Над Червичником сгустились пунцовые тучи. Среди них заблудилась луна, и ветры, летящие с залива, и тонкие струи дождя, и ночь, навевающая тревожную бессонницу. В такие моменты одиночки садятся у окна, и, сложив руки, наблюдают за темнотой. Может им кажется, что в непогоде скрыт другой мир, где собаки не случайно лают на пустоту, а в шелестящих ветвях рождаются ночные кошмары.
26 мин, 8 сек 20551
Он был высок, и невероятно худ. Казалось, его тело сделано из костей. Белесая ткань светилась, как маяк, а острые когти царапали воздух. Мутно-коричневый цвет выжигал глаза. Это цвет боли, цвет погибели, цвет того самого зла, которое было на острове.
Демон смерил взглядом расстояние от себя, до двух дрожащих комков под деревом. Сеньке захотелось вырваться и убежать, когда из глубин глотки раздался оглушительный рев.
— Я чую твой запах, божий ублюдок!
Собрав все свои силы, чтобы удержаться от крика, отец Василий протянул вперед правую руку. Крест казался ему маленьким, теплым кусочком бога, единственным оружием против демона, и целой своры голодных Змеевиков.
— И я знал, что придешь! Я приготовил для тебя место в своём желудке. Ты отправишься в ад.
— Отче Наш, Господь всемогущий, защити наши души от Диавола…
— Заканчивай с этим!
Отец Василий схватился за плечо, пальцы буквально провалились в три глубоких пореза. Боли не было, лишь острая вспышка дрожи, и осознание того, что «кусочек бога» валяется на земле, и демон топчет его ногами.
— Тебе не одолеть меня, сила Господня низвергла вас туда, где вам и место…
— Да заткнись уже!
Следующий удар был чуть выше. На этот раз коготь, словно нож, вспорол щеку.
— Я пришел не за тобой! Мне нужен он! — рука демона метнулась в сторону мальчика.
Мысли Сеньки рассыпались в прах, он вскочил на ноги и снова упал.
— Ребёнок? — прошептал отец Василий.
Демон посмотрел на Арсения с презрением и злобой. Его голова наклонилась вперед, оголяя дыры в челюсти, сквозь которые было видно острые, как бритва, зубы.
— В твоих жилах течет его кровь! Да, я чувствую это! Несколько столетий я был заперт в этой тюрьме, я грезил о встречи с ним, и это, наконец, случилось!
Тяжелой походкой демон пошел вперед, вглядываясь в чуть живого мальчика. Будто еда на тарелке, плыли перед ним мысли поганого человеческого детеныша. Страх, недоумение, желание броситься в чащу и сгинуть там.
— Да… — прошипел демон. — Ты знаешь, кем был твой предок?
Сенька отрицательно покачал головой. Он был так напуган, что позабыл даже своё имя.
Демон заговорил на каком-то очень странном наречии. Сенька не разбирал слов, вместо этого пред ним предстала картина. Сначала она была прозрачной и блеклой, будто засвеченный негатив, по которому носились аморфные пятна. Постепенно они начали складываться в образы — поле до горизонта, прозрачная река, и срубные избы на берегу. Между ними ходят люди в странных одеждах, их загорелые лица грубы, и немного суровы. Женщины с покрытыми головами, дети босые, народ сбегается к церкви. Затем время ускоряется, наступает ночь, и под дикий вой и гвалт непонятных голосов появляется нечто. Костлявый демон идет меж домов, им пугают ребятишек, чтобы те не бегали в лес, его боятся запоздалые торговцы, и оборванные бродяги. От его дыхания трясутся стены, плевки превращаются в мох, а пни, вырывшись из земли, ползут за ним, отращивая когти и рога.
— Теперь ты понял, как меня боялись!
Картинка погасла так же быстро, как и появилась. Сенька смотрел перед собой, не замечая ничего, всего несколько метров отделяло его от демона, с холодными глазами и безжалостным ртом.
— И так было до тех пор… пока… твой далекий прадед, волшебник Земноморья, запер меня на этом проклятом острове!
Издав оглушительный рев, демон напал на Сеньку. Когти, словно копья, прочертили в воздухе кривую дугу, и воткнулись бы прямо в сердце. Но мальчика уже не было на месте, он бежал во весь опор, не успевая опомниться и отдышаться.
— Тебе не спрятаться, грязная мразь!
Впереди показался белесый зев пещеры. Арсений остановился, в этот момент земля словно ушла из-под ног. Кровь хлынула вверх, от коленок к мозгу, и больно ударила в виски. Но ни страх, ни усталость, ни тяжелые шаги за спиной не отняли у мальчика решительности.
«Мой прадед смог, и я смогу!» — подумал Сенька перед тем, как нырнуть в пещеру. Он ни секунды не сомневался в правильности своего решения, и уже знал, куда ведет его белый коридор.
Луч фонаря вспорол уже знакомый мрак, на свет показался и камень, покрытый сотнями имен. Растерянный Сенька осмотрел камень снизу доверху, впиваясь взглядом в каждое имя и не находя подходящего.
«Времени очень мало! Читай все подряд» — скомандовал внутренний голос.
— Абраксас, Адмирон…
Чувства запрыгали, как искры по оголенному проводу. Весь бестиарий ада глядел из темноты. С каждым произносимым именем загоралась пара горящих глаз, и паучьи лапы терлись в ожидании. Только сейчас Арсений понял, насколько опасно называть их имена. Но иного выхода не было.
