Фандом: Гарри Поттер. Кай, ты знаешь, что волшебники живут долго, гораздо дольше простых магг… людей. Вот посмотри на меня, как ты думаешь, сколько мне лет? Сколько?! А как ты угадал? Анекдот такой есть, знаешь? Ну, да ладно. Итак, Драко вступил в своё отрочество.
69 мин, 24 сек 20100
Во-первых, Поттер ему совсем не понравился. Паркинсон понял, что совладать с будущим зятем окажется не так-то и просто. Парень был умен, вел себя с достоинством и сдержанно, хотя новость явно была для него сильнейшим ударом.
Во-вторых, проницательный старец отказался проводить церемонию Нерушимого Соединения в особняке. А ведь там легко было бы наложить ограничения на волю жениха, и появился бы шанс даже получить за недоумка деньги. А там — афродизиак и свадьба на следующее утро…
В-третьих, приходилось осознавать, что такого родственника, как Поттер, будет сложно убрать без шума. То, что полукровка для дочери лишь промежуточный этап, ступенька, это понятно. Но вот то, что чертов герой не выкажет должного уважения идее породниться с таким древним чистокровным родом, стало неприятным сюрпризом. Почему, кстати? Слишком силен и знаменит? Нет, не то… Влюблен в кого-то, строил планы? Стоп! Что такое говорила Панси за ужином? Что-то о Малфое… Конечно, всегда Малфои! Поттер и Малфой, Малфой и Поттер… Чертовы Малфои!
Люциус Малфой… Манерный, холодный, с алебастровыми кистями рук, вейловской улыбкой, русалочьим разрезом прекрасных глаз… Дальше нет сил вспоминать! В семнадцать — уже лорд (по трагической кончине родителей, павших от заговора вассала), владелец несметных богатств, обрученный по любви с самой красивой из благородных Блэков. Люциус Малфой — недостижимая звезда, ненавистный враг. Теперь у маленького замухрышки Бериара, пятого ребёнка в семье, никому не нужного младшего сына, проданного в богатую семью женихом глупой перезревшей девицы и потратившего десять лет на то, чтобы из простого производителя, нужного угасающему роду Паркинсонов, самому стать Паркинсоном, отправив к праотцам большую часть навязанных однофамильцев… Теперь у него есть все шансы не только возвыситься, но и отомстить!
Весенняя погода совсем не радовала равнодушного к природе Лаврентия, но как-то волновала и возбуждала. Нервно покусывая нижнюю губу, элегантно одетый господин спешным шагом шел в деревушку Хогсмид, чтобы там, сев в поезд, сочинить четкий план унижения, разорения и полного уничтожения одного семейства. План ведения войны без взятия пленных. И если в ней пострадает жена или даже его единственная дочь, что ж… Будучи гораздо моложе своей супруги, мистер Паркинсон считался почти юношей по законам магического мира и, не достигнув даже сорока лет, мог рассчитывать стать отцом ещё многих и многих детей. Слава Мерлину, он был силён и даже красив (на первый или не особо притязательный взгляд), здоров, как бык, и весьма искусен в колдовстве. Плохо было то, что Лав Бериар был подл, и эта его черта стала постоянной отравой всех его неплохих качеств.
Нарцисса Малфой выпустила сову и прикрыла окно, затем присела к рокальному бюро, чтобы ещё раз перечитать только что полученное письмо.
— Люциус, плохие новости, — сказала она мужу, вошедшему к ней в будуар.
— Дети? Финансы? Враги зашевелились?
— Как всегда прозорлив, любимый, — Нарцисса кивнула. — Война. От нашего Гарри требуют вступления в брак по обязательству Аполлодора Поттера.
— Кто предъявил договор?
— Отец подруги Драко, маленькой Пенелопы. Утром он намерен отправиться в Хогвартс, чтобы встретиться с Дамблдором.
— Панси? А разве она не из французской ветви? Чёрт, как говорю это слово, сразу весь тот кошмар вспоминается! Я думал, девочка — внучка Париса.
— Пенелопа предупредила нас и теперь просит помощи и защиты.
— Мы, конечно, вступимся. Ты послала ей наше согласие?
— В этом нет нужды, она уже на полпути сюда.
— Что с мальчиками? — спросил лорд, подходя к супруге и кладя руку ей на плечо.
— Не знаю… — Нарцисса подняла голову и посмотрела в светлые глаза своего спутника жизни.
— Панси нас предала, — шипел красный от гнева Поттер, когда через полчаса после разговора в кабинете Дамблдора тащил за собою недоумевающего и испуганного Малфоя к озеру…
— Учти, плавать я не умею! Будем топиться или объяснишь толком?
Толком получилось с третьей попытки. Драко отреагировал по-малфоевски, затем взял себя в руки и стал рассуждать вслух.
— Неустойка — пустяки, с заклятием будет трудней. Но самое сложное, Гарри, — это не потерять в битве друг друга, — спокойно и как-то пугающе взросло сказал он. Недаром, видно, поколения Блэков и Малфоев трудились над выковыванием породы, тех особенных качеств, формирующих лидеров и государственных деятелей.
— Паркинсоны хотят войны, о, они горько пожалеют об этом… Но при любом, слышишь, любом исходе мы не пожертвуем своей любовью. Гарри, ты меня слышишь?
— Драко, чёрт… Да! Ещё это… я сам пробол… рассказал о нас Панси…
— То-то её уже три дня нет в школе. Впрочем, уже неважно. Мы отправляемся в мэнор.
