24 июня 1991 года жандармерия получает тревожный вызов — хозяйка шикарной виллы Шамад, расположенной во французской коммуне Мужен, уже сутки не выходит на связь.
30 мин, 21 сек 10938
Однако, как мы знаем, у друзей она не появлялась и уже с 13.30 не отвечала на звонки. Опираясь именно на эти заключения, сделанные капитаном Санси, жандармерия вела свое расследование. Много позже выяснится, что экспертиза по установлению даты смерти содержала ряд ошибок и неточностей. Во-первых, оказалось, что в экспертизе о смерти стоит дата не 23, а 24 июня. В заключении будет сказано, что к моменту нахождения тела убитая была мертва более 6 часов. Позже в свое оправдание эксперты заявят, что просто допустили ошибку в написание даты. Они будут утверждать, что трупные изменения соответствовали дате, указанной в отчете Капитаном Санси. Но при более детальном изучении экспертизы станет ясно, что дата — далеко не единственная ошибка. Например, по непонятным причинам не была измерена температура тела. Также в экспертизе не было данных о температуре в подвальном помещении, где был найден труп. Эти важные детали могли бы помочь с точностью опередить время смерти. Без них заключение экспертов выглядело достаточно условным.
Во время обыска виллы 9 августа 1991 года следователи обращают внимание на ножницы для стрижки кустов.
На первый взгляд, это орудие соответствует описанию ран, сделанных экспертами. Длина ножниц составляет 21 см. Длина лезвий в самой широкой части составляет 3–4 см. Результаты обследования возможного орудия убийства показали, что на ножницах для стрижки кустов, имеются следы предположительно «крови животного происхождения». Эксперты не исключили, что кровь могла быть человеческой. Однако, судебные патологоанатомы позже будут утверждать, что некоторые глубокие раны убитой никак не могли быть сделаны этими ножницами.
Вечером того же дня, когда было обнаружено тело, полиция узнает, что у Гислен Маршаль был в найме садовник, некий Омар Раддад.
Омар Раддад прибыл во Францию в августе 1985 года из Марокко. Его встретил отец, который уже 20 лет работал садовником у женщины по имени Франсин. Вскоре Омар вступает в брак с гражданкой Франции и остается в этой стране на постоянное место жительства. Франсин всячески помогает молодой паре. Именно в ее доме Омар знакомится с Гислен Маршаль и получает работу садовника у богатой вдовы. Позже мадам Маршаль устраивает в своем доме и Латифу, супругу Омара, на должность уборщицы. Какое-то время она вместе живут в небольшой комнате над гаражом у Гислен, но потом у супругов Раддад появляется первый ребенок, и с помощью Франсин они перебираются в другую, более просторную квартиру. Позже Омар Раддад расскажет, как эти две дамы «по очереди» помогали им. Жандармы, узнав, что подозреваемый (хотя на тот момент официально Раддад имел статус свидетеля) родом из другой стороны, захотели немедленно найти и допросить Омара. Стражи порядка имели опасения, что марокканец может уехать к себе на родину в любой момент. Они отправляются в дом к Омару, но не застают его там. Оказывается, Раддад выполнил всю основную работу в доме своей основной хозяйки Френсис еще в воскресенье и на два дня взял выходные. Дело в том, что эти дни выпадали на один из важных мусульманских праздников Ид аль-Адха и Омар поехал отмечать его в дом матери своей супруги в Тулоне.
Именно из этого дома Омара арестовывают и доставляют в участок.
После долгого допроса Раддад отказывается признаваться в убийстве вдовы. Забегая вперед, стоит отметить, что на протяжении всего расследования Омар Раддад никогда не сознавался в убийстве Гислен Маршаль. Следователи, проводившие допрос, охарактеризовали Омара как спокойного человека, задумчивого, смущенного своей плохой французской речью, психологически стабильного. Также было подмечено, что Омар абсолютно неграмотен как во французском языке, так и в арабском.
Сам Омар, вспоминая тот допрос, называл его изнурительным. Он говорил, что очень плохо понимал, что хотят от него следователи, и какие вопросы ему задаются. Его лексикон по заверениям Раддада был ограничен знанием слов, необходимых при занятиях садом. Омар утверждал, что был не осведомлен, что может попросить помощи адвоката и переводчика. На момент допроса он понимал значение слова «убить» только когда ему показывали соответствующие фото. Когда Омару показали слова, написанные Гислен Маршаль на дверях подвала, садовник сказал, что ему известно из этих слов только его имя.
