Пасечник

Я еду в Сибирь. Задание простое: написать очерк о знатном животноводе, который много лет держит первенство по разведению крупного рогатого скота в Бурятии.

Справившись с несложным заданием быстро, пытаюсь использовать оставшиеся два дня, отведённых мне редакцией, максимально интересно.

Пока думаю в гостинице, куда же отправиться отдохнуть, сосед по номеру предлагает свой вариант:

— Съездите в Саянский Лог. Интересное селение, скажу Вам! Староверы живут, семейские по-местному.

— Далеко? — спрашиваю.

— Да нет, в соседнем районе!

Отправляюсь в Саянский Лог. Село добротное, старинное. Семейские мало чем отличаются от нас. Разве что мало открыты для общения, да семейная иерархия скроена по-другому.

— Сейчас время другое, приспособились под веяния перемен! — усмехается глава администрации.

— Старики умерли, а молодёжь жить по-новому хочет. Как им запретить? Это раньше было — сказал глава семейства своё слово, и попробуй ему возразить! Быстро вожжами по спине да на несколько суток в сарай!

Брожу по окраинам Лога. Нравится мне тайга! Ветром из-за кедрача доносится вкусный (именно вкусный) запах саган-дали, ароматной травки, которую по одному листочку добавляют в чай. Ну, не пил я вкуснее этого чая!

Иду вдоль небольшой речушки, отхожу от берега и всё дальше углубляюсь в лес. Попав на небольшую поляну, с удивлением осматриваю окрестности: по всей поляне раскинулась пасека.

Стройными рядами протянулись улицы ульев. Синие, зелёные… Я присвистнул от удивления. Заметив человека возле ульев, подхожу к нему. Мужик, как мужик: высокий, жилистый, на вид лет пятьдесят. Подстриженная с проседью бородка. Взгляд пытливый, недоверчивый.

— Заблудился, что ли? — не отрываясь от своего занятия, спрашивает он. В руках держит что-то наподобие лейки, только маленьких размеров.

— Да нет! — я пытаюсь настроить его на миролюбивый лад.

— Просто гуляю!

— Тот самый журналист, что ли?

— Какой? — спрашиваю удивлённо.

— А тот самый, что из Москвы! Волжский, кажется… Я непреднамеренно усмехаюсь:

— Ну, у вас и новости здесь разносятся! Даже по тайге!

— У нас так… — кашлянув, вздыхает пасечник.

Я пытаюсь узнать что-нибудь о его личной жизни, поскольку в голове крутится новый сюжет моего очерка. А он, подняв на меня глаза, вижу, пытается понять: что же надо этому заезжему корреспонденту?

— Мёд ешь? — внезапно спрашивает он.

— Конечно! — я ещё не пойму, в чём подвох этого вопроса.

— Сейчас вынесу, жди!

Пасечник крупными шагами заходит в дом, стоящий недалеко от пасеки. Крепкий дом, как и сам хозяин. С резными наличниками, с флюгером на крыше. «Надо же, — думаю про себя, — даже здесь в красоте жить людям хочется!» Пока нет хозяина, вынимаю из кармана свой миниатюрный«Самсунг». Не захочет он фотографироваться, знаю! Делаю несколько снимков и поспешно убираю фотоаппарат в карман.

— Вот, возьми, писатель! — слышу голос хозяина. Он несёт литровую банку с мёдом.

Беру мёд:

— Поговорить хотел… Пасечник машет рукой:

— Не за чем! Дел у меня много… Выйдя на берег речки, я твёрдо решил, что завтра обязательно вернусь на эту пасеку. Очень уж заинтересовал меня её хозяин!

Спрашиваю в администрации про пасеку, на меня смотрят, как на сумасшедшего:

— О какой пасеке спрашиваете, товарищ Волжский? У нас тут отродясь пасек не было! А за мёдом в город ездим! А где Вы пасеку видели?

— Думаю, километрах в пяти… Глава администрации удивлённо пожимает плечами.

Хотел показать ему банку с мёдом, но передумал. Просто разворачиваюсь и снова иду на берег реки.

Позвонил редактор. Для меня новое задание и притом срочное! Приказано возвращаться назад. Объясняю ему, что есть интересный сюжет, но начальник, как всегда, стоит на своём. Ну и ладно, выпрошу сюда ещё командировочку!

Вечереет, да и уезжать надо. Через пару часов уходит в город последний автобус.

Стою на берегу и вспоминаю о фотоаппарате. Просматриваю кадры, но только… нет на снимках никакой пасеки! Река есть, кедрач, поляна… Только пасеки нет!

Уже в поезде ещё раз просматриваю снимки. Нет! Нет ни дома, ни ульев… Вынимаю банку мёда, ставлю на стол. Интересно всё-таки — мёд есть, а о пасеке никто не слышал…