Анна и шут... Средневековая сказка о странной любви...
45 мин, 51 сек 10098
Князь Вацлав с интересом перевел взгляд в указанном направлении, и Анна довольно улыбнулась — скорее отдать девочку замуж, отправить хозяйкой в польское княжество с молодым и полным сил красавцем — мужем, и выбить вон из ее светлой головки этот бред с шутом!
— Да, невозможно не признать, ваша дочь хороша как ангел! — не отрывая жадного взгляда, произнес князь, и Анна довольно улыбнулась — все будет так, как она задумала! Не будь она Анна-Гертруда Вершбен, графиня Готтен!
— Дочка, как ты находишь нашего милого князя Вацлава? — словно невзначай обронила Анна, болтая по-женски после очередного его посещения.
— Он как будто бы очень мил… но бывает у нас слишком часто, — тихо ответила Марихен, отведя взгляд. Она догадывалась о коварных замыслах матери.
— Пришел барон пешком с мешком, — вполголоса заел сидевший в кресле енот, и Анна вспылила:
— Ты снова забываешься, шут! — воскликнула она — Что это за намек? С каким еще мешком? Князь Ксешинский очень богат и знатен, не в пример тебе!
— О чем вы, сударыня? Я вас решительно не понимаю! — поднял невинные ореховые глаза шут — Это просто дурацкая песенка слабоумного! А князь и верно диковинно хорош! — изломал гордое лицо, подражая князю. Марихен прыснула в платочек и обменялась с Енотом ласковым взглядом.
— Пошел вон, — спокойно махнула рукой графиня, точно зная, что карлик не послушается. Тот и правда, только встал и прошел в угол, насвистывая, будто сам решил прогуляться — дочь моя, я должна сообщить тебе весьма радостную новость, — начала Анна, перестав замечать несносного человечка — я намерена объявить о вашей с князем помолвке через неделю, на праздновании твоего пятнадцатилетия.
При этих словах девушка смертельно побледнела и сжала губы, а шут перестал свистеть. И с отчаяньем посмотрел на хозяйку. Однако же оба быстро взяли себя в руки, Марихен встала и поклонилась матери, не поднимая глаз:
— На все ваша святая воля, матушка! Позвольте мне удалиться!
— Иди… и хорошенько подумай, это ведь превосходная партия, князь делает нам честь!
— Да-да матушка, я понимаю! Прошу меня извинить! — и девочка почти бегом выскочила из комнаты.
— Побежала оплакивать свою радость! — воскликнул Енот, хлопнув в ладошки — Ах, как она счастлива Вашему мудрому решению.
— Я, кажется, велела тебе пойти прочь! — страдальчески сморщилась Анна.
Только его поганых замечаний ей сейчас не хватает! Она и без мерзавца-шута отлично понимает, что заставляет девочку страдать, но как же по-другому. Дурочка не понимает своего счастья. А в объятиях молодого красавца-мужа она вмиг забудет о несчастном уродце-шуте! Анна покачала головой, глядя вслед удаляющемуся карлику. Господи, да что же можно было найти в этом ущербном создании? В четырнадцать лет, когда должны были бы грезиться романтические рыцари, ее глупая дочь влюбилась в это… это… да просто определения не подобрать! Бред, нечеловеческий бред! Нет, с этим нужно покончить, и как можно скорее! Ах, знал бы Готлиб-Ян, что бы он на это сказал? Как там ее бедный мальчик, один без единого родного существа вокруг? Анна тяжело вздохнула, поднимаясь — сколько всего сразу свалилось на ее хрупкие плечи! Перекрестилась, глядя на распятие над камином — ничего, все образуется!
— Ах, муж мой, ну почему ты оставил меня так рано! Наши дети выросли, и скоро мне ждать внуков, а тебя… А ты смотришь на нас с небес, так посмотри же, что натворила твоя недостойная дочь! Прости ей, она такой ребенок. Дурочка сама не понимает, что делает! Помоги мне, ох, помоги же мне… — и тяжкие слезы покатились по ее щекам.
— Госпожа… — испуганно прошептала служанка, пробравшись на цыпочках в зал.
— Что тебе, негодная? — резко повернулась графиня, даже не думая прятать слезы.
— Ваше сиятельство велели мне, если что-нибудь замечу, сразу бежать и докладывать…
— Что? Говори быстро!
— В саду ваш шут и ваша дочь… Они шептались под кустами роз! — и девушка сделала такие испуганные глаза, будто сообщила вовсе Бог знает что.
11 Да? Ты свободна! Заметишь еще что-нибудь, доложишь!
12 Слушаюсь, ваше сиятельство! — и вмиг исчезла.
Так-так, как это ни некрасиво, но я должна пойти и вспугнуть несносную парочку! Господи, на что мне приходится идти! — и Анна, перекрестившись, накинула шаль, утерла слезы и вышла.
— … она это придумала! — донеслось до ушей тихо подошедшей графини всхлипывание Марихен — Она видит, как он мне неприятен, я его ненавижу! Но почему, почему она не вышла за него сама? Бережет священную память отца, а я должна за это страдать!
— Ангел мой, но ведь она права! — нежно возражал шут, и Анна уловила, что он взял ее дочь за руку. Каков подлец, — подумала она, но как-то сочувственно, а не гневно.
— О чем ты Кристианхен! — неосторожно воскликнула Мария, забыв прятаться — Я ведь люблю тебя, только тебя, слышишь?
