Печальная мелодия

Письмо оканчивается его инициалами, размашисто выведенными чёрным. Что, чёрт возьми, такое Галатея? Думаю, я ощущаю себя гораздо менее уверенно, чем раньше. Снейп сказал в письме, что опасность в данный момент мне не угрожает, но он всё же не самый честный серийный убийца в мире и, вполне возможно, мог оставил в доме какую-нибудь тварь поохотиться на меня.

Я уже был готов уйти, когда мягкое мяуканье заставляет меня опустить взгляд вниз. Чёрный пушистый котёнок сидит возле моих ног, большие глаза лучатся насмешкой. Я наклоняюсь, предлагая обнюхать пальцы, и он трётся о мою ладонь. Поднимаю кошечку и устраиваю на своих руках так, чтобы разглядеть имя на ошейнике.

«Галатея, Северус Снейп» и адрес. Ну конечно же.

Меня смущает ещё кое-что. Держа кошку, я устремляюсь в единственное не исследованное мной место в доме: подвал. Первая ступенька кажется слишком мягкой, и я перешагиваю через неё, спускаясь в темноту. Здесь намного холоднее, меня начинает бить дрожь. Коротко бросаю: «Люмус!» и продолжаю спуск.

Когда я схожу с последней ступеньки, свет выхватывает только пространство вокруг моих ног. Пахнет чем-то прогорклым, и мне совершенно не хочется видеть то, что меня окружает. Но работа накладывает определённые обязательства, я не могу отступить сейчас. Даже страстно желая этого. Шёпотом приказываю огоньку осветить всю комнату, бросаю взгляд на окружающие меня пространство.

Из моего горла вырывается вопль.

Незаживающие шрамы 4

— Мерлин, Гарри! — Рон машет рукой перед моими остекленевшими глазами. — Ты с нами?

Мы на кухне Снейпа. Авроры прибыли сюда через пять минут после того, как получили мой вызов, и сейчас перерывают дом в поисках зацепок. Письмо Снейпа спрятано в моём кармане.

— Угу, — выдаю я, пытаясь успокоить друга. Кто-то протягивает мне чашку кофе. На вкус это просто напиток богов. — Хочу снять себя с этого дела, даже если придётся умолять об этом.

— Я бы тоже этого хотел, но ты единственный, кто способен выследить Снейпа. Талантливее аврора в вашем подразделении просто нет. Если ты уничтожил Тёмного Лорда, со Снейпом тем более способен справиться. — Рон успокаивающе треплет меня по плечу. — Этому ублюдку не скрыться.

Я качаю головой.

— Он не похож на Волдеморта.

Рон вздрагивает.

— У Волдеморта были… побуждения. Был мотив. Гордость, которая в конце концов ослепила его. Снейп… Я не представляю, почему он делает то, что делает. Я не могу его понять.

Галатея вертится у моих ног, я наклоняюсь, беря её на руки, опасаясь, что кто-то может наступить на малышку.

— Он готов спуститься в самые глубины ада, если это гарантирует его безопасность. Снейп может вывалять своё достоинство в грязи, наплевав на общественное мнение по поводу такого позора. Настоящая змеюка, в отличие от Сам-Знаешь-Кого.

— А это кто? — во взгляде Рона неподдельный интерес. Я рассматриваю котёнка.

— Кошка Снейпа. Он хотел, чтобы я её покормил, — Галатея мурчит, пока я размеренно почёсываю её за угольно-чёрным ухом. Рон снова бросает на меня тот же взгляд. — Что?

— Ты в курсе, что подчиняешься приказам врага? — спрашивает Рон. — У парня в подвале труп, с которого сняли кожу, а ты беспокоишься, сыт ли его кот.

— Это же не её вина, — бурчу я. Галатея согласно мяукает.

— Гарри! Слава Мерлину, ты в порядке! — Эбернати с помощью локтей проталкивается сквозь толпу, направляясь ко мне. Выдавливаю из себя кислую улыбку. — Ставлю тебя в известность, что я невероятно недоволен тем, что ты полез сюда, не связавшись предварительно со мной!

Открываю рот, чтобы возразить, но его поднятая рука останавливает меня.

— Как бы там ни было, — продолжает Эбернати, — я понимаю, что это твой стиль работы, и не собираюсь критиковать твои методы. Нам, простым смертным, не понять, да, Гарри?

Он подмигивает. А я едва сдерживаю рвотные порывы. Голос в моей голове, подозрительно напоминающий баритон Снейпа, вопрошает: «Какие методы? Какой стиль? Всё, что я делаю, это бросаюсь вперёд, очертя голову, стараясь не поплатиться при этом жизнью!».

Эбернати треплется всё о том же, и я понимаю, что с задания он меня не снимет. Даже если я буду умолять.

Каждую ночь я вижу один и тот же сон. Ладони Снейпа ласкают моё лицо подобно шёлку, что и должно было произойти рано или поздно. Я прикрываю глаза, размыкаю губы, обвиваю руками его широкие плечи и поддаюсь напору поцелуя. Каким-то образом, в самый разгар войны, ставшей концом света, мы оказались связаны. Язык Снейпа у меня во рту, мои руки в его волосах, и теперь я не могу точно сказать, где кончается один из нас и начинается другой.

Он толчком прижимает мою спину к жёсткому подлокотнику дивана, и я понимаю, что ничем не заражён. Во сне ощущения великолепны, но в реальной жизни всё было ещё лучше. Рука Снейпа скользит по моей шее, задевает грудь, распахивая мантию. Я дрожу от ощущения его ладони на своей обнажённой коже, пока пальцы Снейпа пробираются под рубашку, чтобы огладить мой живот.