Падение Тмутаракани

Однако из тумана так никто так и не появился — но его клубы подбирались все ближе. Вот холодное облако накрыло одного из воинов и в тот же момент его лицо посинело, он судорожно схватился руками за горло, из которого вырвался сдавленный хрип, глаза налились кровью. Конь под ним заржал, но тут же замолк — смертельный туман окутал и его. Сзади раздались проклятье и тут же — громкое ржание. Ратибор обернулся-но только, чтобы увидеть, как подкашиваются ноги коней еще воинов из его отряда, как вместе со своими скакунами падают и русичи, сжимающие руками посиневшие горла. Ратибор соскочил с оседающего под ним коня, метнулся к поверженным бойцам, но тут облако тумана мягко коснулось и его. Словно невидимая змея обхватила его шею смертоносной петлей — выпучив глаза, он отчаянно пытался вдохнуть воздуха, но тщетно. Мутнеющим взглядом он заметил, как, хрипя, падают на землю кони последних его воинов, погребая под своими телами теряющих сознание людей. Почти сразу же рухнул и сам Ратибор — губительный туман все-таки сделал свое дело. Через несколько ударов сердца все было кончено — ущелье меж мрачными холмами было усеяно трупами людей погубленных черным колдовством.

Туман, сделав свое дело, начал рассеиваться — тонкими струйками смертоносные клубы расползались в разные стороны, втягивались под землю. Вскоре воздух очистился совершенно.

Спустя некоторое время вдалеке послышался стук копыт, становящийся все ближе. Мгновение — и из-за ближайшего холма выехал черноволосый всадник на черном коне. Вслед за ним выезжали и другие — не меньше полусотни коренастых, раскосых всадников. Тот, кто выехал первым, удовлетворенно кивнул головой, затем отъехал в сторону и достал из-за пазухи серебряную цепочку, на которой болтался небольшой хрустальный шарик. Привычно освободив свой мозг от посторонних мыслей, он сконцентрировался и вгляделся в блестящую поверхность.

На вершине ведьмовской горы, на поляне перед черным алтарем сидела обнаженная девушка с золотистыми волосами и напряженно вслушивалась во что-то слышное только ей. Наконец она удовлетворенно кивнула и повернулась к своим помощникам — светловолосому саксу и готской ведьме.

— Все получилось отлично, — довольно сказала Ровена, — лучше и не придумаешь. Наш друг, хан Шограт, доложил, что ни один рос не избежал Савана Хель.

— Они все мертвы? — спросил Вульфред.

— Разумеется, — кивнула ведьма, — от Савана Хель нет спасения. Однако сейчас нам нужно поторопится — до рассвета тела надо перенести в безопасное место, подальше от солнца. Половцы об этом позаботятся.

— Зихи и касоги им помогут, — произнес Вулфред.

— Но нам лучше поспешить — кесарь со дня на день ждет от меня известий о падении Матархи. Да и касогам с зихами, думаю, не терпится ворваться в город. Все как и договаривались: касогам-скот, рабов и все остальное, что им придется по душе, императору-Матарху.

— Тамтаракай падет через два дня, — уверенно произнесла Ровена.

— Через два дня мертвые росы встанут драугами и пойдут туда куда я им скажу. Можешь уже отправляться к кесарю и сказать ему, что город сам упадет ему в руки. Может и касогам с половцами саблями махать не придется.

Ну, а золото русское, уж ты мне отдашь, — продолжала Ровена.

— Цвергам да драконам, да черным альвам нет лучшего подарка, чем золото с мертвецов снятое.

Вульферд согласно кивнул и Ровена, так и не удосужившись прикрыть тело одеждой, проследовала к лесу, где меж деревьев растворялись фигуры готских ведьм. Проводив их взглядом, Вульфред обернулся к алтарю, прошептал слова ритуального прощания и тоже пошел к лесу. Может до утра ему удастся хоть немного выспаться в старой крепости перед завтрашней долгой дорогой к Константинополю.

Воислав, посадник Тмутараканский угрюмо смотрел со стен города на заходящее за горизонт солнце. Алый свет заливал морскую гладь, окрашивая воду в цвет крови. Дурное предзнаменование — да и откуда взяться хорошему сейчас-то? Одна надежда была у жителей русского города — на помощь из родных земель, да только раз за разом слабее становилась та надежда. Не было под стенами города ни подмоги из русских земель, ни врагов — касогов да зихов. Впрочем, последнее совсем не радовало посадника — видать, большую силу собирают, за два дня не управиться. С тех пор как русские отбили несколько вылазок касогов выступивших совместно с половцами, те видать поняли, что с наскока им город не взять. Вот и готовятся сейчас.