Абсент, декаданс и луизианские болота. Студент Харт стремительно покидает родной дом и оседает в Новом Орлеане. Именно там он знакомится с таинственными сестрами Мейнард, живущими в особняке на краю болот. Под абсент и аромат болот скоро он сам сможет ответить на главный вопрос: чего же он хочет?
55 мин, 6 сек 4805
Я остановился только однажды, в дверях спальни, чтобы оглянуться и еще раз — последний — посмотреть на мертвую Луизу и укачивающую ее на руках Даниэль.
— Каждый раз, когда ты закрываешь глаза… В коридоре меня ждала сумка с вещами, которые я даже не успел разобрать. Несколько секунд я стоял на нижней ступеньке лестницы и смотрел на нее. Нужно ее забрать. Нужно уходить.
Я тряхнул головой и спустился в подвал. Здесь еще оставался абсент, и я уселся на землю, скрестив ноги, в центре мертвого дома. Я пил горькую жидкость из горла и слушал, как приглушенный голос Даниэль напевает колыбельную. Спи, милая Луиза, спи. И пусть тебе снятся только красивые сны.
Как быстротечно время вина и роз.
Я пил, пока в бутылке не осталось абсента на самом дне. Тогда я закинул ее в дальний угол подвала и поднялся на первый этаж. Взял сумку с вещами и вышел во двор. Я не остановился, чтобы вдохнуть так любимый мною запах болот. Не остановился, чтобы посмотреть на дом. Даже поравнявшись с Майком, который сидел на дорожке, я не оборачивался. Потому что знал, что иначе не смогу уйти.
Он сидел, пропитанный абсентом, сжимал рукой колени и не зажженная сигарета в его пальцах дрожала. Он поднял голову, чтобы посмотреть на меня.
— Что же я сделал?
— То, что хотел.
Я вытащил из кармана зажигалку и кинул ее Майку. Он не поймал, и она упала к его ногам. Я не сомневался, что он ее поднимет. Абсент процентов на 70 состоит из спирта, так что постарайся, Майк, чтобы твои движения были неаккуратны.
Я шел в Новый Орлеан пешком, и чем ближе приближался к центру, тем громче звучало веселье Бурбон-стрит. Но я свернул, углубившись в узкие улочки, шагая по хрустящим конфетти. Я знал, что еще вернусь в поместье, но ничего больше не найду. И знал, что раз за разом буду возвращаться на болота. Чтобы вдыхать запах гнили и звать Луизу и Даниэль. Надеясь, что они снова придут ко мне.
— Сыграй, парень, — я кинул пару монет сидящему музыканту.
— Сыграй так, чтобы мне стало чуточку легче.
И к мутному небу Нового Орлеана взлетела хрупкая мелодия. Плач саксофона запутывался в звездах и осколками сердца падал к моим ногам.
— Каждый раз, когда ты закрываешь глаза… В коридоре меня ждала сумка с вещами, которые я даже не успел разобрать. Несколько секунд я стоял на нижней ступеньке лестницы и смотрел на нее. Нужно ее забрать. Нужно уходить.
Я тряхнул головой и спустился в подвал. Здесь еще оставался абсент, и я уселся на землю, скрестив ноги, в центре мертвого дома. Я пил горькую жидкость из горла и слушал, как приглушенный голос Даниэль напевает колыбельную. Спи, милая Луиза, спи. И пусть тебе снятся только красивые сны.
Как быстротечно время вина и роз.
Я пил, пока в бутылке не осталось абсента на самом дне. Тогда я закинул ее в дальний угол подвала и поднялся на первый этаж. Взял сумку с вещами и вышел во двор. Я не остановился, чтобы вдохнуть так любимый мною запах болот. Не остановился, чтобы посмотреть на дом. Даже поравнявшись с Майком, который сидел на дорожке, я не оборачивался. Потому что знал, что иначе не смогу уйти.
Он сидел, пропитанный абсентом, сжимал рукой колени и не зажженная сигарета в его пальцах дрожала. Он поднял голову, чтобы посмотреть на меня.
— Что же я сделал?
— То, что хотел.
Я вытащил из кармана зажигалку и кинул ее Майку. Он не поймал, и она упала к его ногам. Я не сомневался, что он ее поднимет. Абсент процентов на 70 состоит из спирта, так что постарайся, Майк, чтобы твои движения были неаккуратны.
Я шел в Новый Орлеан пешком, и чем ближе приближался к центру, тем громче звучало веселье Бурбон-стрит. Но я свернул, углубившись в узкие улочки, шагая по хрустящим конфетти. Я знал, что еще вернусь в поместье, но ничего больше не найду. И знал, что раз за разом буду возвращаться на болота. Чтобы вдыхать запах гнили и звать Луизу и Даниэль. Надеясь, что они снова придут ко мне.
— Сыграй, парень, — я кинул пару монет сидящему музыканту.
— Сыграй так, чтобы мне стало чуточку легче.
И к мутному небу Нового Орлеана взлетела хрупкая мелодия. Плач саксофона запутывался в звездах и осколками сердца падал к моим ногам.
Страница 15 из 15
