Пансионат

— Как вам сегодняшняя погода? — задал он один из самых дурацких вопросов, подготовленных им заранее.

— Данке, — произнес господин Шнайдер. Голос у него оказался четким и громким, как у армейского командира.

— Ду бист бецаубенд. Ласс унс цум павиллон ген.

Он внезапно подмигнул Роману и, сделав шаг вперед, крепко взял его под руку. С немецким у Романа было не очень — когда-то в институте он проходил его как второй язык, но упор делался преимущественно на бизнес-лексику. Однако то, что старик предложил ему прогуляться до беседки, он понял.

— Гут, их верде нахденкен. А… может быть, мы будем говорить по-русски? — предложил Роман.

— Оно как-то привычнее. По крайней мере мне.

— Будьте любезны, — согласился старик, не отпуская его руку.

— Как поживает Викторина Эдуардовна?

Роман начал осознавать, что с памятью у господина Шнайдера не очень. Как, впрочем, и говорила Алиса. Однако никаких причин перечить старику не было, хотя он понятия не имел, о ком идет речь.

— Спасибо, хорошо. Здорова.

— Прекрасно. Я очень рад за нее. А вы, любезный Эдуард Иванович, давно ли из Петербурга?

Роман ошеломленно посмотрел на старика.

— Э-э-э… нет, недавно.

— И как там обстановка при дворе? Я, признаться, несколько скучаю по всем этим интригам… «Черт, это сколько же ему лет? Или он просто совсем ку-ку на голову?» — подумал Роман.

— Обстановка спокойная, — ответил он, вспомнив, что говорить нужно на нейтральные темы.

— А помните, как мы с вами и вашей супругой путешествовали в Либаву? Вот прекрасное было время. А какие купания мы устраивали… Роман понятия не имел, что это за Либава, но закивал головой:

— Да-да, помню, как же… Шнайдер наконец отцепился от его руки. Роман вдруг понял, что рука совершенно окоченела — у старика были ледяные пальцы. Его собеседник тем временем сделал шаг назад и неожиданно запел баритоном:

— Риторнелло, ла донна э мобил, куал пуимо ал венто, мута дацценто э ди пенсье, э ди пенсье, э ди пенсье!

Мотив был знакомый, однако слова Роман слышал впервые в жизни.

— Хорошо поете, — отвесил он неуклюжий комплимент.

— Пойдемте гулять, — старик снова взял его за локоть и потащил к двери. Роман растерялся — он не знал, можно ли им выходить. И, главное, непонятно, куда идти. Толп гуляющих вокруг пансионата он не замечал.

— Может, в следующий раз, — он аккуратно отцепился от руки Шнайдера.

— А то, простите, мне пора.

На самом деле ему не было никуда пора, но смертельно хотелось снова увидеть Алису. Увиденное в ее комнате не шло у него из головы. Более того — он был почти уверен, что она это подстроила специально. Да и старик ему порядком надоел.

— У праву си драга, — Шнайдер перешел на какой-то совсем чудный язык.

— Чекам те юутру.

Он церемонно раскланялся, и Роман побыстрее ретировался. Сотни мыслей в его голове мешали друг другу прийти в порядок.

Роман сам не понял, как оказался в постели у Алисы.

Нет, произошло это отнюдь не в первый его визит к господину Шнайдеру. В тот раз он Алису даже не увидел, хотя весь вечер об этом мечтал, да и сама она предлагала к ней зайти. Однако на выходе из номера старика его ждала совсем другая, незнакомая девушка, которая молча отвела его в свободную комнату. В комнате было уютно, на столе стоя судок с горячим жарким и термос с чаем. Роман перекусил и неожиданно для себя моментально уснул.

Не увидел он Алису и утром — хотя кто-то принес в его комнату завтрак. Еще накануне он обнаружил за шкафом небольшую дверь в туалетную комнату, и с утра с удовольствием принял душ. Торопиться ему было некуда, пансионат вызывал все большее любопытство.

Позавтракав и выпив остывший кофе, он вышел в коридор и попробовал найти кабинет Алисы — но в итоге заблудился и попал на ресепшн. Конечно, он мог бы позвонить ей с мобильника и спросить, как ее найти — но это показалось ему невежливым.

Все та же кудрявая девушка, которая, похоже, никогда не спала, жизнерадостно посмотрела на него и произнесла:

— До свидания. Приезжайте еще, Роман Дмитриевич.

Возвращаться сразу после этого прощания на поиски врача было бы очень странно. Роман помялся минутку и отправился на автобус.

Положенного месяца он так и не смог дождаться. Каждый день он просыпался с мыслями о разном, но в одном направлении — то об Алисе, то о пансионате, то о своем загадочном предке. Через две недели Роман позвонил Алисе и сказал, что хочет навестить родственника.

Наследство резко изменило весь его образ жизни — но, главное, изменило образ мыслей. Ему вдруг, впервые за много лет, захотелось найти хорошую, толковую и интересную работу. Благо наличие денег позволяло искать ее неспешно и со вкусом. Он приоделся, выкинул из квартиры всю мебель и сделал заказ на новую. Вечера теперь проводил не за игрой в покер или телевизором, а гуляя по набережной и размышляя о жизни. Либо ужиная в ресторане.

Главное — он договорился пересдать экзамен на давно просроченные права, и начал прикидывать, какую бы машину купить. С его банковским счетом возможности открывались масштабные.