Отщепенцы

Внезапно их разговор был прерван громким жужжанием, раздавшимся со стороны двери. Быстрее всех отреагировал Брат 2, подскочив к Ляпсусу и быстро сунув палец в дырку. Брат 2 мгновенно исчез, и остальные последовали его примеру. Единственным недостатком УГМУОН-коробочки было то, что сама она невидимой стать не могла никоим образом.

Дверь открылась, и в ее проеме показались два удивительного вида существа. Они отличались худобой, невысоким ростом и непропорционально большими головами. Их черные миндалевидные глаза зловеще блестели, а рот представлял собой узкую и почти незаметную щель. Кожа у существ была бледно-зеленая и почти прозрачная.

Существа медленно вышли и направились к берегу. Один из них сел и начал с задумчивым видом ковырять землю.

— Humus, — произнес он тихим шелестящим голосом.

Дверь не закрывалась. Ляпсус, коробочка и прочая компания дружно двинулась в ее сторону.

Вдруг существо тронуло своего сидящего собрата за плечо.

— Look! — воскликнул он, — what a strange box, it's flying!

— Oh, no! — схватилось руками за голову второе, — anomaly is here! All of us will die!

— Нас заметили! Бежим! — закричал Ляпсус.

Они быстро вбежали в открытый проем, и Брат 2 нажал кнопочку. Дверь закрылась.

— Все, хватит расходовать батарейки, — сказал Ляпсус.

Они дружно последовали его совету. Как ни странно, самой напуганной выглядела Ли-до.

— Это же демоны! — воскликнула она, — те самые, о которых в книге написано! Разве это не значит, что Планета обречена? «И говорить он будет на языке непонятном… падут города все… и прекратятся страдания этого мира…».

— Читать на ночь надо меньше, — перебил ее Ляпсус, — зачем я только тебя научил? Вперед, не тормозим. Нас могут обнаружить в любую минуту!

Они медленно двинулись вперед. Коридор был гладкий и блестящий, на стенах мигали лампочки. Идти пришлось недолго — вскоре вдалеке послышались шаги.

Вся компания снова дружно воспользовалась УГМУОН-коробочкой и продолжила движение вперед, в надежде, что их не заметят. Когда они поравнялись с группой охранников, один пришелец махнул им рукой.

— Nice robot, — сказал он, — go ahead!

— Наверное, они уже привыкли, что у них все время невидимые отщепенцы по городу шастают, — прошептал Брат 1.

Внезапно батарейки в УГМУОН-коробочке благополучно сели. Заметив это, Ляпсус отбросил в сторону ставшее бесполезным устройство и побежал. Остальные тоже не стали медлить.

— They killed nice robot! Bastards! — закричал пришелец.

Охрана устремилась за непрошеными гостями. Бегали пришельцы медленно, но они гораздо лучше были знакомы с планировкой здания. Вскоре отщепенцев загнали в тупик.

— Изыди, тварь! — завопила Ли-до и ударила охранника ногой по голове.

В ответ тот выстрелил в нее из какой-то трубки. Ли-до мгновенно заснула.

— Russian, — покачал головой пришелец.

— Take those dirty derelicts to John Smith, — ответил ему другой охранник.

Он выстрелил из своей трубки во всех чужаков по очереди, и они дружно отключились.

Брат 1 пришел в себя. Голова его нещадно болела.

— А вот и последний пришел в себя! Теперь можно приступать! — раздался громкий голос.

Голос принадлежал пришельцу, который отличался от остальных только высоким ростом и звездно-полосатыми трусами.

Ли-до, Ляпсус и оба брата были примотаны кожаными ремнями к креслам и не могли пошевелиться.

— Добрый день, друзья. Приятно познакомиться, я Джон Смит.

— Дьявол, — прошептала Ли-до.

— Возможно и так. Я предпочитаю именовать себя «исследователем». Видите ли, ваш мир — всего лишь неудачный эксперимент русских. Разумная цивилизация рано или поздно приходит к самоуничтожению, и ничего с этим не поделаешь. Вопрос лишь в том, чем все закончится. На Земле произошла ядерная война, и прошу вас заметить, произошла весьма вовремя. Самые разумные выжили и, — тут он окинул взглядом окружающий интерьер, — создали идеальное сообщество. Разве это не прекрасно? А у вас тут что творится?

— Что у нас тут творится? — поинтересовался Брат 1.

— Бардак у вас творится! Не дали вам изобрести атомную бомбу, и что? Ваш мир гниет изнутри. Вся ваша жизнь — кошмарная пародия, отражение нормальной цивилизации в огромном кривом зеркале! Спасти вас нельзя. Все, что мы можем сделать — это милосердно прекратить вашу агонию. И мы это сделаем, не сомневайтесь.

— Сами вы агония. Мы тут в милосердии не нуждаемся, благодарствуем. И жизнью вполне даже довольны.

Джон Смит сплюнул на пол.

— Это не вам решать, — рассердился он, — все уже спланировано. Наша станция поднимется на орбиту и мы взорвем Планету. Все что нам оставалось — захватить жертву уникальной мутации, единственное небесполезное существо, порожденное этим миром.