Отцов дар

— Ах, кони мои добрые! — говорит Иван.

— Есть в некотором царстве, в некотором государстве свинка — золотая щетинка, рылом пашет, ногами боронует, а вслед за ней пироги растут, да такие, что и самому царю есть впору! Не сможем ли мы достать её?

— Сможем! — отвечает сивый конь.

— Ты поедешь за свинкой на самом молодом из нас. Но надо вам захватить с собой шёлковый шнурок да кожаную плётку.

— А где мне их взять?-спрашивает Иван.

— Погоди маленько.

Взвился сивый конь и полетел на зелёные луга. Через минуту прилетает с кожаною плёткой и шёлковым шнурком.

— Вот тебе всё, что надо. Только смотри — бей свинку этою плёткой покрепче, пока она не сдастся, а ты, буланый, топчи её копытами.

Влез Иван буланому коню в правое ухо, в левое вылез и стал добрым молодцем, сел — только его и видели.

Долго ли, коротко ли они летели, прилетели в то царство, где жила свинка — золотая щетинка. Смотрит Иван, а та и вправду рылом пашет, ногами боронует… Подкрался он к свинке и давай её плёткой хлестать. Конь копытами бьёт, а он плёткою лупит. Свинка терпела-терпела, да и силы не стало.

— Ах, заморский царевич Иван Иванович, за что ты меня убиваешь?

— Сдавайся, — кричит Иван, — не то не выпущу тебя живой!

И бил её до тех пор, пока свинка не сдалась. Накинул тогда Иван ей на шею шёлковый шнурок, сел на буланого коня и поехал, а свинка сзади бежит.

Едет он так, едет, глядь — идут навстречу два полка солдат, музыка играет. «Ну, — думает Иван, — это, пожалуй, мои свояки ещё за свинкою едут». Влез он буланому коню в левое ухо, а в правое вылез и стал таким, как прежде. Коня отпустил, а свинку привязал шнурком к дубу. Ну, свинка та и давай своей работой заниматься: рылом пашет, ногами боронует… Разложил Иван в дубняке костёр, греется и на жалейке играет.

Подъезжают свояки ближе, смотрят — из дубняка вьётся дымок.

Говорят они своим слугам:

— Ступайте поглядите, кто это там дымит. Слуги пошли, обо всём разведали. Прикурили от огонька и назад воротились.

— Ну, что там? — спрашивают свояки.

— Да это наш дурачок дымит там. Он уже и свинку ведёт.

— Не может этого быть! — удивляются свояки.

— Мы сами пойдём посмотрим. А ежели что, то выпросим у него свинку, а то и отберём.

Приходят они в дубняк, видят — и правда: сидит Иван у костра, на жалейке играет, а свинка у дуба своей работой занимается.

— Здравствуй, свояк!

— Здравствуйте!

— Так это ты прежде нас свинку добыл?

— Я одну только добыл, — отвечает Иван, — а там их целое стадо: хватит и вам.

— Что ты врёшь, свояк! Такая только одна и есть на свете. Отдай ты нам эту свинку. А Иван на своём:

— Моя свинка, — говорит, — я сам и отведу её тестю.

А свояки как пристали к нему — никак не отвяжутся. «Мы тебе, — говорят, — дадим и то и сё»… Надоело Ивану их слушать.

— Да ну вас, — говорит, — если отрежете по пальцу-мизинцу с правой ноги, то забирайте её себе.

Подумали свояки и согласились; что ж, мизинец стоит полцарства! Отрезали они пальцы, забрали свинку — золотую щетинку и весёлые повели её в столицу.

А Иван спрятал пальцы в свою торбу, погрелся ещё немного у огонька, потом кликнул буланого коня, сел на него и помчался.

Свояки ехали, видимо, с месяц, а Иван за день управился.

Подъехал он к городу, пустил буланого на зелёные поля, а сам пошёл к жене.

Увидела его жена без ничего, всплеснула руками:

— Куда же ты девал отцову лошадёнку?

— Да знаешь, — говорит Иван, — плохонькая попалась кобылка, притомилась в дороге… Ну, я и бросил её, а сам пеший вернулся.

Жена в плач:

— Ой, горюшко мне с тобой — выпросила я у батюшки кобылку, а ты загубил её да и свинки не привёл… Вот спустя некоторое время вернулись и свояки со свинкою. Привязали её на дворе возле царских хором. И начала свинка чудеса вытворять: рылом пашет, ногами боронует, а за ней готовые пироги растут… Сколько тут радости было и своякам и царю! Созвал царь гостей — панов и князей — на диво то поглядеть. Ведь ни у одного из царей не бывало ещё такой свинки!

Разъехались гости, а свояки пошли просить тестя, чтобы царство им отписал.

Царь подумал и говорит:

— Нет, за одну только свинку я царство не отпишу. Есть в некотором царстве, в ином государстве чудо-кобылица — из ноздрей пламя пышет, из ушей дым валит. Пасётся она на зелёных лугах, на шелковых муравах. И стерегут её двенадцать коней с золотыми гривами. Если вы ту кобылицу заодно с конями поймаете да ко мне приведёте, то отпишу вам царство тогда.

Просчитались свояки — ничего не поделаешь: надо ехать искать кобылицу.

Набрали они войска ещё больше и поехали.

Опять пристаёт жена к Ивану:

— Вон свояки твои за кобылицею поехали, а ты дома сидишь! Отец им всё царство отпишет, а мы как жить будем?

— Э-э, — говорит Иван, — и куда мне ехать? Что у меня, войско своё или что? Как-нибудь проживём и без царства!

Прошло некоторое время, опять просит Иван жену:

— Сходи-ка ты к отцу: а не даст ли он мне ещё одну лошадёнку? Поеду и я за свояками.

— И что ты, дурень, мелешь? Свояки-то, пожалуй, назад уже возвращаются с кобылицей, а ты ещё только собираешься.