Окна Воздушных Замков

Эдвард протянул руку и осторожно коснулся лица Луитера, отводя от виска волосы, наблюдая в его глазах едва ли не мольбу, но не веря в нее. Казалось, он все еще спит, а все это — иллюзия.

— Прикоснись ко мне… — повторил Луитер, закрывая глаза.

Склонившись над ним, Дэмиен едва не рассмеялся, слыша столь откровенную мольбу в голосе.

— Чем больше я на него смотрю, тем больше думается о том, что я, кажется, нашел себе новое тело… — наклоняясь ближе к лицу, он замер, ощущая на своих губах чужое сбивчивое дыхание, словно смакуя его. — И тогда ты сможешь касаться его, пока не надоест.

— Иногда вся привлекательность и кроется в недоступности, — отведя руку, Эдвард вспомнил, насколько завораживал его вид того, как Луитер метался в изменчивых чувствах, в горячих объятиях неизвестных ему существ.

— Какая тут недоступность? Бери! Все твое! — отстранившись, Дэмиен развел руками, указывая на распростертого перед ним Луитера. И, не услышав ответа, резко схватил его за руку и приподнял словно тряпичную куклу, заставляя податься в сторону Эдварда. — Он же сам об этом просит. Кроме того, когда получаешь то, чего хотел, оно уже кажется не таким прекрасным.

Поддавшись резкому жесту, Луитер неловко присел на колени подле Эдварда, ухватившись за его плечо.

— Это не то, чего я хотел, — безучастно ответил Эдвард, вставая, но Луитер не дал этого сделать, удерживая. В его теле ощущалась дрожь, но он пересиливал ее, приподнимая руки и обнимая Эдварда. Даже от подобного едва ли не невинного прикосновения все словно свербело внутри.

Подыграв столь неожиданному действию, Эдвард наблюдал за ним, прикрыв глаза. Он видел в лице Луитера неуверенность и безысходность, когда тот отстранился, делая отчаянный вдох, словно собирался нырнуть в воду.

— Обними меня… крепче… — прошептал Луитер, прижимаясь лицом к его плечу, заставляя приникнуть ближе. Холодные руки легли ему на спину, и он обнял Эдварда за шею, притягивая так близко, чтобы каждое произнесенное слово и вздох остались только между ними. — Ты дьявольское создание… а не он…

— Что? — удивленно выдохнул Эдвард, различая тихий шепот.

Дэмиен сидел на коленях в постели, более чем в метре от них и ухмылялся, наблюдая разворачивающуюся перед ним картину, не ощущая в ней лишним и себя. Он выжидал подходящего момента, чтобы обрести новое тело и скрыть то, что мог знать его обладатель.

— Он лгал тебе… ты стал таким до него… он показал тебе это, но не дал… это твой дар… в тот день, в часовне… ты получил его… — отрывистый шепот касался виска, перемещаясь к уху. Луитер произносил каждое слово не громче вздоха, притягивая Эдварда к себе, обнимая за шею, приникая ближе, лишь бы он слышал его.

— Невозможно… ведь он помогал мне просуществовать… знал обо мне все… и тот нож… — Эдвард был удивлен тем, что слышит, но продолжал так же тихо отвечать, подыгрывая каждому движению. Едва ли он мог сразу поверить в то, что Дэмиен не то создание, каким он его считал, ведь именно он поддерживал в его теле жизнь и наделил своим даром. Хотя в последнее время и складывалось впечатление, что что-то было не так.

— Это он существовал с тобой… я видел… во сне… — Луитер приник к тонким губам, успевая нашептывать в них тихие слова, пересиливая тяжкие ощущения от каждого прикосновения. — Он не должен… слышать… все было обманом…

— Но его кровь поддерживала мое тело…

— Любая бы кровь, смешанная с твоей… оказалась такой же… — лучшим аргументом Луитер посчитал прямое доказательство и, хоть и неуверенно, но все же прокусил губу Эдварда. Ощутив во рту терпкий вкус крови, он прокусил и свою, позволяя своей крови смешаться с чужой. Боль быстро проходила, рана ощутимо затягивалась, а в теле проходила слабость.

Чувствуя на своих губах чужую горячую кровь, Эдвард перехватил инициативу, стирая грань столь поверхностного поцелуя, впиваясь в рану на губе Луитера, ощущая то же, что так искусно подавал ему Дэмиен.

— Может… мне тоже присоединиться? — произнес Дэмиен, ложась на бок и наблюдая с более близкого и удобного ракурса за происходящим. Как только он увидел тонкую линию крови, стекающую от края губ Луитера, то с силой сжал в руке покрывало. — Хватит, он же не просил взять его! — громко произнес он, разрывая часть покрывала, которое смог ухватить.

Отстранившись, Эдвард стер с губ остатки крови и, взглянув на тяжело дышащего Луитера, но, тем не менее, ощутимо приобретшего менее изможденный вид, воззрился на Дэмиена.

— Слегка увлекся, — Эдварда улыбнулся краем губ, вставая. Ему было едва не смешно от того, что он действительно был слеп ко многому и поддался на такой обман. А якобы смелость, проявленная Луитером, была лишь ради восполнения сил. Хотелось рассмеяться, но он сдержался, пожелав не рушить созданный и уже почти обыгранный спектакль.