— Зотх, Вепрь, Левифан…
Демон приближался. Его шаги, словно удар плетью, отпечатывались эхом и новой волной ужаса в душе Сеньки. Слова давались ему с трудом, и с каждым новым промахом он чуял приближение смерти.
— Ярама, Бегемот, Герион…
Сенька прижался к камню почти вплотную. А потом услышал голос демона, который был где-то рядом.
Демон смерил взглядом расстояние от себя, до двух дрожащих комков под деревом. Сеньке захотелось вырваться и убежать, когда из глубин глотки раздался оглушительный рев.
— Я чую твой запах, божий ублюдок!
Собрав все свои силы, чтобы удержаться от крика, отец Василий протянул вперед правую руку. Крест казался ему маленьким, теплым кусочком бога, единственным оружием против демона, и целой своры голодных Змеевиков.
— И я знал, что придешь! Я приготовил для тебя место в своём желудке. Ты отправишься в ад.
— Отче Наш, Господь всемогущий, защити наши души от Диавола…
— Заканчивай с этим!
Отец Василий схватился за плечо, пальцы буквально провалились в три глубоких пореза. Боли не было, лишь острая вспышка дрожи, и осознание того, что «кусочек бога» валяется на земле, и демон топчет его ногами.
— Тебе не одолеть меня, сила Господня низвергла вас туда, где вам и место…
— Да заткнись уже!
Следующий удар был чуть выше. На этот раз коготь, словно нож, вспорол щеку.
— Я пришел не за тобой! Мне нужен он! — рука демона метнулась в сторону мальчика.
Мысли Сеньки рассыпались в прах, он вскочил на ноги и снова упал.
— Ребёнок? — прошептал отец Василий.
Демон посмотрел на Арсения с презрением и злобой. Его голова наклонилась вперед, оголяя дыры в челюсти, сквозь которые было видно острые, как бритва, зубы.
— В твоих жилах течет его кровь! Да, я чувствую это! Несколько столетий я был заперт в этой тюрьме, я грезил о встречи с ним, и это, наконец, случилось!
Тяжелой походкой демон пошел вперед, вглядываясь в чуть живого мальчика. Будто еда на тарелке, плыли перед ним мысли поганого человеческого детеныша. Страх, недоумение, желание броситься в чащу и сгинуть там.
— Да… — прошипел демон. — Ты знаешь, кем был твой предок?
Сенька отрицательно покачал головой. Он был так напуган, что позабыл даже своё имя.
Демон заговорил на каком-то очень странном наречии. Сенька не разбирал слов, вместо этого пред ним предстала картина. Сначала она была прозрачной и блеклой, будто засвеченный негатив, по которому носились аморфные пятна. Постепенно они начали складываться в образы — поле до горизонта, прозрачная река, и срубные избы на берегу. Между ними ходят люди в странных одеждах, их загорелые лица грубы, и немного суровы. Женщины с покрытыми головами, дети босые, народ сбегается к церкви. Затем время ускоряется, наступает ночь, и под дикий вой и гвалт непонятных голосов появляется нечто. Костлявый демон идет меж домов, им пугают ребятишек, чтобы те не бегали в лес, его боятся запоздалые торговцы, и оборванные бродяги. От его дыхания трясутся стены, плевки превращаются в мох, а пни, вырывшись из земли, ползут за ним, отращивая когти и рога.
— Теперь ты понял, как меня боялись!
Картинка погасла так же быстро, как и появилась. Сенька смотрел перед собой, не замечая ничего, всего несколько метров отделяло его от демона, с холодными глазами и безжалостным ртом.
— И так было до тех пор… пока… твой далекий прадед, волшебник Земноморья, запер меня на этом проклятом острове!
Издав оглушительный рев, демон напал на Сеньку. Когти, словно копья, прочертили в воздухе кривую дугу, и воткнулись бы прямо в сердце. Но мальчика уже не было на месте, он бежал во весь опор, не успевая опомниться и отдышаться.
— Тебе не спрятаться, грязная мразь!
Впереди показался белесый зев пещеры. Арсений остановился, в этот момент земля словно ушла из-под ног. Кровь хлынула вверх, от коленок к мозгу, и больно ударила в виски. Но ни страх, ни усталость, ни тяжелые шаги за спиной не отняли у мальчика решительности.
«Мой прадед смог, и я смогу!» — подумал Сенька перед тем, как нырнуть в пещеру. Он ни секунды не сомневался в правильности своего решения, и уже знал, куда ведет его белый коридор.
Луч фонаря вспорол уже знакомый мрак, на свет показался и камень, покрытый сотнями имен. Растерянный Сенька осмотрел камень снизу доверху, впиваясь взглядом в каждое имя и не находя подходящего.
«Времени очень мало! Читай все подряд» — скомандовал внутренний голос.
— Абраксас, Адмирон…
Чувства запрыгали, как искры по оголенному проводу. Весь бестиарий ада глядел из темноты. С каждым произносимым именем загоралась пара горящих глаз, и паучьи лапы терлись в ожидании. Только сейчас Арсений понял, насколько опасно называть их имена. Но иного выхода не было.
— Зотх, Вепрь, Левифан…
Демон приближался. Его шаги, словно удар плетью, отпечатывались эхом и новой волной ужаса в душе Сеньки. Слова давались ему с трудом, и с каждым новым промахом он чуял приближение смерти.
— Ярама, Бегемот, Герион…
Сенька прижался к камню почти вплотную. А потом услышал голос демона, который был где-то рядом.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 6 из 7
