ну так стреляй! — внезапно выкрикнул Рудмейн. — Стреляй, и покончим с этим!

Дин сузил глаза.

— Что это с тобой, Рудмейн? — с легкой усмешкой спросил он, до конца не понимая, было ли это новой тактикой, либо Рудмейн свихнулся окончательно. — Я сбил с тебя всю спесь?

— Стреляй, — спокойно повторил Ричард, и его лицо впервые за их встречу приобрело совершенно нейтральное выражение. — Твоя взяла, ты победил. Убей меня. Избавишь старика от мучений. Если ты не трус, то выстрелишь. Но я вижу по твоим глазам: ты не сможешь меня убить. Слишком жалок для этого. Ты боишься.

— Ну нет, со мной этот фокус не прокатит, — Дин не сводил с Рудмейна тяжелого взгляда. — И даже не думай, что это как-то меня заденет.

Кровь текла из разбитого носа Рудмейна, заливая воротник рубашки, но он даже не пытался ее вытереть.

— Последнее, что мне нужно — твоя жалость, — ярость промелькнула в глазах Рудмейна.

— Вот именно поэтому… — Дин сделал неуловимый, стремительный шаг вперед и, крутанув пистолет в ладони, ударил Рудмейна рукояткой по голове, добавив выпад кулаком в лицо. Тот безмолвным кулем повалился на крышу. — Быстрой смерти ты не заслуживаешь. И я — не ты.

Он ненавидел Рудмейна всеми фибрами своей души, но убить его бы не смог. Сэм был прав насчет этого. Слишком много лиц и так до сих пор стояло перед его глазами, и хотя Рудмейн был бы жертвой совершенно осознанного его решения, ему и так хватало уничтоженных душ на счету. Самым страшным наказанием для Рудмейна была не смерть, а жизнь, в которой ему некому было бы мстить.

Дин выдохнул и вытер чуть дрожащей рукой пот со лба. Пистолет в руке внезапно стал тяжелым, как кирпич, и Дин с отвращением бросил его, ловким пинком отправив прямо в сточную трубу. Прогрохотав по ней, пистолет упал где-то внизу. Поборов желание пнуть неподвижно лежащего Рудмейна, Дин подошел к краю крыши и глянул вниз, одновременно расстегивая пуговицы на рубашке, которая уже противно липла к футболке. Рану на животе чуть потягивало от резких движений, но он не обращал на это внимания.

Слева, возле здания кафе, стояли несколько полицейских машин и куча глазеющих зевак, которые были не в курсе произошедшего и теперь смотрели, как копы под руки выводят из здания кафе Нерригейла. Дин облегченно выдохнул: Сэм все же справился.

С такой высоты было сложно разглядеть кого бы то ни было, но шевелюру Сэма, возвышающуюся над другими, он увидел почти сразу, и дышать стало еще легче. Вдруг один из толпы поднял голову и, заметив Дина на крыше соседнего здания, стал что-то быстро говорить своему соседу, и через несколько секунд уже почти все пялились на Дина. Несколько полицейских оторвались от группы и направились в его сторону.

Дин ясно увидел, как Сэм расслабился, будто тяжелый груз, потеряв опору, рухнул с него. Махнув ему рукой с огромным облегчением на лице, Сэм принялся расталкивать толпу и, так и не сводя с него взгляда, почти бегом рванул вслед за полицейскими.