Отступник

Кирби был единственным освещенным объектом в поле зрения — ну просто идеальная цель.

Атака началась, и началась быстро.

Воздух завибрировал, как будто что-то скрытое от глаз пронеслось между мной и светом, падающем от телефона Кирби. Раздался хлопок и мобильник задымился, оставив Кирби в темноте.

Билли бросился вперед, в то время как я сорвал пентаграмму с шеи и поднял ее, накачав в нее часть энергии. Она засветилась серебристо-голубоватым светом, осветив большую часть пространства между зданиями комплекса.

Кирби лежал на спине, в луже темной жидкости, которая могла быть только кровью. Билли припал к земле рядом, скаля зубы в грозном рыке. Внезапно он прыгнул вперед, разрывая зубами воздух перед ним, а затем отпрыгнул в другую сторону. Я кинулся к нему, ощущая, что бегу словно по вязкому арахисовому маслу. У меня сложилось впечатление, будто кто-то, уклоняющийся от атак Билли, четвероногий и мохнатый, сверкнул глазами.

В следующее мгновение Билли оказался на спине, круша когтями и свирепо разрывая зубами, пока призрачное существо не перебороло его, прижав к земле.

Энди, волчица с рыжей шерстью, была гораздо меньше и быстрее Билли. Она вынырнула из темноты и вцепилась в спину атакующей твари.

Оно закричало вновь, тем же высоким тоном, еще более звучно. Существо развернулось к Энди слишком быстро, чтобы та успела отреагировать, и наотмашь ударило ее, отправив в полет. С визгом, полным боли, и неприятным хрустом она ударилась о кирпичную стену.

Я поднял свой посох, направив бушующие во мне ярость и ужас в деревянный инструмент и прокричал:

— Forzare!

Моя воля выплеснулась в виде сгустка невидимой энергии и ударило в существо. Таким же по силе ударом мне приходилось переворачивать автомобиль, но существо лишь едва покачнулось, размахивая в воздухе передними конечностями. Ударная волна энергии разбилась на целое облако красноватых искр.

Противодействующие энергии на мгновение разорвали завесу. Я увидел нечто среднее между ягуаром и медведем, с редкой, грязной, золотой шерстью. Должно быть оно весило около нескольких сотен фунтов. У него были здоровые клыки, окровавленные лапы с острыми когтями, а глаза светились нездоровой желтизной, что делало его схожим с рептилией.

Его хищный рот изогнулся в мимике так, как не может сделать ни один зверь, формируя слова, хотя слов я понять не мог. Мгновение, и существо, словно воск под действием огня, изменило свою форму, превратившись в ягуара, большего чем любой горный лев, о котором я когда-либо слышал, и понеслось на меня, исчезая за сверкающими цветами завесы.

Я выкинул вперед руку, сконцентрировав свою волю на браслете. Браслет, в форме металлических щитов, сцепленных друг с другом, был еще одним инструментом, подобно посоху, с помощью которого я мог фокусировать энергию быстрее и эффективнее.

Купол голубовато-белого цвета возник передо мной, и создание врезалось в него словно в кирпичную стену. Ладно. Скорее как в хрупкую деревянную стенку. Я почувствовал, что щит рухнул, — но по крайней мере он остановил зверя.

Атака Билли была тихой и жесткой.

Огромный темный волк вынырнул из темноты, скаля зубы, и вцепился в какую-то часть тела твари. Существо взвыло, на этот раз больше от боли, чем от ярости, и развернулось к Билли, — но лидер Чикагской группы оборотней уже отступал, отклоняясь от контратаки существа.

Оно было быстрее Билли. Оно поймало его, и я увидел силуэт Билли, скомпоновавшегося против атаки и его окровавленную шкуру, когда он низко пригнулся, не сходя с места.

Для того, чтобы Джорджия смогла нанести внезапный сильный удар.

Преображенная в волка Джорджия имела пыльно коричневый оттенок шерсти, была выше и грациознее Билли, и двигалась со смертоносной точностью. Она кинулась на существо, заставив его повернуться к ней — чтобы дать Билли время зайти с фланга.

Я поднял посох, скрепя зубами, выжидая подходящего момента для атаки, и затем вновь прокричал заклинание, направив еще один вихревой удар на существо, пытаясь по возможности повредить его ноги. Взрыв проделал дыру в асфальте и припечатал невидимую тварь к земле, снова нарушив завесу. Билли и Джорджия бросились к ней, чтобы задержать ее, пока я, подняв посох, копил силы для нового удара. Мой следующий удар вбил бы тварь вплоть до грунтовых вод, ей-богу.

Но вновь контуры его тела потеряли резкость, он преобразовался в ястреба, с размахом крыльев больше чем моя машина, и рванул в воздух, сверкая желтыми, как у рептилии, глазами. Дважды хлопнув крыльями, оно взлетело и скрылось в ночном небе.

Я глядел на это около секунды. Потом я сказал:

— Вот дерьмо.

Огляделся в дико танцующем свете моего амулета и бросился к Энди. Она была без сознания, тело вернулось в человеческую форму — рыжеволосую с убийственной фигурой. Одна сторона ее тела была опухшим фиолетовым синяком. Сломанная рука, а плечо, ребра и лицо были настолько ужасно повреждены, что она еле дышала.