Поттер поднялся с молоденькой скромно зеленеющей травы и, прижав с силой Драко к себе, поцеловал его так, как никто не учил, зрело, не торопясь, но страстно и крепко…
Позднее, выслушав у себя в кабинете взволнованный, но обстоятельный рассказ Гарри, Люциус Малфой несколько минут молчал.
Во-вторых, проницательный старец отказался проводить церемонию Нерушимого Соединения в особняке. А ведь там легко было бы наложить ограничения на волю жениха, и появился бы шанс даже получить за недоумка деньги. А там — афродизиак и свадьба на следующее утро…
В-третьих, приходилось осознавать, что такого родственника, как Поттер, будет сложно убрать без шума. То, что полукровка для дочери лишь промежуточный этап, ступенька, это понятно. Но вот то, что чертов герой не выкажет должного уважения идее породниться с таким древним чистокровным родом, стало неприятным сюрпризом. Почему, кстати? Слишком силен и знаменит? Нет, не то… Влюблен в кого-то, строил планы? Стоп! Что такое говорила Панси за ужином? Что-то о Малфое… Конечно, всегда Малфои! Поттер и Малфой, Малфой и Поттер… Чертовы Малфои!
Люциус Малфой… Манерный, холодный, с алебастровыми кистями рук, вейловской улыбкой, русалочьим разрезом прекрасных глаз… Дальше нет сил вспоминать! В семнадцать — уже лорд (по трагической кончине родителей, павших от заговора вассала), владелец несметных богатств, обрученный по любви с самой красивой из благородных Блэков. Люциус Малфой — недостижимая звезда, ненавистный враг. Теперь у маленького замухрышки Бериара, пятого ребёнка в семье, никому не нужного младшего сына, проданного в богатую семью женихом глупой перезревшей девицы и потратившего десять лет на то, чтобы из простого производителя, нужного угасающему роду Паркинсонов, самому стать Паркинсоном, отправив к праотцам большую часть навязанных однофамильцев… Теперь у него есть все шансы не только возвыситься, но и отомстить!
Весенняя погода совсем не радовала равнодушного к природе Лаврентия, но как-то волновала и возбуждала. Нервно покусывая нижнюю губу, элегантно одетый господин спешным шагом шел в деревушку Хогсмид, чтобы там, сев в поезд, сочинить четкий план унижения, разорения и полного уничтожения одного семейства. План ведения войны без взятия пленных. И если в ней пострадает жена или даже его единственная дочь, что ж… Будучи гораздо моложе своей супруги, мистер Паркинсон считался почти юношей по законам магического мира и, не достигнув даже сорока лет, мог рассчитывать стать отцом ещё многих и многих детей. Слава Мерлину, он был силён и даже красив (на первый или не особо притязательный взгляд), здоров, как бык, и весьма искусен в колдовстве. Плохо было то, что Лав Бериар был подл, и эта его черта стала постоянной отравой всех его неплохих качеств.
Нарцисса Малфой выпустила сову и прикрыла окно, затем присела к рокальному бюро, чтобы ещё раз перечитать только что полученное письмо.
— Люциус, плохие новости, — сказала она мужу, вошедшему к ней в будуар.
— Дети? Финансы? Враги зашевелились?
— Как всегда прозорлив, любимый, — Нарцисса кивнула. — Война. От нашего Гарри требуют вступления в брак по обязательству Аполлодора Поттера.
— Кто предъявил договор?
— Отец подруги Драко, маленькой Пенелопы. Утром он намерен отправиться в Хогвартс, чтобы встретиться с Дамблдором.
— Панси? А разве она не из французской ветви? Чёрт, как говорю это слово, сразу весь тот кошмар вспоминается! Я думал, девочка — внучка Париса.
— Пенелопа предупредила нас и теперь просит помощи и защиты.
— Мы, конечно, вступимся. Ты послала ей наше согласие?
— В этом нет нужды, она уже на полпути сюда.
— Что с мальчиками? — спросил лорд, подходя к супруге и кладя руку ей на плечо.
— Не знаю… — Нарцисса подняла голову и посмотрела в светлые глаза своего спутника жизни.
— Панси нас предала, — шипел красный от гнева Поттер, когда через полчаса после разговора в кабинете Дамблдора тащил за собою недоумевающего и испуганного Малфоя к озеру…
— Учти, плавать я не умею! Будем топиться или объяснишь толком?
Толком получилось с третьей попытки. Драко отреагировал по-малфоевски, затем взял себя в руки и стал рассуждать вслух.
— Неустойка — пустяки, с заклятием будет трудней. Но самое сложное, Гарри, — это не потерять в битве друг друга, — спокойно и как-то пугающе взросло сказал он. Недаром, видно, поколения Блэков и Малфоев трудились над выковыванием породы, тех особенных качеств, формирующих лидеров и государственных деятелей.
— Паркинсоны хотят войны, о, они горько пожалеют об этом… Но при любом, слышишь, любом исходе мы не пожертвуем своей любовью. Гарри, ты меня слышишь?
— Драко, чёрт… Да! Ещё это… я сам пробол… рассказал о нас Панси…
— То-то её уже три дня нет в школе. Впрочем, уже неважно. Мы отправляемся в мэнор.
Поттер поднялся с молоденькой скромно зеленеющей травы и, прижав с силой Драко к себе, поцеловал его так, как никто не учил, зрело, не торопясь, но страстно и крепко…
Позднее, выслушав у себя в кабинете взволнованный, но обстоятельный рассказ Гарри, Люциус Малфой несколько минут молчал.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 6 из 20
