Отправление задерживается

— Тори — совершеннолетняя! Она легко возбуждалась, но проявила себя дразнилкой с первого раза. Сначала заставила целовать и ласкать всю себя. От неё я впервые узнал, что кроме клитора и груди у женщины есть другие эрогенные зоны, хотя у неё самой такой зоной было чуть ли не всё тело — недаром её Даф пасла, ой недаром. Кстати, Драко это прекрасно понял, и как-то на одном из министерских приёмов нашёл место, где нас никто не видел, пожал мне руку и сказал спасибо за Асторию и за Дафну.

— Благородный и благодарный хорёк типа осознал, что иначе Астория могла ему и не достаться — связалась бы с первым, кто проявил бы ласку и просто нежно погладил?

— Не без этого, конечно. Но я не раз ловил его опасливый взгляд на Джинни. Наше рукопожатие — одновременно и моё прощение его.

— Так ты знал?

— Трудно сохранить в тайне то, что известно большинству в Хогвартсе.

— Но все дружно принялись скрывать, как только вы с Джинни первый раз появились под ручку после победы на похоронах Фреда. И поцеловались, пусть и со слезами на глазах.

— Джинни честно всё рассказала про Невилла в нашу первую встречу в Норе. И добавила, что был ещё кое-кто, исключительно для надёжности и уверенности в её безопасности. Сказала, что ей надо доучиться, потом она мечтает играть в квиддич, и у нас никакой спешки. Она будет ждать, но не обидится, если я найду другую, лучше и чище неё. Сказала, что с Невиллом всё без любви, дружеская услуга и никаких последствий. Только не верится. Слишком нарочито поддерживала она с ним и Ханной как бы сердечные отношения, как будто замаливала и свой выбор меня, а не его, и перепихоны с Драко сразу после него. Помнишь, они на святочный бал вместе ходили. Не удивлюсь, если он её тогда распечатал, по её инициативе, естественно, как символ избавления от фанатизма по мальчику-который-выжил. Тогда, после бала он пришёл поздно ночью дико радостный и довольный, а потом быстро вернулся в тюфячное состояние, когда она не захотела продолжать отношения и пошла перебирать и выбирать среди других. Он же так никого и не завёл до Ханны. И женился неожиданно для всех прямо в восемнадцатый день рождения, как будто старался вытравить чувства к отказавшей ему Джинни. Никого из нас на свадьбу не пригласил, а на следующий день, в мой день рождения, когда нам ордена вручали, очень сухо принял поздравления с женитьбой. У нас с ним дружбы так и не получилось, хотя я не обижался и ни разу ни на что не намекал.

— Ты так фривольно про Джинни говоришь. А я считала, должен ревновать. Я как-то случайно подсмотрела в Норе, как вы вышли из её комнаты, буквально лучась довольством. Думала, ты не знаешь или не хочешь знать о её поведении.

— Мне что, надо было, схватившись за грудь, пафосно воскликнуть: «Ах! Как ты могла?! Моё бедное сердце разбито!» и изобразить оскорблённую в лучших чувствах невинность? Ты сама показала мне пример прощения. Тем более, часть вины за то, что с ней случилось — на мне. Правильно меня Снейп высокомерным обзывал. Нормальный урок жизни для тупого эгоиста, считавшего всё вокруг детской игрой, по-настоящему опасной только для него. Я же говорил,«других женщин для меня не предусмотрено».

— А Дафна?

— Я до сих пор не верю, что у нас с ней было бы что-то больше дружески-делового сотрудничества при другом её состоянии.

— Каком состоянии?

— Том самом… Давай потом, а?

— … А что вы с Джинни так прятались? Неужели опасались Молли?

— Мы в-общем-то не скрывали особо, только приличий ради, но уединиться на достаточное время получилось всего раза четыре в то лето, до Хогвартса. Потом разок на святки.

— А что так редко? Из Норы ушли в лес, ты знал палаточные заклинания, наложили и кувыркайтесь спокойно. В двух шагах кто пройдёт — не заметит.

— Джинни поначалу не хотела со мной нигде, кроме как в своей постели. Я так понял, чтобы отделить грязный секс с другими от чистого с её избранником.

— Вполне в её стиле… Стоп, ты хочешь сказать, что истинной причиной промедления Джинни и с помолвкой, и с замужеством было отнюдь не желание достичь славы под фамилией Уизли? А то же самое, что и у Дафны — она давала шанс мне? Так ты не преувеличивал, когда говорил про ожидание всеми твоего бегства со мной?

— Умница, а я понял только когда после твоего отъезда она вдруг резко потребовала свадьбу, даже некоторые приготовления от твоей пригодились.

— Значит, мне даже Джинни не за что винить? Она сделала для меня всё, что могла.