На это шут как-то грустно вздохнул и поцеловал ее пальцы. Ах вы, дети глупые! — Анна решила выждать еще немного.
— Да, невозможно не признать, ваша дочь хороша как ангел! — не отрывая жадного взгляда, произнес князь, и Анна довольно улыбнулась — все будет так, как она задумала! Не будь она Анна-Гертруда Вершбен, графиня Готтен!
— Дочка, как ты находишь нашего милого князя Вацлава? — словно невзначай обронила Анна, болтая по-женски после очередного его посещения.
— Он как будто бы очень мил… но бывает у нас слишком часто, — тихо ответила Марихен, отведя взгляд. Она догадывалась о коварных замыслах матери.
— Пришел барон пешком с мешком, — вполголоса заел сидевший в кресле енот, и Анна вспылила:
— Ты снова забываешься, шут! — воскликнула она — Что это за намек? С каким еще мешком? Князь Ксешинский очень богат и знатен, не в пример тебе!
— О чем вы, сударыня? Я вас решительно не понимаю! — поднял невинные ореховые глаза шут — Это просто дурацкая песенка слабоумного! А князь и верно диковинно хорош! — изломал гордое лицо, подражая князю. Марихен прыснула в платочек и обменялась с Енотом ласковым взглядом.
— Пошел вон, — спокойно махнула рукой графиня, точно зная, что карлик не послушается. Тот и правда, только встал и прошел в угол, насвистывая, будто сам решил прогуляться — дочь моя, я должна сообщить тебе весьма радостную новость, — начала Анна, перестав замечать несносного человечка — я намерена объявить о вашей с князем помолвке через неделю, на праздновании твоего пятнадцатилетия.
При этих словах девушка смертельно побледнела и сжала губы, а шут перестал свистеть. И с отчаяньем посмотрел на хозяйку. Однако же оба быстро взяли себя в руки, Марихен встала и поклонилась матери, не поднимая глаз:
— На все ваша святая воля, матушка! Позвольте мне удалиться!
— Иди… и хорошенько подумай, это ведь превосходная партия, князь делает нам честь!
— Да-да матушка, я понимаю! Прошу меня извинить! — и девочка почти бегом выскочила из комнаты.
— Побежала оплакивать свою радость! — воскликнул Енот, хлопнув в ладошки — Ах, как она счастлива Вашему мудрому решению.
— Я, кажется, велела тебе пойти прочь! — страдальчески сморщилась Анна.
Только его поганых замечаний ей сейчас не хватает! Она и без мерзавца-шута отлично понимает, что заставляет девочку страдать, но как же по-другому. Дурочка не понимает своего счастья. А в объятиях молодого красавца-мужа она вмиг забудет о несчастном уродце-шуте! Анна покачала головой, глядя вслед удаляющемуся карлику. Господи, да что же можно было найти в этом ущербном создании? В четырнадцать лет, когда должны были бы грезиться романтические рыцари, ее глупая дочь влюбилась в это… это… да просто определения не подобрать! Бред, нечеловеческий бред! Нет, с этим нужно покончить, и как можно скорее! Ах, знал бы Готлиб-Ян, что бы он на это сказал? Как там ее бедный мальчик, один без единого родного существа вокруг? Анна тяжело вздохнула, поднимаясь — сколько всего сразу свалилось на ее хрупкие плечи! Перекрестилась, глядя на распятие над камином — ничего, все образуется!
— Ах, муж мой, ну почему ты оставил меня так рано! Наши дети выросли, и скоро мне ждать внуков, а тебя… А ты смотришь на нас с небес, так посмотри же, что натворила твоя недостойная дочь! Прости ей, она такой ребенок. Дурочка сама не понимает, что делает! Помоги мне, ох, помоги же мне… — и тяжкие слезы покатились по ее щекам.
— Госпожа… — испуганно прошептала служанка, пробравшись на цыпочках в зал.
— Что тебе, негодная? — резко повернулась графиня, даже не думая прятать слезы.
— Ваше сиятельство велели мне, если что-нибудь замечу, сразу бежать и докладывать…
— Что? Говори быстро!
— В саду ваш шут и ваша дочь… Они шептались под кустами роз! — и девушка сделала такие испуганные глаза, будто сообщила вовсе Бог знает что.
11 Да? Ты свободна! Заметишь еще что-нибудь, доложишь!
12 Слушаюсь, ваше сиятельство! — и вмиг исчезла.
Так-так, как это ни некрасиво, но я должна пойти и вспугнуть несносную парочку! Господи, на что мне приходится идти! — и Анна, перекрестившись, накинула шаль, утерла слезы и вышла.
— … она это придумала! — донеслось до ушей тихо подошедшей графини всхлипывание Марихен — Она видит, как он мне неприятен, я его ненавижу! Но почему, почему она не вышла за него сама? Бережет священную память отца, а я должна за это страдать!
— Ангел мой, но ведь она права! — нежно возражал шут, и Анна уловила, что он взял ее дочь за руку. Каков подлец, — подумала она, но как-то сочувственно, а не гневно.
— О чем ты Кристианхен! — неосторожно воскликнула Мария, забыв прятаться — Я ведь люблю тебя, только тебя, слышишь?
На это шут как-то грустно вздохнул и поцеловал ее пальцы. Ах вы, дети глупые! — Анна решила выждать еще немного.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 11 из 13
