Оксюморон

Сейчас я нахожусь в тускло освещенной комнате, габаритов которой хватает уместить лишь кровать и письменный стол. Я нахожусь здесь уже несколько лет, похоже, что около четырех. Каждый день мне под дверь просовывают миску с похлебкой и лист бумаги с карандашом. Каждый день я пишу то, что вы сейчас читаете, но утром запись исчезает. Скорее всего, в еде снотворное и я просто не замечаю, как ее забирают. Но мне абсолютно все равно. Я просто хочу, чтобы эти строки прочел хотя бы единственный оставшийся в живых человек. Чтобы он понял, что не одинок. Ведь все очевидно — когда произошел конец света, или сдвиг реальности, можно называть это как угодно, и в наш мир прорвалось нечто неведомое, навеки порабощая живущих, только я сумел понять, что произошло. Только я оказался нечувствителен к этой заразе. Конец пришел, и я его видел! Но эти твари пытались внушить мне, что это были помехи в телевизоре! Господи, до чего же смешно!

Мне до сих пор непонятно, почему они оставили меня в живых. Наверняка, они ставят надо мною эксперименты, когда я сплю. Гнусные мрази! Я знаю, что вы читаете это и насмехаетесь надо мною, но я хочу надеяться, что таких как я — много! И однажды, будьте уверены, мы объединимся, и сможем вам противостоять!

Кажется, снотворное начинает действовать, потому, что рука устает держать карандаш, а веки наливаются свинцом. Еще один день после конца света прожит. Каков оксюморон, а?