Позже Омар заявит, что при допросе над ним всячески издевались и вписывали в протокол детали дела так, как было выгодно следователям. Вполне понятно, что правоохранительные органы всячески отрицали слова Омара.
После двух дней содержаний Омара под стражей жандармы отвозят его домой и просят показать одежду, которую он носил 23 июня. Одежда не содержала следов крови и, по словам Омара, она не была постирана. Садовник уверял, что даже не умел пользоваться стиральной машиной, и в его доме ее просто не было.
Алиби Омара Раддада.
Следователи стали проверять, имеет ли Омар алиби на момент совершения убийства Гислен Маршаль.
Подозреваемый сообщил полиции:
Во время обыска виллы 9 августа 1991 года следователи обращают внимание на ножницы для стрижки кустов.
На первый взгляд, это орудие соответствует описанию ран, сделанных экспертами. Длина ножниц составляет 21 см. Длина лезвий в самой широкой части составляет 3–4 см. Результаты обследования возможного орудия убийства показали, что на ножницах для стрижки кустов, имеются следы предположительно «крови животного происхождения». Эксперты не исключили, что кровь могла быть человеческой. Однако, судебные патологоанатомы позже будут утверждать, что некоторые глубокие раны убитой никак не могли быть сделаны этими ножницами.
Вечером того же дня, когда было обнаружено тело, полиция узнает, что у Гислен Маршаль был в найме садовник, некий Омар Раддад.
Омар Раддад прибыл во Францию в августе 1985 года из Марокко. Его встретил отец, который уже 20 лет работал садовником у женщины по имени Франсин. Вскоре Омар вступает в брак с гражданкой Франции и остается в этой стране на постоянное место жительства. Франсин всячески помогает молодой паре. Именно в ее доме Омар знакомится с Гислен Маршаль и получает работу садовника у богатой вдовы. Позже мадам Маршаль устраивает в своем доме и Латифу, супругу Омара, на должность уборщицы. Какое-то время она вместе живут в небольшой комнате над гаражом у Гислен, но потом у супругов Раддад появляется первый ребенок, и с помощью Франсин они перебираются в другую, более просторную квартиру. Позже Омар Раддад расскажет, как эти две дамы «по очереди» помогали им. Жандармы, узнав, что подозреваемый (хотя на тот момент официально Раддад имел статус свидетеля) родом из другой стороны, захотели немедленно найти и допросить Омара. Стражи порядка имели опасения, что марокканец может уехать к себе на родину в любой момент. Они отправляются в дом к Омару, но не застают его там. Оказывается, Раддад выполнил всю основную работу в доме своей основной хозяйки Френсис еще в воскресенье и на два дня взял выходные. Дело в том, что эти дни выпадали на один из важных мусульманских праздников Ид аль-Адха и Омар поехал отмечать его в дом матери своей супруги в Тулоне.
Именно из этого дома Омара арестовывают и доставляют в участок.
После долгого допроса Раддад отказывается признаваться в убийстве вдовы. Забегая вперед, стоит отметить, что на протяжении всего расследования Омар Раддад никогда не сознавался в убийстве Гислен Маршаль. Следователи, проводившие допрос, охарактеризовали Омара как спокойного человека, задумчивого, смущенного своей плохой французской речью, психологически стабильного. Также было подмечено, что Омар абсолютно неграмотен как во французском языке, так и в арабском.
Сам Омар, вспоминая тот допрос, называл его изнурительным. Он говорил, что очень плохо понимал, что хотят от него следователи, и какие вопросы ему задаются. Его лексикон по заверениям Раддада был ограничен знанием слов, необходимых при занятиях садом. Омар утверждал, что был не осведомлен, что может попросить помощи адвоката и переводчика. На момент допроса он понимал значение слова «убить» только когда ему показывали соответствующие фото. Когда Омару показали слова, написанные Гислен Маршаль на дверях подвала, садовник сказал, что ему известно из этих слов только его имя.
Позже Омар заявит, что при допросе над ним всячески издевались и вписывали в протокол детали дела так, как было выгодно следователям. Вполне понятно, что правоохранительные органы всячески отрицали слова Омара.
После двух дней содержаний Омара под стражей жандармы отвозят его домой и просят показать одежду, которую он носил 23 июня. Одежда не содержала следов крови и, по словам Омара, она не была постирана. Садовник уверял, что даже не умел пользоваться стиральной машиной, и в его доме ее просто не было.
Алиби Омара Раддада.
Следователи стали проверять, имеет ли Омар алиби на момент совершения убийства Гислен Маршаль.
Подозреваемый сообщил полиции:
Страница 3 из 9
