Исследователи разрушили монополию миндалевидного тела на чувство страха. Оказалось, что люди с неработающей амигдалой при некоторых условиях вполне способны чувствовать страх — и даже сильнее, чем остальные… В течение многих лет учёные называли амигдалу (или миндалевидное тело) центром страха.
2 мин, 4 сек 10433
Данные множества опытов, проводившихся как с животными, так и с людьми, говорили о том, что именно в этой области мозга формируются эмоции, связанные со страшным, ужасным, паническим и т. п. А вот исследователи из Айовского университета (США) в своей статье в Nature Neuroscience сообщают нечто совершенно иное: по их мнению, испугаться мы можем и без помощи амигдалы, поскольку в мозгу есть и другие структуры, которые могут выполнить работу по созданию чувства паники.
Учёные работали с больными, страдающими от редчайшего генетического заболевания — болезни Урбаха — Вите. Несмотря на свою исключительную редкость, недуг этот довольно известен, поскольку в буквальном смысле лишает человека страха: амигдала при болезни Урбаха — Вите твердеет, съёживается и вообще разрушается. Страдающие этим расстройством слабо реагируют на фильмы ужасов, больших пауков, змей и прочие вещи, которые обычно вызывают панический страх.
Считается, что амигдала включает страх и панику, когда чувствует увеличение дозы углекислого газа в крови. Повышение уровня CO2 говорит о том, что в организме перерасход кислорода, что есть угроза удушения (даже если увеличение CO2 ещё не достигло летального уровня). Но если амигдала не работает, то и углекислый газ своего устрашающего эффекта не даст. Исследователи попросили трёх пациентов, страдающих болезнью Урбаха — Вите, и двенадцать здоровых человек подышать газовой смесью с 35-процентным содержанием CO2. К удивлению учёных, все испытуемые немедленно испытали приступ страха, причём у больных страх был сильнее, чем у здоровых. Для одной из пациенток это вообще был первый случай, когда она испытала страх.
Эти данные, пусть и не слишком детализированные, говорят о том, что в нашем мозгу нет зоны, которая монопольно управляла бы чувством страха. Страх, перефразируя одно известное высказывание, является для нас, пожалуй, важнейшим из чувств: без него ни животное, ни человек попросту не выживут. Именно страх помогает адекватно оценивать окружающую среду и избегать неприятных сюрпризов с её стороны. Однако страх — эмоция весьма разнообразная: можно, например, выделить страх внешний, который возникает на внешние раздражители, а вслед за этим можно предположить, что есть род страха, возникающий в ответ на угрожающее поведение другого человека, и есть страх по отношению к паукам и змеям и т. п. Считается, что миндалевидное тело реагирует именно на внешние угрозы, но ужас и паника могут приходить к нам разными путями.
По словам учёных, роль амигдалы в том, что касается реакции на страшный раздражитель, не подлежит сомнению. Но о её участии в осознании страха пока ничего определённого сказать нельзя; реакция на страх и осознание страха — это всё-таки разные вещи. Исследователи намерены самым пристальным образом изучить мозг людей с болезнью Урбаха — Вите — возможно, томографические методы покажут новые центры страха в мозгу человека.
Учёные работали с больными, страдающими от редчайшего генетического заболевания — болезни Урбаха — Вите. Несмотря на свою исключительную редкость, недуг этот довольно известен, поскольку в буквальном смысле лишает человека страха: амигдала при болезни Урбаха — Вите твердеет, съёживается и вообще разрушается. Страдающие этим расстройством слабо реагируют на фильмы ужасов, больших пауков, змей и прочие вещи, которые обычно вызывают панический страх.
Считается, что амигдала включает страх и панику, когда чувствует увеличение дозы углекислого газа в крови. Повышение уровня CO2 говорит о том, что в организме перерасход кислорода, что есть угроза удушения (даже если увеличение CO2 ещё не достигло летального уровня). Но если амигдала не работает, то и углекислый газ своего устрашающего эффекта не даст. Исследователи попросили трёх пациентов, страдающих болезнью Урбаха — Вите, и двенадцать здоровых человек подышать газовой смесью с 35-процентным содержанием CO2. К удивлению учёных, все испытуемые немедленно испытали приступ страха, причём у больных страх был сильнее, чем у здоровых. Для одной из пациенток это вообще был первый случай, когда она испытала страх.
Эти данные, пусть и не слишком детализированные, говорят о том, что в нашем мозгу нет зоны, которая монопольно управляла бы чувством страха. Страх, перефразируя одно известное высказывание, является для нас, пожалуй, важнейшим из чувств: без него ни животное, ни человек попросту не выживут. Именно страх помогает адекватно оценивать окружающую среду и избегать неприятных сюрпризов с её стороны. Однако страх — эмоция весьма разнообразная: можно, например, выделить страх внешний, который возникает на внешние раздражители, а вслед за этим можно предположить, что есть род страха, возникающий в ответ на угрожающее поведение другого человека, и есть страх по отношению к паукам и змеям и т. п. Считается, что миндалевидное тело реагирует именно на внешние угрозы, но ужас и паника могут приходить к нам разными путями.
По словам учёных, роль амигдалы в том, что касается реакции на страшный раздражитель, не подлежит сомнению. Но о её участии в осознании страха пока ничего определённого сказать нельзя; реакция на страх и осознание страха — это всё-таки разные вещи. Исследователи намерены самым пристальным образом изучить мозг людей с болезнью Урбаха — Вите — возможно, томографические методы покажут новые центры страха в мозгу человека.
История дочитана
Какой след эта история оставила у тебя?
Реакция сохранена в этом браузере. Войдите, чтобы не потерять реакции, ночные метки и трофеи
