«Пазик» с небольшим буксом оттормозился перед зданием больницы, оставив в промокшей земле глубокие следы. Следом — едва не воткнулся«джип» Кота. Не то, что бы Кот был большим индивидуалистом, но на игры, а тем более на отбор, предпочитал ездить своим ходом…
Как ни странно — монстры ей совершенно не попадались. Зато — сильно изменился пейзаж. Часть пути она прошла по влажно причмокивающим от каждого шага плитам пола, которые под ее ногами отчаянно пульсировали в разнобой. Присмотревшись — она поняла что ступает по чьим-то сердцам. Один раз — выйдя на лестницу, она обнаружила что над ее головой пробежали вверх тормашками трое плечистых мужиков в черных плащах. В голову лезла какая-то фигня об ассоциативных рядах и неевклидовом пространстве. Еще несколько поворотов и этажей спустя — она обнаружила себя, похоже, в подвале. Прямо перед Пчелкой, в конце не очень длинного и широкого коридора, заставленного пустыми каталками, на которых валялись скомканные, грязные, пропитанные пятнами крови простыни, красовалась чуть приоткрытая ржавая железная двустворчатая дверь. Позади — остался лабиринт лестниц, скрученного пространства и монстров. Пчелка бросила взгляд через плечо, судорожно вздохнула и подкралась к двери.
Как ни странно — ничего особенного за ней не было. Кафельная комната, выложенная кривой и старинной, мелкой коричневой плиткой, уставленная мраморными столами. Да, в комнате было грязно, но не более того. Сзади, со стороны лестницы, послышался шум чьих-то шагов. Пчелка придушенно пискнула и порскнула в щель. Как только она оказалась внутри — дверь за ней тихонько защелкнулась…
Кот услышал слабый хлопок двери на пролет ниже и прибавил шаг. Он уже усвоил, что духи больницы — появляются совершенно бесшумно, а значит впереди был кто-то из ребят. Вывернув с лестницы — он увидел закрытые ржавые железные створки. В призрачном свете наполнявшем психушку — можно было, хоть и с трудом, прочитать надпись на створках: «Морг». Кот чертыхнулся и попытался открыть двери. Разумеется — они были заклинены.
Защищенное оборудование ОРПП в условиях царящей в измененном пространстве больницы пси-бури — держалось достойно. Научники в ОПИ явно не зря ели свой хлеб. Оперативники шли через больницу без остановок. Видимо, их целеустремленность сказывалась — реальность дурки трещала, но поддавалась. Как бы ни хотелось сущности проснувшейся в этой больнице закрутить агентов в своей карманной реальности — сделать этого, во всяком случае полностью, не удавалось.
Тройка агентов в полной боевой готовности — приближалась к подвалу.
Сзади — задергалась дверь. Пчелка окончательно потеряла самообладание и бросилась вперед, оскальзываясь в лужах крови. С каждой секундой — обстановка ухудшалась. Свет, до этого яркий и холодный — стал тусклым и мерцающим. Комната наполнилась странными тенями. Пол оказался покрыт капающими вверх кровавыми пятнами. Отшатнувшись от одной из луж — Пчелка потеряла равновесие и попыталась опереться на стоявший сзади нее секционный стол… И едва не потеряла сознание, когда обнаружила, что дотронулась до чего-то холодного и мягкого. Резко обернувшись она увидела аутопсированный труп. У покойника отсутствовала крышка черепа, кожа скальпа и, частично, лица — была стянута чулком к подбородку. Сама взрезанная крышка и извлеченный мозг — лежали здесь же, на невесть откуда взявшемся приставном столике из нержавейки. Теряющая остатки разума девушка отшатнулась от ужасающего зрелища. Тем временем труп внезапно резки сел и повернул ужасающую, деформированную харю к Пчелке. Рука, слепо нашарила мозг, после чего труп добродушно осклабился и протянув ей ухваченное пробулькал «Хочешь?». Пчелка сама не заметила как оказалась возле какой-то неприметной дверцы в другом конце секционного зала. Толкнулась раз, другой… Дверь поддалась и она оказалась в чудовищном анатомическом театре.
Кот услышал визг. Похоже, это был голос Пчелки. Пчелка, или Катя — вне полигона, появилась в их команде полтора года назад. Пришла она с Максом, мажористым парнем из МГИМО. Макс продержался две игры, после чего отвалился сам. Пчелка — осталась. Более того — за эти полтора года она из гламурной кисы — превратилась в надежного, хотя и не лишенного определенной толики «синдрома принцессы» члена команды. В отличии от перешедшей в команду от конкурентов год назад Стрелки, Пчелка была, пожалуй, более женственной и менее боевой. Но с другой стороны — в качестве командного«офицера по связям с общественностью» и просто переговорщика ей цены не было. Коту Пчелка всегда нравилась. В отличии от немножко мужиковатой Стрелки — в ней была изюминка. Впрочем — это было уже не существенно. Главное — один из друзей Кота был в опасности. Кот окончательно озверел и впечатался в двери плечом. Дверь слегка поддалась. Кот удвоил усилия…