Фандом: Гарри Поттер. Через два месяца после расстроившего Гермиону разговора старых друзей состоялся ещё один. Дольше и откровеннее. О жизни, смерти и любви, о детстве, выборе и судьбе, о магии, науке и обществе. А ещё об уме и глупости, о кровной защите и крестражах и многом другом.
— А что за посиделки ты упомянул?
— Где-то дней через десять-двенадцать после появления Дафны, но две недели точно ещё не прошли, Астория за ужином возьми и задай вопрос о подоплёке событий на её первом, а нашем втором курсе. От всех тогда отделались общими словами: «Гарри Поттер победил монстра и спас от него Джинни Уизли, а профессор Локхарт стал жертвой несчастного случая по вине сломанной палочки». И всё. Дафна стала спекулировать и дошла до совершенно фантастических закосов, Луна добавила свои — что-то краем уха слышала от Джинни, но крыша съехала в другую сторону. Пришлось просвещать. Потом рассказывал и свою жизнь у Дурслей, и остальные наши приключения. Растянулось надолго, если учесть вставки, мнения и сопутствующие истории от них. Сказать, что они удивились, значит ничего не сказать. Первой очнулась Дафна с сарказмом и критикой, не хуже твоего отца, я подозреваю. За меня вступилась Тори, со щенячье-восторженными ахами. Ты стала её героиней. После сестры, конечно. И Луна — отстранённые, часто непонятные поначалу комментарии, но в итоге удивительно к месту. Образовалась традиция — на основе моих баек все рассказывали о себе, о родственниках и знакомых. Или интересные истории, которые слышали от других. Особенно, когда появились денежки на выпивку и сладости. Кингсли выдавал мне частично фунтами, я просто клал их для общего пользования в вазу, а Кикимеру запретил прятать. Девчонки не знали, что делать с маггловскими деньгами, и разок я их сводил по магазинам, где мы все прибарахлились. Потом они действовали сами, под лозунгом «Не учите женщин тратить деньги»… А иногда под настроение мы все просто читали у камина, спасибо Дафне, заставила меня покупать художественную литературу.
— Ты им рассказывал про крестражи и Дары?
— Без подробностей, только вот Луна уже наедине как бы невзначай вытащила их из меня.
— Ну да, семейное увлечение.
— А ещё именно она лучше всех смогла приглушить моё чувство вины.
— Что в этот раз?
— Я упоминал. Кроме вины за погибших, я ощущал, что украл у вас победу. Как ловец в квиддиче или фокусник-обманщик. Вы все в грязи и крови уже почти одолели их своими силами, а с подкреплением и Волдеморта бы запинали. И тут я, весь в белом, забираю победу себе с помощью случайно доставшегося магического прибамбаса. Вдруг это ты нанесла бы Риддлу последний удар и стала бы Ведьмой-Выигравшей-Войну? Ты заслужила больше, чем просто судьба моей тени. Чем плохо? Гораздо лучше, чем быть той, о чьих заслугах известно только с моих слов, и кто не участвовала в самой страшной и жестокой первой части боя.
— Что она сказала?